 |
| |
| | Mоника Конуэй лениво потянулась на золотистом песке. Летнее солнце ласково согревало ее бронзовое тело, облаченное в светло-голубой купальный костюм. Она провела рукой по обнаженному животу и решила, что он уже достатечно поджарился - ей вовсе не хотелось обгорать и было вполне достаточно темно-коричневого загара.
| | |
| |
|
| |
| | - А теперь стоять раком сука. Щас буду долбить тебя в жопу. Будешь орать у меня под руками. . я тебе уже привязал к кровати. . некуда уйти от меня. Вижу до утра будешь стонать. . Он начал медленно входить мне в попу. . я удивлясь заметила что вовсе и нет боли. Его хуй двигался все дальше и глубоко и скоро он кончил мне туда. | | |
| |
|
| |
| | Стоя в центре казармы, Юрчик смотрит, как стриженые пацаны, повинуясь его голосу, стремительно соскакивают с коей, как они, толкая друг друга, суетливо натягивают штаны, как, на ходу застёгиваясь, выскакивают, толкая друг друга, в проход, и - глядя на всё это, Юрчик в который раз невольно ловит себя на мысли, что эта неоспоримая власть над телами и душами себе подобных доставляет ему смутное, но вполне осознаваемое удовольствие... может быть, Максим, говоря о "стержне", не так уж и не прав? И еще, глядя на пацанов, повинующихся его голосу, он невольно вспоминает, как точно так же когда-то он сам соскакивал с койки, как волновался, что что-то забудет, что-то сделает не так, как смотрел на сержантов, не зная, что он них ждать, - когда-то казалось, что всё это ад, и этому аду не будет конца, а прошло, пролетело всё, и - словно не было ничего... смешно! В начале службы - в "карантине" - он, Юрчик, был в одном отделении с Толиком, и вот они вновь оказались вместе - опять в "карантине", но между этими двумя "карантинами" пролегла целая жизнь, измеряемая не временем, а опытом познания себя и других, - "кто знает в начале, что будет в конце... " - думает Юрчик, глядя, как парни, сорванные с коек его приказом, суетливо строятся перед кроватями, рядами уходящими в глубь спального помещения... | | |
| |
|
| |
| | Я всегда был уверен, что тебе это понравится! Я ласкаю языком тебя всю, доставая как можно дальше, а потом подолгу лаская маленькую точку там, где сходятся твои губки. Думала ли ты, что на одном месте в твоём теле может быть столько наслаждения сразу? Теперь ты понимаешь, почему так громко кричат в порно - у тебя самой иногда с выдохом вырывается тихий стон... впрочем с каждым разом он становится всё громче, по мере того, как ты теряешь над собой контроль, погружаясь с головой в пучину наслаждения, которым я стремлюсь затопить все уголки твоего тела. Я двигаюсь то быстрее, то медленнее, прижимаюсь то слабее, то теснее - всё для того, что бы ты не успевала привыкнуть к равномерности и чувствовала, как наслаждение усиливается непрерывно. И когда оно доходит до своего пика, ты уже издаёшь стон не тихий, а совсем несдержанный на каждом выдохе. Какая-то сила заставляет тебя подбрасывать бёдра мне навстречу, метаться по кровати как дикий зверь мечется в клетке. Только зверь в клетке свободы лишился, а ты её только что получила - свободу получить то, что принадлежит по праву любой женщине. | | |
| |
|
Рассказ №22972
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 25/06/2020
Прочитано раз: 18573 (за неделю: 3)
Рейтинг: 51% (за неделю: 0%)
Цитата: ""Валерка, что ли? Может, случилось чего?", - подумала Света, с трудом дотянувшись до тумбочки, где лежал телефон. Озгюр крепко держал ее сзади за бедра и увлеченно делал свое дело. Его сильные руки жестко зафиксировали русскую туристку в необходимой позиции. Звонил, действительно, муж...."
Страницы: [ 1 ]
Когда iPhone позвонил в четвертый раз, Свете стало не по себе.
"Валерка, что ли? Может, случилось чего?", - подумала Света, с трудом дотянувшись до тумбочки, где лежал телефон. Озгюр крепко держал ее сзади за бедра и увлеченно делал свое дело. Его сильные руки жестко зафиксировали русскую туристку в необходимой позиции. Звонил, действительно, муж.
- Валера? Ты чего охренел? Чего в такую рань? - Света, как и всегда в таких случаях, пошла в атаку. Она старалась дышать не в трубку.
- Светка! Ты представляешь, - голос мужа был каким-то взволнованным и странным, - что эти козлы-то устроили?
- Какие: козлы? - с каждым толчком Света соображала все хуже.
- Турки эти сраные! Сбили наш истребитель! - голос мужа дрожал от ярости. - Суки!
- Валера, я перезвоню, - попыталась прервать сеанс Света, но Валера вдруг заорал:
- Немедленно езжай домой! Сегодня же собирайся! Хрен им, гнидам, а не деньги наши!
- Хорошо! - выпалила Света, чтобы замаскировать срывающееся дыхание. Озгюр набирал темп. Кровать начала предательски скрипеть. Светин голос задрожал, превращаясь в один бессвязный и нескончаемый стон.
- Сегодня же билеты меняй! - кричал Валера. - Чтоб мы еще в эту Турцию сраную:
От неожиданно резкого толчка Озгюра телефон выпал из ослабевших рук Светы и упал на мягкое ковровое покрытие.
"Блядь! Надо отключить!" - подумала Света, но уже через секунду ей стало не до того. Сладкая судорога сотрясла все ее тело и невольный стон вырвался из груди. Сзади раздался победный рык Озгюра, его пальцы до боли впились в мягкие бедра Светы.
"Синяки останутся", - отметила она краешком сознания.
- Поедем в Крым наконец-то! - неистово доносилось из трубки. - А этим чуркам мы еще покажем, где их место!
Озгюр все продолжал и продолжал изливать в Светку свой, казалось неисчерпаемый, поток:
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 22%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 24%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 74%)
|
