 |
| |
| | Выпрямившись, китаянка задала темп. Её влажная норка скользила по возбуждённой мальчишеской плоти, обмениваясь соком. Вирджинио слегка постанывал от удовольствия. Он сожалел, что позволил привязать себя. Прелести "мисс Февраль" так соблазнительно подпрыгивали и покачивались! Но одновременно подростку нравилось ощущать собственную беззащитность. Ведь сейчас он находился в безопасности и под надёжной опекой. Подчинённое положение постепенно становилось приятнее. Он принадлежал красавице, словно игрушка, власть её доставляла удовольствие. Внешняя привлекательность хозяйки, её невыносимо приятные забавы делали сексуальный плен томительным и желанным. Вирджинио осознавал, что полностью отдался в её распоряжение, но это лишь усиливало страсть. Так приятно испытать на себе волю столь красивой повелительницы! Она действительно забавлялась подростком, словно ощущая его организм. Вот-вот Вирджинио готовился выпустить жидкость на свободу, но китаянка вдруг прекращала скакать на нём и наклоняла свои формы к его губам. Подросток не мог и не хотел отказываться от предложения и впивался в них сильным поцелуем. Его зудящий, подрагивающий член немного успокаивался, и тогда женщина отстранялась и начинала вновь. От невыносимого наслаждения Вирджинио пытался приподнять бёдра, но наездница не давала это сделать, плотно прижимая его к шёлковой простыне. Подросток чуть ли не терял сознание от игр хозяйки. Он тяжело и часто дышал и постанывал. Его истомившийся орган никак не мог освободиться из невыносимо приятного рабства. Мальчишка изнемогал. Он пытался расслабиться и испустить накопившуюся жидкость, но красавица наклонялась к нему, целовала, и сладостная пытка продолжалась. | | |
| |
|
| |
| | Марина была бесподобна сначала она взяла мой член в рот и начала сосать его, я кончил ей в рот она проглатила всю сперму. После я принялся лизать ее влогалище оно было бесподобного вкуса. После я ввел ей в пизду свой гигант и отодрал ее хорошенько, но когда я кончал Марине в рот вошла Машутка и подошла к нам она просмотрела на все это и ей тоже захотелось чтоб я сделал так же и с ней. | | |
| |
|
| |
| | - застонала Ханна, когда я вогнал ей член в её щелку чуть пониже лобка. И стал засаживать немецкой девушке, доставая бедняжке до матки. Да так, что она своего немецкого бога вспонила. Нет точно, женюсь на Ханне. Ведь она всё равно теперь тут останется в Плетнёвке, а назад в блиндаж мы больше не пойдём. Думал я с наслаждением ебя немецкую аристократку стоя прижав её к березе. А то что Ханна была барских кровей. Так это чувствовалось по её холеному телу, бархатной коже и надменному взгляду голубых глаз. | | |
| |
|
| |
| | Я конечно не стал говорить ей, что окончательно запал на нее, когда в тот день увидел на тахте в зале, ее ношеные розовые трусики и понюхал их, нет этого она знать не должна. - Да помню, помню племяш. - Ты меня тогда здорово выручил. - Тётя Люба, положила свою ладонь на мою руку и погладила. - И что ты все эти годы любил меня и мучился? - Мог бы мне признаться. - И я бы тебя тогда бы еще приласкала сынок. Мамина сестра наклонилась ко мне и поцеловала в губы. - Но разве вы бы тогда обратили на меня на малолетку внимание? - Тёть Люб? | | |
| |
|
Рассказ №22944
|
