 |
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | Лена yчилась на четвеpтом кypсе экономического факyльтета МГУ и сpеди однокypсников слыла девyшкой с большими стpанностями. Hи паpни, ни девyшки не могли никак понять, а как она, собственно, вообще относится к пpотивоположномy полy. Ее однокypсники находились в таком возpасте, когда вопpосы секса чpезвычайно начинали их волновать... Hекотоpые - в особенности - мальчики - yже yспели потеpять девственность, дpyгие (и мальчики, и девyшки) - мечтали ее потеpять, тpетьи (чаще всего девyшки) все же ин | | |
| |
|
| |
| | Дядька, тоже не дурак, кидал зажигательные взгляды в сторону этой фарфоровой девочки. Мне захотелось вдруг, страстно узнать, не стоит ли у него хуй, как у меня, когда я увидел её впервые. Эта забавная и лукавая мысль меня расслабила и сняла напряжение. Всё ведь нормально! Ничего с родоками не произойдет, раскрепостит малость, языки развяжет, поговорят хоть не по заложенной годами программе. Петруха свистун, однозначно, не такое это зелье и страшное. Я облегченно вздохнул, приободрился. Смотреть на это надо, как на забавное приключение. | | |
| |
|
| |
| | Возбуждения достигло высшей точки и мне было хорошо он трахал меня не торопясь и дрочил мой член, а я держал свои ноги у груди и шептал да да трахай меня трахай свою шлюшку темп увеличился его конец стал набухать он выдернулего и вставил мне в рот глубоко засунул пару раз и сново в попу и та раза три четыре менял дырочки я кончил измазав ему ногу живот себе и руку ему он кончил мне в рот спермы было много я не успевал глотать и она лилась мне на грудь по подбородку из глаз лелись слёзы мне было хорошо я не соображал где я, плизал ему яйца и анус мы сидели и молчали. Говорить не о чём было. Приехав домой я помылся переоделся и стал ждать жену с работы попа при ходьбе немного болела и чувствовалось что то там не хватает. По ужинав с женой мы решили прогуляться и я рассказал ей как провёл день. | | |
| |
|
Рассказ №2052
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 21/12/2022
Прочитано раз: 22442 (за неделю: 34)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Другое, что мне нравится, это - носить колготки без трусиков, эти ощущения настолько острые и горячие, особенно когда я позволяю течь моче. Бывает, я прогуливаюсь, а теплая моча струится через нейлоновую ткань, сбегая по моим ногам к кончикам пальцев...."
Страницы: [ 1 ]
Мне было только 17-лет, когда мой друг подарил мне трусики с красным кружевом на день рождения. Скользнуть в них, одевая, и их ношение моментально меня возбуждали, да так, что трусики быстро промокали.
Был горячий летний день, и один из наших друзей устроил вечеринку с барбекю на озере поблизости. Пиво остывало в воде, и после двух бутылок я срочно должна была пописать. Но я не хотела делать это как все в кустах, так как было слишком много москитов.
В это время я была все еще весьма робкая девочка, даже в моей самой дикой мечте, я не могла когда-либо писать перед другими, наблюдающими за мной. Но после третьей бутылки пива мой мочевой пузырь снова давал сигнал тревоги, но, на сей раз, я должна была спешить. Что же делать?
Наконец родилась идея. Я присела вниз прямо в траву, слегка поднимая мое расклешенное платье и просто начала писать - немного подвыпившая и в хорошем настроении. Какое это было неповторимое ощущение - просто позволить своей моче течь! Мои трусики высохли весьма хорошо на летнем ветру, но промокали снова и снова.
Я пила несколько больше бутылок пива этим вечером. И каждый раз я писала через трусики.
После того случая я делала это много раз. Я наслаждаюсь мочеиспусканием на открытом воздухе, где всегда имеется скрытое желание быть пойманной другим любителем влаги. Получая от этого не только застукивание, но и усиление струи мочи, которая сильно массирует мою писеньку при писании, и я замираю в невероятном оргазме.
Другое, что мне нравится, это - носить колготки без трусиков, эти ощущения настолько острые и горячие, особенно когда я позволяю течь моче. Бывает, я прогуливаюсь, а теплая моча струится через нейлоновую ткань, сбегая по моим ногам к кончикам пальцев.
Я думаю, что я очень изящна и сексуальна, когда влажная ткань трется между моими бедрами. Иногда я беру выпить в кафе и затем начинаю тереть свою мокрую писеньку под юбкой. Затем я задираю заднюю сторону своей юбки так, чтобы спереди никто не мог видеть, что я сижу в колготках попой непосредственно на стуле. И тогда я писаю через колготки, но только немного. Часто я могу флиртовать с парнем за соседним столом, в то время как смачиваю себя.
Это - так незаметно, что я до сих пор никогда не была поймана за этим. Но поскольку кафе, в которых я это делаю, становятся более популярными, шансы, что однажды кто-то заметит меня писающей на одном из стульев, возрастают. Какое сильное и возбуждающее чувство было бы от этого...
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 55%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 83%)
|
