 |
| |
| | А Акимова сделала вид, что ничего не замечает, медленно развернулась, еще раз глянула на ловцов, которые теперь любовались ее попкой, и на счет три рухнула им на руки. При этом от падения и когда она съезжала с рук, ее юбка задралось, а может, кто и придержал ее, и она еще покрасовалась перед всеми своим лобком, на котором уже стали появляться кучерявые волосики. Взвизгнув, она поправила платье, и довольная собой и от полета, стала ждать подругу и делиться впечатлениями с остальными девочками. | | |
| |
|
| |
| | Ладони мои тянутся к твоим грудям, охватывают их снизу, как бы поддерживая. Они, вообще-то, не нуждаются в поддержке, и без того задорно вздымают розовые носики сосков, но так приятно ощущать их в ладонях - тяжёлые, тёплые, мягко-упругие... Я охватываю их плотнее, чуть приподнимаю, большими пальцами глажу от ложбинки к соскам, осторожно сдавливаю. Твоё дыхание прерывается, я чувствую как в глубине, под мягким, женским, на-прягаются мышцы. Ты мотаешь головой, раскрываешь рот и с низким грудным не то стоном, не то криком устремляешься вперёд, раздвигая в стороны мои руки. Я откидываюсь назад, не могу удержать равновесия и перекатываюсь дальше, на спину, а ты падаешь на меня. Я громко, как-то восторженно выдыхаю, чувствуя тебя всю, целиком в моих руках. Ты полно-стью опускаешься, распластываешься на мне, твои груди так мягко и так сладко прижимают-ся к моему лицу, что я просто тону в них, я не понимаю, как мы лежим, где чьи руки и ноги, у меня голова кружится в самом прямом смысле - вот уж чего никогда не было. Прямо возле уха я слышу твоё сердце, слышу дыхание не снаружи, а внутри тебя, чувствую тепло и что-то ещё, помимо тепла. Твой правый сосок оказывается возле моих губ, и я целую его, обни-мая языком, ощупывая малейшие неровности. Ты снова стонешь, тем же глубоким голосом, от которого где-то в груди возникает горячая волна и хочется с каким-то диким боевым кли-чем схватить тебя и брать, брать раз за разом, незатейливо и яро. Но твоя талия, такая тонкая после груди, ямочка над приспустившейся резинкой трусиков, твоя грудь под моими губами - требуют совсем иного обращения, и ярость каким-то странным образом превращается в нежность, такую же выплёскивающую через край, без рассудка и границ, и я целую тебя в грудь и шею, глажу руками, прижимаю к себе ещё плотнее, чем прижимает тяжесть твоего тела, оказавшаяся неожиданно лёгкой... | | |
| |
|
| |
| | "Мне бы хотелось увидеть тебя. Тебя целиком, одетую лишь в симпатичное нижнее бельё, в позе Шарон Стоун с её знаменитого фотоснимка - взгляни по ссылке ниже - на четвереньках лицом к зрителю, на лице безумный дерзкий вызов. Только мне бы хотелось, чтобы вместо дерзкого вызова на твоём лице был отражён пик сексуального возбуждения, до которого ты сама себя доведёшь, и чтобы поза твоя отличалась чуть более высоким положением передней половины тела - чтобы в кадре была видна лямка твоих трусиков и твои пальчики над ней. Кажется, ты не из тех девчонок, для которых составляет проблему внезапно сделать такую фотографию и отослать её собеседнику?" | | |
| |
|
| |
| | Рядом лежала жена, шмыгала носом и смотрела на нас. Теща сосала, рукой перекатывая мои яйца, другой же наяривала у себя между ног. Только кончив в жену, я уже был готов сделать это снова, таково было моё возбуждение. Видя, что я на подходе, теща начала дрочить при этом облизывала головку и не останавливалась ласкать себя. Я закрыл глаза, губы обхватили член и я начал кончать. По мычанию и сжиманию моего члена, я понял, что, и теща кончила. Я открыл глаза, ни одной капельки, все высосала. Во дает, - подумал я. | | |
| |
|
Рассказ №22856
|
