 |
 |
 |  | Мы поднимаемся в его номер, портье отводит взгляд. Серж, я называю его на французский манер, лет тридцати, среднего роста, плотный, но не пухлый. Серые глаза слегка блестят от выпитого и ожидаемого. Он пытается говорить по-французски, но кроме "ля мур" и "мерси" трудно что-либо понять. Впрочем его руки более опытны чем его язык, и более уверенны. Двенадцать тысяч, восемь из них мои, плюс почти восемнадцать, я богат. Но не свободен. Мне повезло, или нет. Но я могу играть, и спать, правда не всегда один. Выбор, красное или чёрное, жизнь или смерть, любовь или игра. У меня было всё, или не было. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Первый раз накрасить губы у меня не получилось. Вышло как то размазанно и я смыл помаду. Второй раз я стал красить более аккуратно. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Трахались мы двое суток. Я чувствовала себя девственицей, которая раньше ничего не знала о половых отношениях. Димка вставлял мне в пизду бутылку шампанского а потом вылизывал и высасывал его из меня. Сережка одевал себя на член кольцо с шипами и оно скользило по моему клитору, пока его огромный член пронзал меня до самой матки. Я вставала раком, Сережка имел меня сзади, а Димулька сосал мой клитор. Я потера счет своим оргазмам, только хотела еще и еще. Утром второго дня ребята сказали, что им надо немного собраться с силами, но я хотела и требовала, чтобы они меня выебли. Тогда Серега принес из холодильника батон сырокопченной колбасы и большой огурец. Он положил меня на спину, закинул мои ноги назад, всал надо мной, я сразу начала сосать его член, а он стал впихивать мне в пизду колбасу. Димка взял огурец, и стал медленно засовывать его мне в задницу. Сначала было больно, а потом, я почти потеряла сознание от удовольствие. Тут мои мальчики решили занять место пищевых продуктов: Сережка лег на спину, я села на него , он за плечи наклонил меня и стал ласкать мои груди, а Димчик нежно втавил мне в зад своего красавца. При этом они сами испытывали крайне сильное удовольствие, потому что наперебой кричали какая я замечательная блядь, что у меня сногсщибательная пизда и т.д. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Сомневался я недолго, подойдя к девчатам я уселся на лавку верхом напротив Маши, она смотрела мне в глаза не отрываясь взглядом кролика смотрящего на удава, нет в ее взгляде не было страха или боли, скорее обреченность. Я посмотрел в глаза свете та улыбнувшись одними глазами сказала - давай смелее доставь удовольствие моей сестренки. Отбросив сомнения, я потянулся к Машиным трусикам и медленно стянул их, при этом пришлось со Светиной помощью поднять ее ножки на лавку, сама Маша по-прежнему не сопротивлялась, но и не помогала. Закончив с трусиками, я придвинулся к Маши и провел членом по ее уже истекающей соками киски, она вздрогнула, Света крепче обняла сестру. Еще минута и я нависнув над дрожащей девушкой ввел свой член в ее киску на сколько возможно глубоко, я сделал это очень медленно так что мой боец почувствовал каждый сантиметр довольно узкого женского лона, в нем было очень жарко и влажно, и не смотря на тесноту член вошел легко. Как только я вошел Маша очень глубоко вдохнула казалась она не дышала с момента как осталась без трусиков я подумал что так оно и было. Ее лицо в этот момент уже выражало то же что и ее тело - готовность и желание близости. Я не двигая членом стал ласкать ее груди языком и руками, от каждого моего прикосновения к розовым сосочкам по ее телу пробегала волна мышечных сокращений которую я хорошо чувствовал членом. Ее дыхание становилось все более глубоким и прерывистым, я оторвавшись от ее груди поцеловал ее в губы, она не проявила никакой активности только лишь слегка приоткрыла рот. Запустив свой язык в ее ротик я начал медленно двигать членом, несколько движений и она мыча посасывает мой язык при этом обнимая меня за шею, еще несколько и уже ее язык орудует у меня во рту, пара фрикций и она уже не может целоваться, лишь только хватает ртом воздух и стонет прижимаясь ко мне всем телом. Я хочу ускорить темп, но мне этого не дают Руки Светы держащие меня за поясницу. Так медленно двигаюсь внутри Машиного лона минут семнадцать, (сам не думал что можно так долго не кончать орудуя членом во влагалище) затем приходит осушение неизбежно надвигающегося оргазма, осушение нарастало медленно почти мучительно, маша тем временем подходила к четвертому оргазму (это она сама потом сказала) , и вот наконец в очередной раз подавшись вперед я почувствовал как мышцы паха и члена выталкивают в Машу животворящую жидкость, я некогда не думал что оргазм может быть болезненным и от того чуть ли не более прекрасным - оказалось может, все мое тело свело от довольно сильного мышечного спазма в паху, я согнулся сидя верхом на лавки. Когда мышцы расслабились я поднял глаза и посмотрел на девчонок: Маша вся с головы до ног покрытая мелкими капельками пота еле заметно вздрагивая плакала уткнувшись в щеку младшей сестры, Света нежно обнимала и успокаивала ее - ну вот и все, чего ты рыдаешь ведь тебе хорошо было, прекрати мокрое дело. Маша не отвечала сестре только едва заметно улыбаясь вытирала слезы о ее щеку. |  |  |
| |
|
Рассказ №17908
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 26/01/2016
Прочитано раз: 49345 (за неделю: 38)
Рейтинг: 75% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я поднял голову. И тут произошло то, чего я никак не ожидал: Изольда шагнула вперед и, слегка поддернув вверх свою мини-юбку, зажала мою шею своими округлыми аппетитными ляжками! Шею словно окутали каким-то живительным теплом: справа и слева его источала внутренняя часть бедер Изольды, сверху пылало жаром её влагалище!!! Мой член, и так уже мало чем отличавшийся по твёрдости своей от гранита, после этого вообще прирос к животу!..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я пребывал в каком-то полушоковом, полуанабиозном состоянии. Я понятия не имел, что хочет от меня эта заманьячившая училка. Сказать, что я был в полной прострации - значит, ничего не сказать!
- Что же ты, Поляков? Я жду. Или тебя устраивает второй вариант?
Второй вариант меня никак не устраивал. В какие-то доли секунды я нашел ответ: в жопу все мысли; чувства и эмоции - вот чем надо руководствоваться в этой мерзкой ситуации!
Я судорожными движениями выдернул из джинсов свой великолепнейший кожаный ремень. Одновременно я буквально упал перед Изольдой на колени, склонил голову и воздел над ней ремень, протягивая его своей мучительнице.
- Уважаемая Изольда Евгеньевна! - мой голос до сих пор дрожал, но я старался говорить максимально отчетливо. - Я совершил омерзительный поступок. Я заслуживаю сурового наказания. Пожалуйста, накажите меня, как Вы сочтёте нужным.
- Хмм, неплохо для начала, - произнесла она через некоторую паузу. - Но я-то считаю нужным выкинуть тебя из школы... Может быть, у тебя есть другие варианты?
- Пожалуйста, выпорите меня! Я заслужил хорошую порку!
И я наклонил голову ещё ниже. Я готов был припасть к её ногам и целовать туфли, но всё-таки сдержался.
Изольда молчала. Она сделала несколько шагов в сторону, обошла меня вокруг. Все это время я не менял своего положения.
- Что же, Поляков, твоя просьба звучит убедительно, - сказала она, наконец. - Так и быть, я тебя выпорю. После этого ты отблагодаришь меня так, как я тебе велю. И тогда мы забудем про эту историю. Встань, пожалуйста, с колен, спусти брюки и трусы и ляг животом на эту парту.
Я с превеликим трудом поднялся с колен. В голове по-прежнему шумело. Я до сих пор не мог свыкнуться с положением, в которое я попал, и осознать, что все это происходит на самом деле. Представить себе, что сейчас мне придётся спустить трусы перед учителем было немыслимо! Тем не менее я должен был это сделать.
Превозмогая себя от чудовищного стыда, дрожащими руками расстегнул я застежку на брюках и спустил их вместе с трусами до самых щиколоток. Затем проковылял со спущенными штанами к парте в первом ряду (за ней сидела Лидка Сорокина - предмет вожделения всех пацанов в нашем классе!) и лёг на неё животом, подложив руки под подбородок. Мой член сам собою взметнулся ввысь и упёрся в крышку парты снизу.
Изольда прошла к двери класса и заперла её на ключ.
- Так нам никто с тобой не помешает. Имей, однако, в виду: орать не сметь. Будешь громко кричать наказание тут же закончится, а затем последует то, о чём я тебе говорила. Ты понял меня, Поляков?
- Понял, Изольда Евгеньевна.
- Что ж, приступим. - Она окинула меня оценивающим взглядом, как мне показалось: ведь саму Изольду у меня не было возможности видеть. - Неплохо, неплохо... Попку отклячь. Вот так, повыше, хорошо. Ноги расставь пошире. - Боже мой, теперь она увидит мои яйца и мой адский стояк! Господи, за что мне все это?! . - Значит так, Поляков, слушай внимательно. Ты совершил мерзкое хулиганство и то, что за него тебе полагается, я тебе уже озвучила. Но ты выбрал другой путь наказания. Так вот, за твой проступок тебе бы по-хорошему полагается 50 ударов. Но поскольку ты всё-таки на хорошем счету и поскольку это твоя первая порка, так и быть, ограничимся 30-ю. Но при этом правила таковы: кричать нельзя, вертеть попой нельзя, закрываться руками категорически запрещено! Любое нарушение будет означать, что вместо порки ты предпочёл педсовет. Для того, чтобы тебе было легче перенести наказание, ты будешь после каждых десяти ударов вставать передо мной на колени и просить прощения. Удары считаешь!
сам, несосчитанный удар не считается. Тебе всё ясно, Поляков?
- Ясно, Изольда Евгеньевна.
- Тогда начнём.
И тут же прилетел первый удар! Резкая боль обожгла мне попку так, что перехватило дыхание. К счастью, я не вскрикнул и выдавил сквозь зубы: "Ррраз!".
От второго удара у меня потемнело в глазах.
- Два!
Затем посыпалось так, что я не успевал считать. Скорее всего, я пропустил два-три удара... Было очень сложно концентрироваться, чтобы не закричать, не дёрнуться и при этом ещё терпеть эту невыносимую боль, да к тому же и считать.
- Десять!
Наконец-то последний удар перед небольшой передышкой... Тут я осознал, что мой член до сих пор стоит, словно Александрийский столп! А я должен был сейчас опуститься на колени перед Изольдой лицом к ней! Это был нечеловеческий позор!!!
Я прикрыл своё хозяйство руками отшагнул от парты и опустился на колени перед моей экзекуторшей.
- Изольда Евгеньевна... - начал я.
- Руки убрать, - спокойно произнесла она.
Нет, это было решительно невыносимо!
- А можно, я всё-таки не буду убирать? - пролепетал я, устремив взгляд в пол. Щёки мои пылали, будто их натёрли снегом, а цвет лица, по всей видимости, мало чем отличался от цвета спелой свеклы. - Пожалуйста, Изольда Евгеньевна, мне и так ужасно стыдно...
- Стыдно тебе, Поляков, должно было быть, когда ты затеял драку на уроке! Но ты даже не осознал того, что сделал, ты оправдывался и даже пытался мне этим бравировать! Так пусть же тебе будет стыдно хотя бы сейчас! - прогремел надо мной грозный голос Изольды. - Или ты сейчас же уберешь руки, или мы доводим все дело до педсовета! Считаю до трёх: раз!
Я не стал дожидаться "двух" и послушно убрал руки за спину. Мой член, будто чёртик из табакерки, весело подскочил чуть ли не к самому животу и закачался в вертикальной плоскости. Не подумайте, что я хвастаюсь, но все это время он стоял, как титановый лом!
- Руки по швам! - рявкнула Изольда. - Попу тереть не смей! - Я проворно вытянул руки по швам. - Изольда бросила взгляд на моё достоинство и одобрительно хмыкнула. - И отчего же тебе стыдно, Поляков? Нет, ну, таким инструментом можно только гордиться! Завидую твоей будущей жене. - Она слегка коснулась моего члена туфлей, что заставило его подпрыгнуть ещё сильнее. Кстати, а чего это вдруг он у тебя так подскочил? Тебе что, нравится, что я с тобой делаю, да? Нуууу, тогда ведь это совсем не наказание...
- Нет, Изольда Евгеньевна, мне это совсем не нравится! - взмолился я. - Очень больно и стыдно. А он... Ну я не знаю, чего он встал... - Я опять вперил глаз в пол.
- Ладно, не бойся, это не так важно. Что ты там хотел сказать?
- Уважаемая Изольда Евгеньевна, - пролепетал я. - Я прошу прощения за драку на уроке! Я был не прав. Больше этого не повторится.
- Сойдет на первый раз, - процедила Изольда. - Но в следующие два раза тебе придется постараться получше. Что-то не особенно чувствуется искренности твоего раскаяния... Однако, пора продолжать. Я не собираюсь болтаться тут с тобой до вечера! Ради разнообразия сменим-ка позу. Залезай на парту. Вот так... Теперь встань на колени и локти. Голову вниз! Вот так. Попку повыше подними, чтобы мне удобнее было тебя пороть. Вот и хорошо. Приступим.
На мою исстрадавшуюся задницу снова обрушился град ударов. Помня об угрозах Изольды я лишь сильнее стискивал зубы и тихо подвывал от боли. Из глаз моих ручьем лились слёзы.
Наконец, мной был отсчитан десятый, а точнее уже двадцатый удар. Я слез с парты и уже, не обращая внимания на свою перманентную эрекцию, встал перед Изольдой на колени.
- Уважаемая Изольда Евгеньевна! Я глубоко-глубоко раскаиваюсь в совершенном мною омерзительном поступке! Простите меня за то, что я причинил Вам столько беспокойства! Я обещаю, что больше никогда ничего подобного с моей стороны не повторится!
Изольда обошла меня вокруг, скосив глаза на мой стояк. Пренебрежительно вздохнула.
- Лучше, Поляков. Но всё же не до конца убедительно. Смотри же, в третий раз ты должен четко и бескомпромиссно заверить меня в своем полнейшем раскаянии и сожалении. Не сможешь - пеняй на себя: порка не порка, а педсовета тебе не избежать! И помни о том, о чем я тебя предупреждала: никакого крика, никаких вихляний! Так... Как же тебя поставить теперь... А давай-ка вот так: становись на четвереньки прямо тут, на полу!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 69%)
» (рейтинг: 81%)
|