Рассказ №2795 (страница 5)

     Расстояние оказалось довольно большим, и он позвонил в ее квартиру лишь спустя час. Она открыла дверь и позволила себя нежно обнять, но тут же упорхнула на кухню, откуда потянуло чем-то невообразимо аппетитным.
     -- Ты завтракал? -- донеслось оттуда, пока он снимал обувь, -- Хотя я в любом случае никуда с тобой не пойду, пока ты не попробуешь мой яблочный пирог.
     -- Сама готовила? -- отозвался он. -- тогда конечно, попробую.
     Что может быть приятнее, чем сидеть напротив милого человека, наблюдать, как бойкие лучи поднимающегося солнца играют золотом в ее волосах и уплетать аппетитно пахнущий пирог с хрустящей корочкой, с любовью сделанный ее руками. Затем она напоила его вкусным цветочным чаем, в котором смешались ароматы трав горного Крыма и лесных цветов, и ушла переодеваться в свою комнату.
     -- Куда пойдем сегодня? -- донесся ее голос.
     -- Твой город, ты и решай, что мне показать сегодня, -- крикнул он в ответ, поймав себя на мысли, что ему совершенно все равно, куда идти, лишь бы не расставаться с ней.
     Она вышла в легком летней блузочке, перехваченной черным шелковым пояском, выгодно подчеркивающим ее стройную фигурку, и он в который раз невольно залюбовался ею. День обещал быть жарким, и он уже жалел, что слишком тепло оделся. Но как поступить? Оставить жилетку у нее дома -- это равносильно намеку, ведь за ней придется возвращаться, а дома больше никого не будет. Да и подарок носить как, больше положить некуда, он не любил ходить с сумкой и сейчас был налегке. Придется вручать сейчас.
     -- У меня кое-что есть для тебя, -- сказал он, приняв решение, и вынув длинную продолговатую шкатулку. -- Вот... Только обещай посмотреть, когда я уеду.
     -- А как же женское любопытство? -- удивилась она. -- Я же не смогу заснуть!
     -- Сможешь, -- успокоил он ее. -- долгие прогулки по свежему воздуху способствуют полноценному сну. Спасибо за угощение, у тебя просто золотые руки. Собираемся?
     Как ни странно, время словно замедлило свой бег. Может, от того, что сегодня их маршрут не был таким сумбурным, как вчера, но знакомого каждому ощущения, будто время летит, как стрела. не было. Они побывали на развалинах древнего замка, прошли по вырытым на заре христианства пещерам на территории действующего монастыря, побродили среди пышно цветущих экзотических растений ботанического сада и под вечер вышли на самую высокую точку города, находящуюся на территории огромного ландшафтного парка, вольготно раскинувшегося зеленым ковром на высоком правом берегу реки. Необъятный город лежал у их ног. В воздухе огненными искрами проносились светлячки, внизу сгущавшуюся черноты прорезали пунктиры автомобильных фар, в воздухе витал пьянящий аромат сирени, а невидимые цикады уже завели свои ночные серенады.
     Она оперлась на парапет и смотрела вдаль. Он стоял чуть сзади, глядя на чуть колеблющийся океан огней поверх ее плеча. Из-за маленького облачка вышла почти полная луна, и ее призрачный свет озарил небо, превратив его из угольно-черного в пепельно-голубое. Казалось, что разлапистые перистые облака светятся изнутри, посылая вниз на землю дрожащие лучики света.
     -- Скоро появятся звезды, и можно будет ждать, когда они начнут падать, -- негромко стоял он.
     -- Я бы хотела гулять всю ночь, -- прошептала она, но он услышал.
     -- Так что нам мешает? -- спросил он, воодушевившись, поскольку в душе уже подготовил себя к неизбежному расставанию.
     -- Бабушка позвонит, будет волноваться. А мне завтра на работу. Да и тебе нужно выспаться, завтра ведь тебе предстоит долгая дорога.
     -- Солнышко... -- он взял ее за руку и нежно заставил повернуться к себе, -- я не хочу расставаться.
     -- Я тоже, -- так же почти шепотом отозвалась она. -- Но это такая ирония судьбы. Мы далеки друг от друга, и нам не суждено быть вместе.
     -- Ты писала мне, что сможешь приехать к нам? Это правда? -- он всмотрелся в ее лицо, но сгущавшаяся темнота не позволила ему увидеть ничего, кроме неясного овала лица.
     -- Я буду стараться, я не бросаю слов на ветер, но пока нет никакой определенности. У меня будет отпуск только летом, может, только тогда, да и то, если меня отпустят.
     Отбросив все условности, он порывисто прижал ее к себе, чувствуя, как взволнованно поднимаются и опускаются два очаровательных холмика под тонкой тканью блузки. Она не отстранилась, но и не расслабилась, и он, почувствовав ее напряжение, ограничился нежным поцелуем около ушка и отпустил ее.
     Взявшись за руки, они покинули парк и подошли к трамвайной колее. Домой она возвращалась другой дорогой, он потерял ориентацию, но добросовестно выполнял роль провожатого. Почти пустой трамвай нес их вдоль сверкающей глади реки, в окне мелькали деревья и придорожные столбы, а он любовался ее нежным профилем на фоне окна. Между рядами сидений медленно шел пожилой кондуктор, приближаясь к ним. "Кондуктор не спешит, кондуктор понимает, что с девушкою я прощаюсь навсегда" -- в памяти услужливо всплыли полузабытые строки старинного романса и он опустил голову, чтобы скрыть слезы, предательски навернувшиеся на глаза. Они молчали. Слова уже были лишними, они словно добавляли боли в их измученные души. Оба ждали этой встречи, оба ничего не могли с собой поделать, оба знали, что этот момент наступит и оба боялись этого. И вот момент наступил, и они оказались совершенно к этому не готовы.
     -- Покупайте билеты, молодые люди, -- бодрый голос вернул его к действительности. Он отсчитал нужное количество монет и получил две заранее пробитые бумажки, которые не глядя сунул в карман. Но седовласый старичок не отходил. Хитро глядя на него неестественно расширенными из-за толстых стекол очков глазами, он потрогал его за плечо и произнес, назидательно покачивая пальцем:
     -- Вы даже не представляете, как вам повезло, молодые люди. Вы сели не на простой трамвай. Мой трамвай -- не такая коробка на колесах, как все остальные. Это трамвай исполнения желаний. И билеты у вас в кармане тоже не обычные. Это билеты счастья. Когда я уйду, посмотрите на них внимательнее. Счастливо! -- и шутливо приложив руку к козырьку потрепанной фуражки, он вышел в открывшиеся двери и перешел в следующий вагон.
     -- Пьяный он, что ли? -- отозвалась она, проводя его взглядом.
     -- Не похоже что-то, -- он достал билеты и стал внимательно их изучать, но рассеянного света не хватало. Тогда он вынул зажигалку, которую всегда носил с собой, несмотря на то, что не курил, и в неверном колеблющемся свете тонкого язычка пламени стал внимательно рассматривать чуть примятые кусочки бумаги. Вроде все нормально, красиво переливающаяся в свете пламени цветная полоска, реклама какого-то интернет-кафе на обороте, ничего не значащий порядковый номер, артикль... стоп!
     -- Какое сегодня число? -- спросил он. -- Тринадцатое мая, так?
     -- Именно так, хотя скоро уже будет четырнадцатое. А что?
     -- Да ничего, если не считать, что порядковый номер одного билета -- 130501, а второго -- 120501. Вчерашнее и сегодняшнее число.
     -- Ничего себе...
     Она наклонилась поближе и он испугался, что пламя коснется ее пышных волос и поспешно отнял палец от пластмассовой кнопочки зажигалки. Но она уже рассмотрела все и теперь смотрела на него широко раскрытыми глазами.
     -- Веселый старикашка, -- удивленно произнесла она. -- Где он? -- она приподнялась, взглянув через стекло в салон второго вагона. Но от веселого кондуктора и след простыл. Зато оглядевшись по сторонам, она не на шутку встревожилась.
     -- Боже мой, пока мы с ним разговаривали, трамвай проехал нашу остановку! --в панике она вскочила, но тут же опустилась на место, -- И до водителя не докричишься, мы же не в первом вагоне.
     -- А когда следующая? -- спросил он, в душе только радуясь такому повороту событий.
     -- Не знаю, -- почти простонала она, и в нем тут же шевельнулась жалость и злость на собственный эгоизм. "Но к ней не каждый день приезжают из других стран, можно хоть раз и на работу опоздать" -- услужливо пришла мысль от его темной половины, которая порой безраздельно господствовала над его желаниями и действиями.
     Но трамвай уже замедлял ход, и они выскользнули наружу. На город уже опустилась ночь, стрелки часов перевалили за полночь. В почти полной темноте они шли по узкой тропинке вдоль железнодорожной колеи, он наконец-то преодолел робость и вел ее за руку, имея на это полное право.
     Ее дом как-то неожиданно надвинулся из темноты, потому что они подошли к нему с другой стороны. Сердце сжала ледяная рука тоски. Вот и все. Сейчас они попрощаются, и скорее всего больше никогда не встретятся. Примерно через двенадцать часов он должен быть на вокзале, а она в это время уже будет на работе и не сможет проводить его. Да это и не нужно, он специально купил билет обратно с таким расчетом, чтобы у нее не получилось поехать на вокзал вместе с ним. Смотреть из окна поезда, как уплывает назад перрон и словно уносит вслед за собой ее -- нет, это было бы выше его сил.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ]

Читать также в данной категории: