 |
| |
| | Леночка сложила провод не вдвое, как ремень, а вчетверо, отшла назад и с оттяжкой влепила мне первый удар. От боли у меня сразу же выступил пот на спине, я застонал и крепко закусил простынь. Провод бил куда сильнее ремня. Впрочем, именно этого я и хотел, когда предложил заменить орудия наказания. После первого удара я откровенно пожалел об этом решении. Лена продолжила порку, но последующие удары были не такие сильные, как первый. Может она решила пожалеть меня, а может просто не ожидала такого удара от обычного провода. Следующие двадцать ударов она нанесла неспеша, давая мне возможность просить прощения и объясняться в любви. А вот последний десяток-полтора она всыпала мне с нарастающими темпом и силой. Я не пытался увернуться от провода, зная к чему это может привести, а только выгибал спину и резко выдыхал. Неожиданно Леночка остановилась и по ее дыханию я понял, что она тоже устала. Я услышал, как тихо ее босые ножки сделали три шага и Леночка опустилась в кресло, стоявшее и противположной стены. | | |
| |
|
| |
| | Игнасия двигала задом и слегка покачивала бёдрами из стороны в сторону. Кончили мы вместе и очень бурно. Игнасия шепнула мне - "Пойдём обратно". Через несколько минут мы уже были в постели. В эту ночь мы не спали. Возбуждённый увиденным, а ещё больше самой Игнасией, я обладал ей несколько раз, каждый раз получая новое удовольствие, ибо эта многоопытная, искусная женщин одинаково искусно служила Эросу в любом положении: стоя на четвереньках и лёжа на спине поперек кровати с поднятыми мне на плечи ногами, сидя у меня на коленях и лёжа на боку. Словом мы перепробовали немало способов, изображенных в памятном мне альбоме, обменивались замечаниями и выбирали позу следующего совокупления. Совершенно измученные и опустошённые мы заснули лишь утром, положив голову друг другу на грудь. Проснулись мы около полудня и ещё долго нежились, в постели. Я напомнил Игнасии о её согласии позировать мне. | | |
| |
|
| |
| | Но разве опыт влюблённого сердца - это не опыт? Разве мысли-мечты, неотступно бурлившие целых два месяца, - это не опыт? Или, может быть, опыт души, устремлённой к любимому, менее ценен, чем опыт секса? Димка любил, и любовь... страстно желаемая, всепоглощающая любовь - мечта о горнем слиянии душ и сердец - была неразрывно слита с неодолимым желанием секса, - секс снился Димке во сне, о сексе Димка думал-мечтал, и в то же время секс - оральный или анальный - не был для Димки целью, к которой он, Димка, стремился любыми способами, секс был в представлении Димки неотделим от любви... и потому теперь, когда до решающего момента оставались считанные часы, Димка думал не столько о сексе, сколько о том, какое он скажет Расиму первое слово, каким должен стать его первый жест... вот что было теперь по-настоящему важно! | | |
| |
|
| |
| | Фесс решил не быть грубым, а доставить немного удовольствия эльфу. Он прикоснулся губами к ее влагалищу и просто обалдел, стоит ли говорить какое оно было восхитительное? Фесс уже находясь где-то на грани такого возбуждения, от которого лопаются яйца, обвел языком клитор, даже не один раз, потом погрузил его внутрь и вынув он продолжил ласки с клитором, длилось это до тех пор, пока Тави забыв о том, кто она, прижала голову Фесса и кончила. Дальше наш некромант уже не тратя время на какой-то бред, просто провев ладонью по воздуху снял с себя одежду и лег на нее. Введя свой член он понял, что эльфийка не со многими переспала, влагалище было узким, горячим и просто восхитительным. Фесс обнял руками Тави и перевернулся на спину посадив ее сверху. Ей не стоило говорить, что надо делать, она сама начала двигаться. Вдруг она сделала то, что от нее меньше всего ожидалось... Поцеловала мага. Вообще эльфы целуют очень редко кого, и они скорей умрут чем сделают это просто так. Фесс хоть и был ошеломлен, но сообразил ответить. Вдруг Тави почувствовала как он напрягся, она вскочила, Фесс тоже встал, и эльфийка взяла его в рот... Такого острого оргазма Фесс никогда еще не испытывал... | | |
| |
|
Рассказ №21051
|
