 |
| |
| | Передохнув и поняв, что другого выхода нет, Саша собрался с силами и снова стал тужиться. Каждое длительное усилие, сопровождаемое кряхтением и стоном, продвигало его ношу лишь на миллиметр. Прошло, наверное, еще полчаса, пока ему удалось выдавить из себя хоть что-то - теперь он мог потрогать это что-то пальцами и убедиться, что кусок кала, торчащий из его попы, действительно огромного размера, твердый и сухой. Саша попытался ухватиться за него пальцами и вынуть. Ему это частично удалось, однако оказалось, что если этот способ опорожнения и не требует сильного натуживания, то для заднего прохода он еще больнее. Все же ему удалось вытащить кусок кала еще немного, после чего - с передыхами и из последних сил - предчувствуя, что конец уже близок - он потужился, долго и сильно, еще четыре или пять раз. Во время последнего усилия он почувствовал, как что-то внутри него напряглось уже без его воли, и рефлекторное сокращение вытолкнуло наконец ужасный кусок в унитаз. Взглянув вниз, он увидел черный цилиндр, напомнивший почему-то батон докторской колбасы - только короткий. Окончание долгого и мучительного процесса наполнило все его тело блаженством, эрекция к этому моменту была уже такой сильной, что нескольких движений рукой хватило Саше, чтобы бурно излиться себе на живот. | | |
| |
|
| |
| | Роберт был богат, и она на целых два года забыла о том, что нужно ежедневно ходить на службу и зарабатывать деньги, отвыкла от этого. Хотя при чем здесь деньги! Роберт был просто потрясающим любовником - умелым, всезнающим, всё понимающим и всё чувствующим: У него был просто потрясающий член - огромный, мощный и неотвратимый, как средневековый таран: Но самое главное - Роберт был буквально помешан на сексе, это было смыслом его жизни! Господи, где они только не трахались за эти два года - на вечеринках, в лифте, на рабочем столе его офиса, да в том же джакузи! Чаще вдвоем, но бывало - она приглашала подружку или он -какую-нибудь пару: За это время в их спальне сменилось целых три кровати - такая дикая была на них нагрузка! И всегда, буквально всегда, перед тем, как кончить и залить ее своей спермой, он заботился о том, чтобы она получила законно полагающийся ей оргазм: | | |
| |
|
| |
| | Он приглушил свои всхлипывания и как-то судорожно заработал ртом под мои одобрительные поглаживания. Нет, нет, захрипел он, но я ощутила, как там запульсировало. Увы, для Филиппа ночь была потеряна. Я подоткнула платье, подсунула свое колено в чулке под его шары, которые вытащила на белый свет. Мой язык заработал быстрее у него во рту. Я не... не... не могу, всхлипывал Филипп. Ты можешь, ты должен. Будь хорошим мальчиком и спусти, наши носы терлись, бедра его дрожали, положи руку между моих ног, прошептала я. Боже мой, нет! Как плохо! Стой, стой, прошу тебя, стонал он, но я в нетерпении схватила его онемевшую правую руку и засунула себе высоко под юбку, зажав голыми выше чулок ногами. О, грех! испустил он восклицание. Пощупай, какая у Мюриэл там бяка, глупый мальчик, сказала я. Я соблазнила нескольких молодых мальчиков с большей легкостью, чем родного брата. | | |
| |
|
| |
| | На экране Мария о чём-то заговорила с мужчинами, те показывали руками на потолок, стены, Мария в ответ кивала. Наконец один из них забрался на лестницу, а другой поставил рядом ящик с инструментами. "Да, сюжет как дешёвом порнофильме" - подумал я. | | |
| |
|
Рассказ №22497
|
