 |
| |
| | Красавица каких поискать, мастерица-кудесница на все руки, - вон каике платки или ковры ткёт, купцы готовы втридорога платить, в быту сколько помнил её Игорь мама была всегда такой, - тихой, скромной, послушной, если не сказать более покорной, беззащитной голубкой. Он в жизни не помнил, чтобы она голос на него когда-нибудь подняла, даже если доводилось ему и чересчур уж нашкодничать. Нет, мама, умела быть только ласковой и нежной. | | |
| |
|
| |
| | Дилли и Билли стояли в ванной комнате и смотрели на задернутую занавеску перед душем. Оттуда уже десять минут доносились стоны, плач, и приглушенные всхлипы. Вилли трахал Поночку. Сейчас он как раз поставил ее в нужную позицию. Она стояла абсолютно голая спиной к нему, выпятив попку и опершись руками о стену. Вилли с удовольствием смотрел на бледно-алую щелочку и коричневый глазочек ее попки, хорошо видные на фоне коротких мягких перышек. Его член уже давно возбудился, и сейчас торчал красной палочкой семи сантиметров в длину. На киску Поночки он не обратил особого внимания. Его привлекала ее попка. Дональд еще несколько лет назад научил своих ребят играть в "паровозик" , чем они с удовольствием и занимались. Вилли воткнул свой палец в дырочку. Поночка задрожала. Он начал быстро двигать им внутри, затем добавил к нему второй палец. Поночка не смогла сдержать стон. Ее киска быстро краснела, набухала, но Вилли не обратил на это никакого внимания. Наконец он вытащил свои пальцы из попки Поночки. Затем он сложил три из них в кучку, смочил слюной, и начал быстро насиловать ими Поночку. Поночка сопровождала их движения короткими стонами. Наконец Вилли отодвинулся в сторону. Перед ним была уже хорошо развороченный, медленно закрывающийся анус молодой уточки, и ярко-красные, покрытые чем-то прозрачным, губки влагалища. Вилли приставил к колечку сфинктера свой член и принялся медленно вводить его, наслаждаясь неповторимыми ощущениями. А что ему оставалось делать? Всегда застенчивую Поночку как будто подменили в последние недели. Конечно, братья давным-давно просверлили дырки в стенах ее спальни, и в ванне. Но в последнее время они то и дело находили разбросанные по дому кружевные белые трусики, заставали Поночку переодевающейся в гостиной. Раньше перед сном она переодевалась в скромную-прескромную ночную рубашку до пола, а теперь спала голой. Да еще долго вертелась перед зеркалом. Вилли ввел до конца свой член, подождал несколько секунд, и начал совершать движения попкой, то почти выходя из нее, то погружаясь до предела. | | |
| |
|
| |
| | - Ти... прачся... sich verbergen... ити тута... ити, - показывает на нишу, правее двери. Прячусь. Марта жмет дверной звонок. Секунд через тридцать вверху открывается окно. Женский голос спрашивает: | | |
| |
|
| |
| | Проснувшись наутро, я ощутил во всём теле ломящую боль. Я бы отдал сейчас всё что угодно, чтобы выпрямиться, но клетка не давала мне этого сделать. Ныли исполосованные ремнём ягодицы. Стальные оковы начали натирать кожу. Лежа неподвижно, я старался не думать о том, кто носил их до меня и что стало с этим человеком. Или с людьми. | | |
| |
|
Рассказ №22008
|
