 |
| |
| | Марина с трудом приподнялась со стола, немного поругала меня за попку, мол надо разрешение спрашивать, а я помог ей одеться. И тут она вдруг ахнула, зажала рот рукой и подтащила меня к приоткрытой двери во вторую комнату. Луна вышла и чуть осветила прекрасный вид - длинные ножки на талии у полуголого мужчины, скрип тахты, охи-ахи. Потом мужчина приподнялся, перевернул партнёршу в коленно-локтевую и вошёл в неё сзади, похоже в попку, и стал бурно кончать. А Маринка умница, поняла быстро всю ситуцию - чтобы сгладить инцест, стала у двери, и, как только папашка выплыл - хвать его под руку и повела в туалет, как она потом сказала, "подмыть срамоту и смыть грех". А тут и Инка пошлёпала, а в коридоре увидела меня, но не удивилась - она совсем другое поколение всё-таки: "Так меня папан трахал? Вот то-то вроде член другой!" | | |
| |
|
| |
| | Дима засунул три пальца во влагалище и стал сосать и покусывать клитор. От этой ласки тетя замерла, а потом стала трястись от наслаждения, не в состоянии даже сосать член. Тогда Дима начал двигать бедрами, как бы трахая тетю между ее плотно сжатых губ. Через минуту они поменялись местами: Дима лег на пол, а тетя Катя оседлала его член, обхватив своим горячим влагалищем, и стала двигать бедрами в непрерывно убыстряющемся темпе. Дима мял руками ее пышные груди и массировал крупные набухшие соски. Тетя откинула голову и громко стонала, ее длинные черные волосы спадали на плечи и спину. Дима кончил, заполняя ее влагалище спермой. Тетя слезла с него и легла рядом. Она провела ладонью между ног и стала слизывать с нее влагу, яростно натирая и массируя клитор свободной рукой. Видно было, что она еще не кончила, но очень близка к этому. Дима приник ртом к ее промежности и начал лизать ее щель, засовывая язык глубоко во влагалище. Скоро тетя Катя кончила, заполнив рот Димы своими соками. | | |
| |
|
| |
| | А уже через минуту появился и источник этого звона - карета запряженная четырьмя, затянутыми в черные сбруи, девушками. Подгоняемые кучером они довольно резво бежали по дороге, высоко поднимая стройные, обутые в туфли-копытца, ноги. Закреплённые на грудях колокольчики весело звенели. Узнав карету своей госпожи вся толпа тут же упала на колени, и согнув спины, опустила головы на землю, смея поднять их только когда звон колокольчиков расстаял вдали. Однако, Эмма Евгеньевна, не видела приветствия своих холопов. Развалившись на мягких подушках, убаюканная мерным покачиванием кареты и мелодичным звоном колокольчиков, уставшая от ночных развлечений, она сладко спала широко раскинув ноги, между которых, стоя на полу кареты, трудилась язычком девочка-рабыня. | | |
| |
|
| |
| | - Ладно, сестрёнка, поехали! - Танька устраивается поудобнее на кресле и спускает джинсы одновременно с трусами. Словно прилежная ученица, она складывает руки одну на другую на спинке кресла и ложится на них щекой. Её спина делает грациозный, кошачий изгиб. Свою очаровательную круглую попку сестра доверчиво и в то же время элегантно подставляет мне. Моё сердце замирает от восторга, слёзы неизъяснимого счастья наворачиваются на глаза - о большем проявлении любви и нежности невозможно и мечтать! От этой непередаваемой радости я готова расцеловать попку сестры и, скорее всего, я это сделаю! Но после. Сначала я должна дать сестре то, чего она так хочет - облегчение, успокоение, душевное спокойствие. Конечно, я вряд ли сделаю это хорошо с первого раза: Но я сделаю это от души, со всей любовью и нежностью к моей чудесной Танечке. Очень хочется надеяться, что она будет мною довольна, ведь я так её люблю. | | |
| |
|
Рассказ №25675
|
