 |
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
| |
| | Она проглатывала его полностью, потом вытаскивала и опять проглатывала. Мои руки потянулись к ее голове, стараясь сильнее прижать ее к себе. Тело била мелкая дрожь, я едва сдерживал стоны. Теперь я трахал ее в ротик. Тело содрогнулось, я выгнулся, цепляясь за край парты, и из моего члена ударила горячая струя спермы. Светлана вытащила член из ротика и облизала головку, проглатывая наполнившую ее сперму. | | |
| |
|
| |
| | Малфой тихо выскользнул из зала. Из его светлых волос вылез жук, который слетел на землю и вдруг обернулся хищного вида блондинкой средних лет. Рита Скитер поправила на носу броские безвкусные очки и оживлённо заговорила: - Драко, вы не представляете, в каком долгу я теперь перед вами. Да в "Ежедневном Пороке" все с ума сойдут от такой сенсации! Даже не знаю, какой у них потребовать гонорар - в пять или в десять раз больше обычного? | | |
| |
|
| |
| | Мы пообедали и снова, как-то незаметно, оказались в постели, причём совершенно голыми. Ну что же, надо же доказать юной красотке 18 лет, что она желанна и сексуальна! Так что за неделю мне удалось "вылечить" дочурку от хандры и уезжала она в свой институт в совершенно другом настроении. Да и все взгляды мужчин на автовокзале просто кричали ей, что она красавица, что она просто супер-секси! И было совершенно невозможно оторвать взгляд от её яркой, ослепительной улыбки, улыбки красотки, поглощённой своими переживаниями страстного и бурного секса прошлой ночью. И точно, она была сейчас диво как хороша - белозубая, гибкая, ладная и улыбчивая. Короткая юбочка так заманчиво облегала её упругую попку, так играли её стройные ножки! А я был просто счастлив, что моя красавица-дочка, как говорится "цветёт и пахнет". И это самая большая радость для меня! Я мог любоваться ей часами! | | |
| |
|
Рассказ №11993 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Четверг, 02/09/2010
Прочитано раз: 111918 (за неделю: 40)
Рейтинг: 82% (за неделю: 0%)
Цитата: "Димка, обхватив свой стержень липкой от смазки ладонью, снова заездил по нему, не сводя глаз с Оксанки. А та, открыто, напоказ ласкала пальцами свою киску. Постепенно её ладонь начала двигаться быстрее. Димка, сам того не замечая, тоже увеличил темп. Дыхание Оксанки участилось. Глаза стали влажными и глубокими. Правая рука быстро и безостановочно двигалась по чуть приоткрывшимся створкам пещерки. Низ живота толчками дёргался навстречу, прижимающейся к клитору ладони. Упругие мячики грудей подпрыгивали с каждым новым толчком. Взгляды Димки и Оксаны не встречались. Оба ласкали себя, глядя, как это делает второй...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- Я вернусь. Тут твоя жизнь и кончится.
И ушёл. А до меня на следующий день только дошло, что не так мне в человеке этом показалось. Сила большая в том человеке чувствовалась. Только, - бабка чуть понизила голос, - тёмная это Сила, Димка, была. Страшная. С такой повязаться - сожжёт тебя изнутри и золы не оставит. Ну, да ведь ушёл уже. Значит скатертью дорога. Посудачили о нём, конечно, день другой, да и забыли. Жизнь дальше пошла. Людмилка, мать Оксанкина, выросла, вышла замуж. И зажили они хорошо. Только детей никак завести не могли. Ездили по больницам разным, да всё зазря. А время-то рожать вышло, считай. Тридцать шестой Людмиле пошёл. Она уж к бабкам, к знахарям кинулась. И один ей как-то помог. Забеременела, родила Оксанку в положенный срок. Радость большая для них всех была. Вот посреди этой радости и объявился в их двор знахарь, что рождению поспособствовал. Мария-то, как увидала его, словно мёртвая сделалась. Поняла, кто ребёнку родиться помог, и у кого теперь власть над её внучкой. "Чёрный" это был, Димка. И вот ведь: тридцать лет с лишком прошло, а он и не постарел. Всё такой же. Словно вчера из деревни уходил. Мария-то после того и месяца не прожила. Сгорела как свечка. А Оксанка... Ну, ты сам видишь.
- Погоди, бабушка. - Схватился за голову Димон. - Я что-то ничего не понимаю.
- Головой думать не пробовал? - Неожиданно рассмеялась бабка. - Вместо...
Она чуть кивнула головой в сторону Димкиных ног.
- Ой! - Заливаясь краской, Димка поспешно развернул ноги под стол и сложил руки на хозяйстве.
Мысли Димкины и правда больше о другом были. Стояк, вдруг без причины возникший у него во время разговора, мучил уже последние полчаса. Да так, как никогда в жизни. Джинсы едва не рвались, смазка, похоже, как с худого крана капала. Фиг с ним. Не до того сейчас.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 74%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 37%)
» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 19%)
|
