 |
| |
| | Я устраиваюсь на коленях между твоих ног и начинаю языком щекотать ноги... лизать тебе щиколотки... поднимаюсь выше... по бедрам к твоей попке... языком обрисую ею всю... такую большую... язык почти сухой уже... но я не хочу останавливаться! Я руками раздвигаю твою попку и языком провожу широкой полоской по дорожке между ягодицами... ты вздрагиваешь | | |
| |
|
| |
| | Если бы время сейчас застыло, а я один остался в нем подвижным, я бы присел на колени перед этой нахально торчащей попкой и приблизил бы губы вплотную к голой коже ее бедра, ощущая, как от моего дыхания поднялись почти невидимые волоски; медленно бы скатал шортики до коленей, открывая взору упругие половинки, маняще пахнущие яблочно-коричным миксом геля для душа. Немного надавив на поясницу, заставил бы замершую статую нагнуться и показать слегка раскрывшийся бутон, влагу которого незамедлительно слизнул бы языком. | | |
| |
|
| |
| | Металлический ошейник выпал откуда из-под потолка и повис на стальной цепи прямо перед лицом Хлои. Она вздрогнула от неожиданности, и тут же клерк быстро защелкнул его вокруг её шеи. Так же молниеносно, он завел ее запястья за спину и защелкнул на них наручники. Через секунду он уселся за свой стол, погрузившись в бумажную работу, и перестал обращать на Хлою какое-либо внимание. Прежде, чем Хлоя смогла как-то собраться с мыслями и что-либо сказать, сбоку открылась раздвижная дверь, цепь натянулась и потащила туда Хлою за шею. Бесчувственная эффективность всей этой процедуры снова заставила задрожать пойманную в ловушку девушку. Все это напоминало не обращение с живым человеком, а, скорее, обработку какой-то детали. Хлоя решила запомнить эту мысль и позднее озвучить её в репортаже. | | |
| |
|
| |
| | Марина увидела, что это место было подготовлено. В ногах на кровати лежали две пары раскрытых ножных кандалов, готовых принять ее ножки. От изголовья кровати тянулась веревка. Александр перевел руки Марины вперед, вынул из ее рта кляп, уложил ее на спину и надел на ее расставленные распоркой ноги браслеты. Марина не могла ни свести, ни развести ноги. Руки он привязал веревкой, несильно натянув ее. Глаза он ей завязал повязкой-очками, что осталась от квеста. Сделав свое дело, он вышел. Марина лежала с распятыми ногами и слышала, как Александр принимает душ. Она не слышала, как он вошел. Когда он прикоснулся к ней, она вздрогнула. | | |
| |
|
Рассказ №14789
|
