 |
| |
| | Если еще пять-семь минут назад, произошедшее со мною я считал всего лишь досадной но все же необходимостью, мою сдачу эякулята всего лишь маленькой обязанностью для подтверждения моего здоровья, то теперь, обладая столь ужасающей информацией о том, на какие цели может быть использована моя ни в чем неповинная сперма, я вдвойне возненавидел и военкомат, и всех стоящих людей вокруг, ожидающих любопытного спектакля, и особенно ту самку-журналистку, возжелавшую себе в усладу своей похоти посмотреть- как будет оргазмировать молодой, симпатичный, загорелый, двухметрового роста молодой самец!!! | | |
| |
|
| |
| | Губами ты ищешь мои губы, а рукой утешаешь покинутую грудь. Я начинаю кричать от наслаждения, ты сдерживаешься, я вижу это по твоему лицу. Ты поднимаешь одну мою ногу себе на плечо, затем другую... Ты хочешь брать меня с неистовой силой и с трудом сдерживаешь свой напор. Я уже исцарапала твои плечи. Я задыхаюсь под тобой... Ты проводишь большим пальцем по моим губам. Я облизываю таой пальчик и беру его в ротик... я посасываю и покусываю его... Наши стоны сводят нас с ума. Ты берешь мои ноги, соединяешь их и отводишь немного в сторону. Ты держишь их одной рукой. Ты хочешь смотреть как входишь в меня. Другой рукой ты крепко держишь меня за бедро, впиваясь пальцами. Легкая боль завела меня ещё сильнее, сведенные ноги усиливают ощущения. Тебе это так нравится, что из тебя вырывается звериный рык!"Быстрее... Пожалуйста, быстрее... "Ты видишь как меня накрывают волны оргазма. | | |
| |
|
| |
| | Но ведь так бывает: вдруг окажется в электричке или в автобусе-троллейбусе ватага парней - ты скользнешь по ним взглядом, и - ни на ком твой взгляд не задержится, никого из ватаги не выделит, и ты, равнодушно отворачиваясь, тут же забывая эти лица, снова продолжишь смотреть в окно; а бывает: взгляд зацепится за чьё-то лицо, и ты, о человеке совершенно ничего не зная, вдруг почувствуешь к нему живой, невольно возникающий интерес - неслышно дрогнет в груди никому не видимая струна, зазвенит томительная мелодия, слышимая лишь тебе одному, и ты, стараясь, чтоб взгляды твои были незаметны, начнешь бросать их на совершенно незнакомого парня, с чувством внезапно возникшей симпатии всматриваясь в мимику его лица, в его жесты, в его фигуру, и даже его одежда, самая обычная, банальная и непритязательная, покажется тебе заслуживающей внимания - ты, исподтишка рассматривая мимолётного попутчика, будешь по-прежнему казаться отрешенно погруженным в свои далёкие от окружающих тебя людей мысли-заботы, и только мелодия, внезапно возникшая, никем не слышимая, будет томительно бередить твою душу, живо напоминая о несбывающихся встречах - о том, что могло бы случиться-произойти, но никогда не случится, никогда не произойдёт, и ты, вслушиваясь в эту знакомую тебе мелодию о несовпадающих траекториях жизненных маршрутов, будешь просто смотреть, снова и снова бросая исподтишка свои мимолётно скользящие - внешне безразличные - взгляды; а через две-три-четыре остановки этот совершенно неизвестный тебе парень, на мгновение оказавшийся в поле твоего внимания, выйдет, и ты, ровным счетом ничего о нём не зная, не зная даже его имени, с чувством невольного сожаления о невозможности возможного проводишь его глазами... разве так не бывает, когда, ничего о человек не ведая, мы без всякого внешнего повода выделяем его - единственного - из всех окружающих, совершенно не зная, почему так происходит - почему мы выделяем именно его, а не кого-либо другого? . . Сержанты, стоявшие в коридоре, были еще совершенно одинаковы, совершенно неразличимы, но при взгляде на одного из них у Игоря в груди что-то невидимо дрогнуло - неслышно ёкнуло, рождая в душе едва различимую мелодию, упоительно-томительную, как танго, и вместе с тем сладко-тягучую, как золотисто-солнечный мёд, - Игорь, еще ничего не зная о сержанте, стоящем наискосок от него, вдруг услышал в своей душе ту самую мелодию, которую он слышал уже не однажды... но вслушиваться в эту мелодию было некогда: дверь, на которой была прикреплена табличка с надписью "канцелярия", в тот же миг открылась, и в коридоре появился капитан, который оказался командиром роты молодого пополнения; скользнув по прибывшим пацанам взглядом, он велел им построиться - и, называя сержантов по фамилиям, стал распределять вновь прибывших по отделениям; Игорь стоял последним, и так получилось, что, когда очередь дошла до него, он оказался один - капитан, глядя на Игоря, на секунду запнулся... "мне его, товарищ капитан", - проговорил один из сержантов, и Игорь, тревожно хлопнув ресницами, тут же метнул быстрый взглядом на сказавшего это, но капитан, отрицательно качнув глазами, тут же назвал чью-то фамилию, которую Игорь из-за волнения не расслышал, добавив при этом: "забирай ты его", - Игорь, снова дрогнув ресницами - не зная, кому из сержантов эта фамилия, прозвучавшая из уст капитана, принадлежит, беспокойно запрыгал взглядом по сержантским лицам, переводя беспомощный, вопросительно-ищущий взгляд с одного лица на другое, и здесь... здесь случилось то, чего Игорь, на секунду переставший слышать мелодию, не успел даже внятно пожелать: тот сержант, которого Игорь невольно выделил, глядя на него, на Игоря, чуть насмешливым взглядом сощуренных глаз, смешно постучал себя пальцем по груди, одновременно с этим ему, Игорю, говоря: "смотри сюда", - и Игорь, тут же снова услышавший своё сердце - снова услышавший мелодию своей души, совершенно непроизвольно улыбнулся, глядя сержанту в глаза... он, Игорь, улыбнулся невольно, улыбнулся, движимый своей вновь зазвучавшей мелодией, улыбнулся открыто и доверчиво, как улыбаются дети при виде взрослого, на которого можно абсолютно во всём положиться, но сержант, проигнорировав этот невольный, совершенно непреднамеренный порыв, на улыбку Игоря никак не отреагировал, - коротко бросив Игорю "следуй за мной", вслед за другими сержантами он повёл Игоря в глубину спального помещения, чтоб показать, где располагается отделение, в которое Игорь попал, и где будет на время прохождения курса молодого бойца его, Игоря, кровать и, соответственно, тумбочка... всё это произошло неделю назад, - через полчаса от пацанов, которые прибыли чуть раньше, Игорь узнал, что сержанта его отделения зовут Андреем... | | |
| |
|
| |
| | - Ты скотина слишком долго мешал моей Ирочке жить нормально, она попросила меня избавиться от тебя. И я решила продать тебя проституткам. Сейчас они приедут за тобой. И теперь ты на всю свою оставшуюся жизнь будешь шлюхой. Она встала и вышла из комнаты. Антон лежал на кровати, пытаясь освободить руки, но все попытки были тщетны. Скотч крепко держал его руки. Вскоре он услышал голоса и в комнату вошла Даша, она ножом срезала скотч с его ног и поставила Антона на колени. Она по прежнему была одета в кожаное платье. Женщина взяла его за волосы и потащила в гостиную. Затащив его в комнату он увидел двух девушек, одна была в длинном кожаном плаще и кожаных ботфортах, вторая была одета в короткую чёрную дубленку и короткую лаковую мини-юбку из винила. | | |
| |
|
Рассказ №20306
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 02/03/2023
Прочитано раз: 32589 (за неделю: 1)
Рейтинг: 26% (за неделю: 0%)
Цитата: "Разве он, Колян, не рассказывал Юрке-дурачку, как он еб... л Наташку, а на самом деле вовсе и не еб... л, хотя там, на свадьбе у Игоря, куда он случайно попал, все лежали на полу, и рядом была Наташка, и он мог бы, наверное, если бы, но он только руку положил ей на грудь и больше ничего не хотелось, потому что у него к Наташке чистые чувства, а когда чувства чистые, то о сексе думать не хочется, да и не поднимался у него. А тут ТЕТЯ АСЯ! Взрослый человек. Да она ему как двинет по роже, если он чуть заикнется или какое поползновение устроит... Ой!..."
Страницы: [ 1 ]
Колян давно слышал от соседей, что тетя Ася "слаба на передок". Но что означала эта фраза, он не догадывался по малолетству. Через три года Колян как-то сразу вырос и обогнал своих сверстников по росту и возмужалости. В свои 16 лет он выглядел вполне по-взрослому.
Однажды, стоя на площадке, он ждал лифта, чтобы ехать к себе на пятый этаж. От нетерпения вертел ключи в руках. И вдруг выронил связку. Ключи - дзинь! - упали на пол и, о подлость! юркнули в единственную дырочку в полу, что была перед лифтом. Связка улетела в подвал.
Колян стал на карачки, заглянул в круглую дыру, оттуда дуло холодом и было темно. Кипец, подумал парень.
Эта была катастрофа! Сегодня была пятница. Родители уехали на дачу, а Колян уже представлял, как он проведет выходные без родителей. То есть, вольная птица, у которой есть свое собственное гнездо. Можно было пригласить Наташку и устроить вечер при свечах.
Может, удалось бы уболтать её на что-нибудь... И тут такой облом! Хотелось плакать, как последнему сопляку. Подумалось, залезть в подвал, но подвал закрыт на замок, а слесаря из домоуправления, конечно, уже все разбежались. Вот же невезуха!
Остаются два выхода. Три дня бедствовать без жратвы, денег-то с собой кот наплакал, или ехать на дачу на электричке зайцем. А если высадят, писячить по шпалам! . . Тупик, бляха-муха.
Тут дверь подъезда хлопнула, и вошла тетя Ася - женщина лет тридцати. В руках у нее была сумка с продуктами.
- Здравствуйте, - сказал Колян, косясь на торчащий французский батон из сумки соседки.
- Привет, Коля! Что, лифт не работает?
- Работает, только у меня авария случилась...
- Резинка на трусах лопнула?
- Да не... - покраснел парень.
И он вкратце изложил ситуацию.
- Понятно, сказала тетя Ася. - Хочешь, идем ко мне, я тебя обедом накормлю. Ты, поди, не евши...
- Да не... я к Вовке пойду... - неуверенно сказал Колян и невольно сглотнул голодную слюну.
Проклятый батон с хрустящей корочкой овладел его сознанием.
- К какому Вовке? Тимонину что ли? . . Да у них у самих жрать в доме нечего, еще тебя кормить будут.
Это была правда.
- Давай, пошли, не стесняйся. Соседи мы или нет? - настойчиво сказала тетя Ася, нажимая вызов лифта, и, когда двери с треском распахнулись, взяла под локоть Коляна и втянула внутрь кабины.
Лифт дернулся и поехал, натужно гудя. Колян впервые стоял так близко от тети Аси. Раньше как-то не попадало, чтобы вместе ехать. Колян глянул на соседку сверху вниз, она посмотрела в ответ снизу вверх. Колян увидел, что у неё глаза как у молодой девушки - четкие зрачки, голубого цвета радужка. И нос ничего себе, аккуратный такой. А губы, хотя и ярко накрашены, так и напрашивались на поцелуй. Если бы это была Наташка, Колян попытался бы ее поцеловать. Но это была тетя Ася, старуха в понимании молодого человека, но вот так близко, казалась молоденькой. У нее даже морщин не было возле рта, как у мамы. И пахла она приятными духами.
Вдруг Колян вспомнил, что тетя Ася "слаба на передок". Теперь-то он понимал, что это значит. И у него вдруг все всколыхнулось с трусах. В животе стало горячо, а дружок, с которым он играл иногда, когда припрет, встал с такой силой, что головка коснулась пупка, когда Колян слегка согнулся. Щеки горели как огонь. Колян не знал, куда глаза девать.
- А ты стал совсем взрослый, - сказала тетя Ася. - Как время-то бежит...
- А по мне так оно тащится еле-еле... Хочется в армию скорее пойти.
- Ох! Какие мы мужественные! В армию рвется парень... Другие, наоборот, стараются отмазаться, а этот...
Тут они приехали. Тетя Ася жила на два этажа выше. Выйдя из лифта, добрая соседка достала свои ключи (вот как делают умные-то люди, обругал себя Колян) , быстро открыла дверь, и широким жестом пригласила парня в свое жилище.
На кухне жарилось, парилось, булькало и скворчало. Тетя Ася готовила - не то ранний ужин, не то поздний обед. Колян сидел в гостиной и, как голодный волчара, втягивал в себя вкусные запахи, которые ползли из кухни. У тети Аси, кроме всего прочего, были два мягких кресла, наверное, дорогущие, и новый цветной телевизор "Горизонт". На экране выступал Горбачев, что-то говорил о Перестройке, и все депутаты сидели с важными лицами и слушали его. Колян тоже слушал вполуха, а сам размышлял, так ли уж слаба на передок тетя Ася, как это говорил дядя Захар. Он соврет - недорого возьмет, обычный мужской треп.
Разве он, Колян, не рассказывал Юрке-дурачку, как он еб... л Наташку, а на самом деле вовсе и не еб... л, хотя там, на свадьбе у Игоря, куда он случайно попал, все лежали на полу, и рядом была Наташка, и он мог бы, наверное, если бы, но он только руку положил ей на грудь и больше ничего не хотелось, потому что у него к Наташке чистые чувства, а когда чувства чистые, то о сексе думать не хочется, да и не поднимался у него. А тут ТЕТЯ АСЯ! Взрослый человек. Да она ему как двинет по роже, если он чуть заикнется или какое поползновение устроит... Ой!
От неожиданности он даже подпрыгнул на сидении. Это из кухни вдруг вышла тетя Ася, уселась боком к нему на мягкий подлокотник и приобняла одной рукой.
- О чем задумались, вьюноша?
- Так... ни о чем... доклад вот слушаю...
- Политикой интересуешься? Молодец. Сейчас будем обедать.
Она была в шелковом халате после того, как побывала в ванной. Он слышал, как она там плескалась. Сейчас от нее вкусно пахло шампунем, влажные локоны выбивались из-под накрученного на голове полотенца. Низ халата у тети Аси раздвинулся, и была видна голая нога почти до паха. Колян покосился на ногу, и ему стало невмоготу, яички заломило со страшной силой.
На кухне что-то полилось и зашипело. Тетя Ася вскрикнула: "Ёп-компот"! и, вскочив, умчалась к плите. Бегает как девочка, подумал Колян и поднялся с кресла. Дружок стоял, рвал штаны. Чтоб тебя, выругался парень и с усилием перенаправил головку в сторону, чтобы не торчало. Подошел к окну, к форточке, оттуда веяло прохладой. Остудись, парень, сказал он себе.
Тетя Ася вошла в гостиную, увидела Коляна, глядевшего в окно. "Нравится вид? У меня тут так красиво, я люблю смотреть вдаль". Тетя Ася стала рядом с той стороны, куда у Коляна смотрела головка воспаленная. "А вон там, - сказала хозяйка и показала влево, - даже виден лес".
Колян посмотрел влево, почти уперся лбом в стекло, нависая над тетей Асей, чтобы не упасть, пришлось, поборов смущение, робко положить кончики пальцев на её плечо. Плохо было видно, лес показался только краешком и, чтобы лучше его рассмотреть, пришлось слегка приналечь сзади на тетю Асю. Чуть-чуть, боком, на ее ягодицу. "Плохо видно, сказал Колян", и стекло перед ним тотчас запотело, и мир за окном совсем исчез в тумане.
Тетя Ася чуть пригнулась, тоже прильнула лбом к стеклу, а попа ее вдруг выдвинулась назад. И тогда напряженная головка уперлась в воздушно-мягкое, податливое, и вместе с тем упругое.
Видишь? Спросила тетя Ася и еще больше подалась назад. Вижу, прохрипел Колян, и в трусах стало мокро, а по спине пробежал озноб. Вот так бы стоять всю жизнь, подумал парень. Но тетя Ася уже занялась чисто женским делом. Развязала полотенце, достала фен и стала сушить волосы. Они у ней были красивые, переливались как радуга, а сами при этом были черными. Причесавшись, тетя Ася потащила парня на кухню, потому что он стеснительно упирался.
Всё приготовленное тетей Асей было так вкусно, что Колян даже забыл про секс.
А любезная хозяйка не уставала подкладывать добавки, приговаривая, ешь-ешь, мужчина должен много есть. Плохо будешь питаться, девушки любить не будут.
- А чё это любить не будут?
- Да уж так... А у тебя девушка есть?
- Есть. Наташкой её зовут.
- Это Семёнова что ли?
- Не, вы её не знаете. Она с Первомайки...
- Ой! Завтра же 1-е мая! Совсем забыла... Я так люблю ходить на демонстрацию! Но только 1-го мая, а октябрьскую не люблю. Холодрыга... То ли дело первого мая... все цветет, все распускается... Господи, только бы не было войны...
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 45%)
|
