 |
| |
| | Но надо заканчивать начатое я чуть спустив ноги встал на лавочку и выгнувшись как кавалерист, бутылка не дает выпрямить ноги уже с плеча целюсь в палатку благо всего 6-8 м до нее и даю еще одну длинную очередь стараясь про решетить палатку так чтобы гарантированно попасть. Далее слажу на пол, говорю жене вытирайся и приводи себя в порядок, и ковыляя с бутылкой в жопе двигаюсь к палатке, один из бугаев на земле возле кейса шевелится и стонет, в пьяном порыве и боевом угаре двумя короткими очередями стреляю в головы бугаям, на всякий случай и потихоньку ковыляю к палатке. Хорошо что одна створка открыта и все что там есть видно, похоже попал удачно наркоша лежит и не двигается, но на всякий случай опять короткой очередью стреляю в голову наркоши. | | |
| |
|
| |
| | Трусселя эти разумеется были тоже белыми и детскими, но размер был вполне мне свободный. В них было удобней, ещё только бы член не вставал. В карты, в дурака, девчата играли получше меня. Тем более, что меня постоянно одолевали мысли, как бы заглянуть девчонкам под футболки, чтобы ещё раз после снятия ими шорт увидеть их трусы. Беленькие девичьи трусики на них под недостаточно длинными футболками смотрелись очень эротично. Из-за этого я всё чаще и чаще проигрывал. Из-за этого становилось даже неудобно. Но не смотря на это, заниматься было абсолютно нечем, поэтому играли мы долго, прежде чем Наташка, ссылаясь, что не интересно вышла из игры. Мы продолжали игру втроём. | | |
| |
|
| |
| | Через какое-то (совсем, впрочем, небольшое) количество времени мне стало казаться, что там, на вершине пленившей меня трубы, устроили День Великого Испражнения. Поток падавшего на меня дерьма, вперемежку с мочой, не иссякал, казалось, ни на мгновенье. Я чуть было не проткнул себе грудь подбородком - так старательно прятал я от зловонных осадков свое лицо. Со стороны, наверное, я являл собой забавное зрелище. Эдакий балаганный человек-какашка. Или "дерьмодемон" из "Догмы". Ну да это со стороны. И | | |
| |
|
| |
| | Этим вечером было сравнительно тихо даже у мальчиков (видимо, выигрывал Жюль Верн) . Девочки же и вовсе прижухли в полной темноте своей спальни освещаемой лишь отбликами ярких языков пламени из открытой печечной дверцы - Ларочка Мохова только что поведала одну из запаса своих страшных страшилок, и теперь, чтобы совсем уже не помереть со страху повествование перешло к Динуле, которая страшилок не знала, а могла бесконечно долго рассказывать о похождениях всяких сказочных принцев к их не менее сказочным принцессам. Правда, Динуля постоянно то и дело сворачивала в одну и ту же сторону, сообщая внимательным слушателям, что очередные герой с героиней "поцеловались и лежали два часа и у них родилось два ребёнка" , при этом количество часов и ребёнков пропорционально варьировалось, а поцелуи и лежания оставались неизменными. Но уклонения от основной тематики почему-то ни у кого возражений не вызывали, и от периодических упоминаний об этих загадочных возлежаниях коленки у большинства слушающей аудитории были тесно сведены вместе, а то ещё и обхвачены ладошками. | | |
| |
|
Рассказ №23341
|
