 |
| |
| | Вот - лето... к нам в гости приехали родственники, и с ними смазливый, на девчонку похожий Славка - их сын; мы со Славкой ровесники, - вечером Славку, который мне сразу же понравился, определяют спать со мной вместе - на одной тахте, благо тахта в моей комнате широкая-преширокая, и, едва наши мамы выходят, пожелав нам спокойной ночи, Славка тут же придвигается ко мне близко-близко, отбрасывая в сторону свою простыню; "Ты с кем-нибудь долбишься?" - шепчет он, блестя в темноте глазами; вопрос застаёт меня врасплох, - я ни с кем не долблюсь, но сказать об этом Славке честно у меня почему-то не поворачивается язык, и я неопределённо хмыкаю в ответ - хмыкаю так, чтоб это хмыканье не было похоже ни на утверждение, ни на отрицание; но Славку такой мой невнятный ответ явно не удовлетворяет, и он, совершенно не церемонясь с моими чувствами, спрашивает снова - переспрашивает, поясняя: "Я не понял, что ты сказал"; хуже всего, когда правду не скажешь сразу, а тебя начинают пытать - начинают выспрашивать-уточнять, и тогда приходится изворачиваться... вот это хуже всего!"Я сказал, что да... было несколько раз", - вру я, чтоб не выглядеть в Славкиных глазах полным отстоем; "Я тоже... ну, то есть, тоже - несколько раз, - шепчет Славка, обдавая моё лицо горячим дыханием; я лежу на спине, повернув к Славке голову, в то время как он, приподняв голову - опираясь щекой о подставленную ладонь, нависает надо мной, глядя на меня сверху вниз. - А когда нет девчонки - когда без девчонки... ты в таких случаях что делаешь?" - неугомонный Славка бесцеремонно атакует меня новым вопросом: вдруг выяснятся, что смазливый Славка на девчонку только похож, а характер у него напористый, мужской - в характере Славкином ничего девчоночьего нет; "Я? Ничего я не делаю... а ты?" - я, пробормотав первые пять слов, возвращаю Славке его же вопрос, и голос мой, когда я спрашиваю "а ты?", звучит уже совершенно по-другому - отчетливо и внятно; "Когда нет девчонки? Ты это имеешь в виду?"- горячим шепотом уточняет Славка, глядя мне в глаза; "Ну-да, - шепотом отзываюсь я. - Когда нет девчонки... "; и здесь Славка произносит то, что я в то время не смог бы выговорить ни под какими пытками, - всё так же глядя мне в глаза, Славка говорит: "Когда нет девчонки, я это делаю с Серёгой... " - Славка, мой ровесник, лежащий рядом, говорит мне "я это делаю с Серёгой", и я чувствую, как у меня от неожиданности приливает к лицу кровь; "Как - с Серёгой?" - шепчу я вмиг пересохшими губами; член мой, наполняясь саднящей сладостью, начинает стремительно затвердевать; "Обыкновенно, - шепчет Славка. - Так, как будто с девчонкой... "; я молчу, невольно сжимая мышцы сфинктера, - я смотрю Славке в глаза, пытаясь осмыслить то, что он только что сказал; "А Серёга... это кто?" - не узнавая своего голоса, я выдыхаю шепотом один из миллиона вопросов, которые хаотично возникают - роятся - в моей пылающей голове. "Серёга? Мой одноклассник. Мы дружим с детского сада, - отзывается Славка и тут же, не давая мне времени осмыслить эту новую информацию, задаёт свой очередной вопрос: - А ты что - никогда не пробовал?"; "Что - не пробовал?" - шепчу я, не слыша своего голоса; "Ну, как я... с пацаном, - Славка смотрит в мои глаза неотрывным взглядом; и горячее его дыхание щекотливо касается моего лица. - Никогда не пробовал?"; "Никогда", - еле слышно отзываюсь я; член мой, распираемый изнутри, в трусах гудит, и я, глядя Славке в глаза, то и дело с силой сжимаю мышцы сфинктера - мне хочется сжать, стиснуть горячий член в кулаке, но Славка лежит рядом, и делать это при нём мне кажется совершенно невозможным; "Мы можем попробовать... если ты хочешь", - шепчет Славка таким тоном, как будто предлагает мне прокатиться на велосипеде; я лежу на спине со сладко гудящим членом, и сердце моё колотится так, что мне кажется, что бьётся оно у самого горла; я снова - делая это непроизвольно - облизываю горячие сухие губы; "Ты что - пидарас?" - шепчу я, причем слово "пидарас", обращенное мной к лежащему рядом смазливому Славке, возбуждает меня почти так же сильно, как само Славкино предложение, - в интонации моего голоса нет ни обвинения, ни насмешки, ни страха, а только одно обжигающе горячее, почти телесно ощущаемое любопытство; "Почему пидарас? Я делаю так, когда нет девчонки... и ты так можешь делать, когда нет девчонки. Любой так может делать, когда нет девчонки, - объясняет мне Славка, и я, глядя ему в глаза, не могу понять, говорит он про девчонок серьёзно или это у него такая уловка. - Что - хочешь попробовать?" - шепчет Славка; я невольно облизываю пересохшие губы; "Ну, давай... если ты сам хочешь", - отзываюсь я, причем последние три слова я добавляю исключительно для того, чтобы вся ответственность за подобное поведение была исключительно на Славке; но Славку, кажется, совершенно не волнует, на ком будет "вся ответственность", - сдёргивая с меня простыню, он тут же наваливается на меня своим горячим телом, вжимается в меня, раздвигая коленями мои ноги, и я чувствую, как его напряженно твёрдый - волнующе возбуждённый - член через ткань трусов упирается в мой живот... ох, до чего же всё это было сладко! Ни орального, ни анального секса у нас не было, и даже более того - сама мысль о таких более интимных формах наслаждения нас почему-то ни разу не посещает, - две недели дядя Коля, тётя Света и Славка гостят у нас, и две недели мы со Славкой каждый вечер перед сном, приспуская трусы, поочерёдно трёмся друг о друга возбуждёнными члениками, мы обнимаем и тискаем друг друга, содрогаясь от мальчишеских оргазмов... и что это - форма совместной, ни к чему не обязывающей мастурбации или один из явно "голубых" эпизодов на пути к будущей идентификации себя как любителя своего пола - я особо не думаю, - делать то, что делаем мы, в кайф, и это - главное; главное - удовольствие, а не слова, которыми оно называется... | | |
| |
|
| |
| | Очень скоро это стало напоминать позу 69. Серега согнул ноги в коленках, сдаваясь ее напору, а я решил ему помешать. Я подошел и стал мешать Юльке спустить с него плавки. Его член маячил в каких-нибудь двух, трех сантиметрах от Юлькиного полуоткрытого рта. Улучив момент следующего Юлькиного колебания, я надавил ей на плечи, и она со всего размаху заглотала Серегин член. Замерев на несколько секунд она стала пытаться выплюнуть его, но не тут то было, я плотно прижимал ее голову к Сережиному паху. Смирившись со своей участью, она стала с остервенением сосать его палочку, увеличившуюся с каждым разом в размерах. | | |
| |
|
| |
| | За домом со стороны улицы, тёмной и безлюдной в этот час, росли кусты смородины, в которых я и поспешил уединиться. Уборную, до которой было метров пять, я проигнорировал - никогда не любил эти скворечники за их традиционную вонь и грязь. Спустил трусы и присел по-бабьи, расставив ноги в стороны. Не без усилий оттянул вверх край бутафорской половой щели и высвободил половину сморщенного члена, до этого завёрнутого назад и туго прижатого к промежности. На мгновение испугался, что журчащий звук струи кто-нибудь услышит, но улица по-прежнему была тиха и пустынна, а из-за дома всё так же доносились громкие пьяные голоса, смех и ленивое бренчание гитары. Возвращаться к костру не хотелось. Голова кружилась и начинала немного побаливать. | | |
| |
|
| |
| | Теперь я понял, как напрягать рот и горло, чтобы не задохнуться и дальше пошло проще. На тот момент минет продолжался уже минут двадцать и я понял, что Сергей рано или поздно кончит. Скорее всего наша встреча на этом завершится, а я вошел во вкус. Похоть заставила меня вытащить его член изо рта и занять потными, волосатыми яйцами. Я не знал насколько это чувствительно, когда тебе их сосут, поэтому сосредоточился на облизывании. Сильно всунув язык, я водил по его небритым шарам от самого члена и ниже. Сергей сильнее откинулся на заднем сидении, практически лёг на спину. Я понял, что он хочет, чтобы я продолжал лизать его яйца и освобождает их для меня полностью. Это меня возбудило еще сильнее и я начал лизать их снизу. Приподняв их рукой я облизывал то место, где они переходят в основание члена. | | |
| |
|
Рассказ №15881
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 10/01/2015
Прочитано раз: 30062 (за неделю: 21)
Рейтинг: 67% (за неделю: 0%)
Цитата: "Зайдя в душ, я застал четырех своих друзей, большей частью совершенно обессиленных. Паша, вытянув ноги и закрыв глаза, сидел прямо под душем, не подавая признаков жизни. Костян стоял под душем спиной к обществу, упершись руками в стену. Игорь сидел на лавке, мрачно поглядывая на всех. И только Серега был физически в нормальной форме, но его психическому состоянию я бы не позавидовал - все еще не отошел от секса с Людмилой Юрьевной. Он вполголоса бормотал слова, из которых самыми пристойными были "старая жирная сука". Я вспомнил, что начал он, вылизывая анус Марины. Да, не повезло парню... Зато, с другой стороны, он был единственным, кто кончил!..."
Страницы: [ 1 ]
Серега меня, признаться, удивил. Он навалился на тушу Людмилы и долбил ее с такой интенсивностью и страстью, словно она была его подругой, юной красоткой. Судя по тому, что экономичка лежала как бревно, только скулила, она уже кончила, а Серега хотел логически закончить их сношение. Вот он задергался, завыл и, видимо, опасаясь кончать в нее, разогнулся и стал забрызгивать семенем ее мягкое пузо, и Людмила, находясь, как мне кажется, в полубессознательном состоянии, медленными движениями размазывала сперму по всему телу.
Серега поднялся и, шатаясь словно пьяный, поплелся в душ.
Людмила пришла в себя не скоро. Потом она с трудом встала и, поддерживая на лице какую-то бессмысленно-блаженную улыбку, медленно двинулась подмываться.
Однако главный объект моего интереса представляла собой группа с центром в виде Марины Андреевны. Она уже успела повернуться и теперь Игорь, по-прежнему лежавший снизу, имел ее в попу, а Костян - куда положено. Англичанка выражала возбуждение всеми возможными способами: ее руки бессмысленно хватали любовников за все части тела, голова моталась во все стороны, черные волосы развевались, все тело блестело от пота, глаза были закрыты, изо рта вырывались стоны, охи и ахи, а иногда и обычная для таких случаев женская чушь: "Да, хорошо, давайте еще, сильнее, глубже, отлично... ", и так далее. Когда она кончила, ее безвольное мягкое тело с трудом удалось снять с двух напряженных членов. Мужики, тяжело дыша, ушли отмокать, а Марина долго лежала на полу, раскинув ноги и руки и открыв всем взглядам свое некрасивое костистое тело. Да, не подозревал я, что эта строгая, элегантная, изящная брюнетка, всегда накрашенная и ухоженная, благоухающая духами, столь сладострастна и так неистово обожает анальный секс!
Именно эта сцена позволила мне поддерживать потенцию на должном уровне и, когда Нина наконец-то кончила (последней из всех) , я оставался в отличной боевой форме - член стоял как железный лом. Паша и Нина ушли, а я остался один на один с приходящей в себя англичанкой. Она медленно согнулась и несколько минут сидела, тупо уставившись в одну точку, потом с трудом поднялась с пола и, начав движение к душу, только сейчас заметила меня. И тут случилось то, что я никак не ожидал. Глядя мне в глаза, она сказала тихо и четко:
- Если бы ты знал, как мне сейчас хорошо. Как никогда в жизни.
После чего медленно удалилась, хватаясь за углы и мебель.
Она поделилась со мной интимными впечатлениями, как с лучшей подругой! Видимо, потому что я ее еще не трахал. Да и хвост по английскому был только у меня... Видимо, те долгие часы, что я проводил, сдавая ей экзамен, породили у нее жалость ко мне, как к тому, кто от нее в эти минуты полностью зависел. А от жалости недалеко и до симпатии, привязанности, родства душ... Что-то я стал слишком сентиментальным! Почувствовал уважение к Людмиле за ее откровенность, вызвал дружеские чувства у Марины...
Эдакий стокгольмский синдром, только наоборот. Они - террористы, мы - заложники. А что - так и есть! Они нас взяли в плен и насилуют. Но ведь они, как я только что убедился, не бездушны, они - тоже люди, и все происходящее для них - нечто особенное, непривычное... Интересно, а раньше они это делали? Не узнаешь ведь: ни они, ни их бывшие партнеры ни за что не признаются! Одна Нина, пожалуй, не проявляла никаких эмоций - делала все четко, властно, уверенно. Видимо, у нее это далеко не первый опыт, в отличие от остальных. Да и трахается она, как мешки таскает - молча, тяжело, бесстрастно, надежно, только пыхтит, как паровоз, даже кончает, не издав ни вскрика, ни стона...
Зайдя в душ, я застал четырех своих друзей, большей частью совершенно обессиленных. Паша, вытянув ноги и закрыв глаза, сидел прямо под душем, не подавая признаков жизни. Костян стоял под душем спиной к обществу, упершись руками в стену. Игорь сидел на лавке, мрачно поглядывая на всех. И только Серега был физически в нормальной форме, но его психическому состоянию я бы не позавидовал - все еще не отошел от секса с Людмилой Юрьевной. Он вполголоса бормотал слова, из которых самыми пристойными были "старая жирная сука". Я вспомнил, что начал он, вылизывая анус Марины. Да, не повезло парню... Зато, с другой стороны, он был единственным, кто кончил!
Костян, повернувшись к нам, вдруг с нервным смехом заговорил:
- Прикиньте, мужики, я же девственником был! Даже представить не мог, что мужчиной стану, когда меня старухи изнасилуют! - и он опять идиотски заржал.
Мы постепенно приходили в себя - понимали, что все худшее позади и что экзамен мы сдали.
- Теперь я-то точно отличником стану, - заявил Паша.
- Я думаю, - произнес Игорь, - не надо вам пояснять, что об этом - никому никогда. А то, если девчонки наши узнают...
- Да что девчонки! Это же слава на всю жизнь! Альфонсы долбаные!
Наш разговор прервал из коридора раздался игривый голос Нины Степановны:
- Мальчики, мы ждем вас!
В гостиной хозяйственные женщины выкатили стол на середину, достали откуда-то огурцы, селедку, икру, газировку, еще что-то. Они уже были обернуты в простыни и выглядели довольными и умиротворенными. Понаблюдав за тем, как мы жадно утоляли голод, Нина Степановна прокашлялась и заговорила:
- Итак, поздравляю - вы все нас полностью удовлетворили. Завтра вы пойдете к тем преподавателям, кому должны сдавать экзамены, и они поставят вам желанные тройки. Всех я предупрежу лично. Само собой разумеется, что рассказывать кому-либо о том, что здесь произошло, я вам не советую. Ну, а теперь о хорошем. Я обещала, что лучшие из вас получат отдельную награду. Вы, вероятно, заметили, что мы ни разу не прибегли к оральному сексу. То была наша договоренность, достигнутая заранее - это вы должны ласкать нас, а не наоборот. Теперь, в качестве награды, мы готовы поменяться с вами ролями. А награду заслужили все. Я должна спросить - может, кто-то желает уйти?
- Так я сдал? - спросил Паша.
- Я же сказала.
- У меня хвост по математике, он точно поставит?
- Я его предупрежу.
- Тогда я пойду, если можно.
- До свидания, Павел, - подчеркнуто вежливо сказала замдеканша.
Паша ушел так быстро, что я бы сказал "убежал".
- Итак, кто еще? Никто? Отлично. Я не... была с Игнатенко. Сергей, кажется?
- Да, - Серега вроде бы отошел от потрясения и даже слегка воодушевился, узнав, что сессия позади и что сама всесильная заместитель декана будет делать ему минет.
- Вы, - обратилась она ко мне, - кажется, единственный, кто не был с Мариной Андреевной?
Я тоже воспрял духом - она своим собственным языком компенсирует мои мучения языком чужим!
- Люся, выбирай, - странно, она поменяла последовательность выбора - интересно, почему?
- Ты, котик, - улыбаясь, произнесла Людмила, кивнув Игорю, - покажи свой инструмент, а то я его еще не пробовала.
- Я пойду, пожалуй, - сказал Костян, - не люблю быть лишним.
- Как вам угодно, - милостиво кивнула Нина, - Ну что, девочки, приступим?
Англичанка встала, подошла ко мне, улыбаясь и облизываясь, быстро опустилась на колени, откинула мою простыню и, глядя мне в глаза, стала медленно поднимать мой опавший член своими тонкими сухими губами. Сначала я наблюдал, как ее, строгую и непреклонную, удовлетворяли в кишку мои друзья, а теперь она удовлетворит меня! Я подумал, что после того, как она поставит вожделенную оценку, я поинтересуюсь, как это ее угораздило так подсесть на содомию. Интересно, а она замужем? Если она спрашивала меня о том, женат ли я! Я тоже спрошу... О, как она хорошо сосет...
***
Через полчаса я вышел с черного хода на мороз. Я специально задержался, пропуская вперед мужиков - мы по-прежнему избегали друг друга.
Все тело ломила приятная истома, от недавнего оргазма, такого выстраданного и долгожданного, кружилась голова. Хотелось выпить стакан водки и завалиться спать. Но, выйдя из-за угла, я заметил несколько девушек с нашего курса, стоявших у главного входа. Моя Вика была среди них. Она увидела меня и хотела было подбежать, как вдруг из открывшейся двери вышли трое - математик, старый лысый козел, физик, помоложе, но толстый и противный, и декан - плюгавенький старикашка с трясущимися руками.
- Ну что, девочки, - скрипучим голосом сказал он, - предъявляем простыни и зубные щетки, остальное не обязательно...
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 77%)
|
