 |
| |
| | Сэм отвернулся от нас и занялся делом, все убыстряя и убыстряя темп. Дождавшись характерных криков жены, вытянул из ее задницы член и ласково погладил рывками сокращающийся сфинктер. Потом посмотрел на нас, разглядывающих жутковато выглядящий анус Сары. | | |
| |
|
| |
| | Марта позвала палачей, и они приступили к экзекуции. Марину раздели и положили на лавку, закрепили доски с прорезями для шеи и ног, привязали ремнём в области поясницы, завязали кисти рук. Девушка громко плакала и причитала. Василий взял розгу в руку, и сильно размахнувшись, начал сечь по ягодицам. Розга со свистом рассекла воздух и припечаталась к коже, оставив на ней красную полосу. Марина ощутила сильное жжение в области попы и начала визжать как поросёнок. Василий методично с интервалами наносил удары. Полосы на коже ложились параллельно. Покрывая постепенно весь зад девушки. Марина вспотела, глаза вылазили из орбит. Боль нарастала с каждым ударом и распространилась от попы к затылку. Единственное, что могла делать несчастная, кроме крика, так это вертеть головой. В глазах Марины плавали круги. Она охрипла и оглохла от собственного крика. После двадцатого удара, Василий начал сечь поперёк первых полос, боль ещё усилилась, Марина орала как резаная, и умоляла Марту прекратить наказание. Но та продолжала, вместе с майором, молча наблюдать за поркой. Василий сменил очередную измочаленную розгу, и продолжал наказание. После сорокового удара, Марта приказала остановиться. Марину отвязали. Рыдающая девушка встала, взялась руками за попу, даже не пытаясь прикрыть свою наготу. | | |
| |
|
| |
| | Очнулась от прикосновения сильных мужских рук. Это Он. Они, улыбаясь, смотрят на меня. Марина зовёт меня на ковер. Мы стоим на коленях, Саша перед нами, его большой член покачивается у моего лица. Я беру его в рот, потом Марина, потом я. . Он показывает Марине на кровать, мы становимся на край рачком, попа к попе. Он берёт нас поочереди. Маринка переворачивается так, что моя голова у неё между ног. Я чувствую запах.: Впервые, не смело, провожу языком по её губам.: Ещё, ещё. По клитору. Еще, быстрее: Она стонет, выгибается, пытается сжать колени, кричит в экстазе... Чувствую в себе огненно пульсирующий член, крепкие руки на бёдрах: Сашка раздвигает мне попу, что-то говорит Марине. Она соскользнула с кровати, зашлепала босыми ногами. Что-то холодное выдавливают в задний проход. Я пытаюсь протестовать. В ответ успокаивающие шлепки и Маринкино хихиканье. Ее палец смазывает и проникает внутрь. Мне это не нравится, я всегда была категорически против такого. Место пальца заняло что-то твёрдое и холодное. | | |
| |
|
| |
| | Лунный свет быстро пробегает тенями и пятнами по обеим, сравнивая и оценивая. Начнем, пожалуй, с той, что справа - левая тоже великолепна, но эта поаппетитнее. Подтянутое спортивное тело, рельефное, аккуратно и с любовью вылепленное - и будто покрытое тонким слоем крема, сгладившим переходы, смягчившим изгибы, придавшим всей фигуре плавность и текучесть. Ничего резкого: изящные небольшие кисти - с тонкими, но сильными даже на беглый взгляд пальцами, никакой костлявости в запястьях и локтях, так и тянет облизнуть всю руку от ногтей до подмышки; гладкая высокая шея через канавки ключиц переходит в груди - сейчас мягко растекшиеся пологие купола, а еще пять минут назад... мммм... видели-виидели... - затем спускается с них на узкий, вздымающийся и опадающий животик, с маленьким кратером посередине. Луна одобрительно заглядывает в кратер: вот ведь, люди - а тоже понимают в украшениях! | | |
| |
|
Рассказ №24611
|
