 |
 |
 |  | Лена представлялась мне идеальной, без изъяна, как древнегреческому Парису виделась Елена Прекрасная. Красивая: высокие славянские скулы и прямой греческий носик при чувственно припухлых губках, стройная, фигуристая, натуральная голубоглазая блондинка, вечно одетая в джинсы или иные брюки, аппетитность форм намеренно подчёркивающих. Неглупая, вопреки расхожему мнению о беловолосых девушках, в меру ироничная, на лице всегда загадочная улыбка; держалась крайне независимо, но не зазнавалась. Девчонки ей, по-моему, завидовали и, возможно, строили козни, но в глаза общались приятельски; вечно возле неё крутились, похохатывали, ходили с ней в положении свиты во главе с королевой. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Он начал просовывать в меня свой огромный член. Было немного больно, но я постарался максимально расслабить анус и принял его почти во всю длину. В неспешном темпе он имел меня, а я стонал от удовольствия. Видимо он задел во мне чувствительную точку, так-как кончил я первым буквально за 2 минуты его нахождения во мне без помощи рук. Я почти закричал и выплеснул сперму. После этого мне стало больно и я попросил его остановится. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Настоятельница монастыря "Святой Женевьевы", строгая монахиня Матильда Краузе, склонившись над столом, просматривала тетради своих юных воспитанниц, подчеркивала красным карандашом обнаруженные ошибки. "Ах, как плохо пишут" - сокрушалась она, намериваясь сделать выговор матери Гортензии, преподававшей французский язык. Она хотела позвонить, но в это время одна из монахинь-надзирательниц подала ей на подносе для писем конверт. Разорвав его, Матильда Краузе прочла следующие строки:
|  |  |
| |
 |
 |
 |  | А потом Кот меня столкнул, на нее навалился, а она за ляжки себя схватила и ноги в стороны растянула - типа, чтобы сыночек поглубже засаживал. А он наяривает! Там все чавкает, шлепает - только брызги летят. А она мычит что-то, глаза в одну точку смотрят, сиськи от толчков перекатываются на ней. Ну, на меня опять накатило. Я ей на морду села, руками в сиськи уперлась. Мягкие, такие, м-м-м! Сладкие! Так она, прикинь целка, даже не поняла, что надо делать. Потом до нее дошло, и тут уж она дала! Ляжки свои бросила, рукам мне булки развела - и давай мне там все терзать, как сумасшедшая: у меня потом пизда была как слива - так она все мне там насосала. Прикинь, в какой-то момент язык мне в жопку засунула, и давай меня им ебать. Языком! ты поняла!? Я чуть не обдристалась от кайфа. Потом вижу - Кот так ускорился, ну, думаю, все - на подходе. А она у меня язык из жопы вынимает и КАК ЗАОРЕТ! Кот вжался в нее, спускает, а она бедрами так бьет, что аж Кота подбрасывает. И стонет, стонет! |  |  |
| |
|
Рассказ №0438
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 29/03/2024
Прочитано раз: 57943 (за неделю: 5)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Закончилось как-то все неожиданно буднично. Пилипенко вытащил свою дубинку, небрежно обтер ее об стоявшего Макса, Тимоха разомкнул наручники, и менты неторопливо стали удаляться в сторону парка. Макс сначала ошалело посмотрел на измученную Ульяну, все еще лежавшую на капоте, ее широко раздвинутые ноги в чулках, выгнутую попку, а потом бросился к ней на ходу спуская свои плавки......"
Страницы: [ 1 ]
Слава Богу, у Макса была собственная машина: А то бы пришлось Максу с Ульяной, как и большинству сверстников, таскаться по приятельским хатам, летом искать уединенные уголки на природе, а зимой ютиться по подвалам и чердакам. Тесная студенческая общага Макса редко позволяла там уединиться, а строгие Ульянины родители и не подозревали, что в свои 19 лет она уже давно не девочка. А так, - машину на ручник, спинки сидений откинуть, - и для двух молодых тел места вполне хватало.
В этот раз Максу захотелось так неожиданно, что выбирать место для парковки не стали, тем более что за заснеженным парком пешеходов вообще не было видно. Ульяна привычно стянула с себя короткую юбку, тонкий джемперок и осталась в одних чулках - белья она принципиально на такие свидания не одевала. Максим расстегнул брюки, приспустил плавки и любовники набросились друг на друга. В самый разгар процесса в окно машины назойливо и повелительно постучали. Через плотно тонированные стекла ребята разглядели две плотные фигуры в сером с поблескивающими на плечах погонами. Одеваться Максу было намного проще, и уже через несколько секунд он вынужден был через приоткрытое окно машины вступить в диалог с двумя ментами-сержантами.
- Старший сержант Пилипенко. Нарушаете общественный порядок, гражданин. Документики, пожалуйста.
Встреча не предвещала ничего хорошего, и Макс сразу же протянул свой бумажник, в котором лежали права, паспорт и студенческий билет.
- Так, так. Выйдите из машины, надо лицо ваше с фотографией при свете сравнить. Да, и девушка тоже, - повелительно приказал сержант.
- Я не одета, - попыталась возражать Ульяна.
- Выходите оба немедленно, а то применим силу, - вдруг вспылил мент, для убедительности стукнув стволом автомата о стекло машины.
Растерянный Макс выскочил первым, но сержанты не проявили к нему никакого интереса. Вид обнаженной девушки, стоящей около машины в узорчатых черных чулках и туфлях на каблуке, куда больше привлек их внимание. От напавшего вдруг страха Ульяна даже не пыталась прикрыть ни аккуратно подбритую киску, ни средние, но классически правильной формы груди.
- А Ваши документики где? - ехидно поинтересовался тот же сержант.
- У меня с собой ничего, - только и пробормотала Ульяна.
- Тогда девушку придется обыскать хорошенько. Ну-ка, Тимоха, займись, - повелительно приказал Пилипенко своему напарнику.
Второй мент, ничего не говоря, взял Ульяну за плечи и, повернув, к себе лицом стал нахраписто шарить по голому телу, как будто в самом деле обыскивал. Большие мужские руки цепко мяли плечи, затем грудь, опустились ниже и тут последовала его команда: "Раздвинь ноги". Ульяна молча повиновалась, Макс безучастно стоял рядом, не зная, что ему делать.
Тимоха уверенно запустил два пальца в женскую киску, повертел ими, затем достал и доложил: "Готово, командир!".
- Ты когда-нибудь милицейскую палочку пробовала? - снова так же ехидно поинтересовался Пилипенко.
- Отпустите девушку, - запротестовал было Макс, но тут же щелкнули заботливо приготовленные Тимохой наручники, а Макс еще получил и увесистый удар в живот.
- Итак, за нарушение общественного порядка гражданка приговаривается к "милицейской палочке".
С этими словами Пилипенко потащил болтающуюся у него на поясе резиновую дубинку, а Тимоха резким движением наклонил Ульяну, уложил ее на капот и точным пинком заставил девушку расставить ноги. Сержант нащупал дубинкой киску и одним рывком загнал туда резиновую палку. На вскрик девушки внимания никто не обратил, сержант продолжал орудовать дубинкой. Его энтузиазм начал иссякать лишь минуты через две, в течение которых все участники этой нелепой сцены сохраняли молчание: менты казалось просто делали свое дело, Макс ошалело смотрел на роскошно развратное тело своей девушки, а Ульяна боялась вымолвить еще хоть слово, не зная что может ждать ее впереди.
Закончилось как-то все неожиданно буднично. Пилипенко вытащил свою дубинку, небрежно обтер ее об стоявшего Макса, Тимоха разомкнул наручники, и менты неторопливо стали удаляться в сторону парка. Макс сначала ошалело посмотрел на измученную Ульяну, все еще лежавшую на капоте, ее широко раздвинутые ноги в чулках, выгнутую попку, а потом бросился к ней на ходу спуская свои плавки...
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 50%)
|