 |
 |
 |  | Мы сидели, ели, пили и разговорили. Потом мы решили потанцевать и Макс пригласил маму на танец. Мама: Мммм) я не против) Они стали танцевать медленный танец и было видно что Макс положил руки ей на попу но она была не против! И тут мне Сергей говорит. Сергей: Чувак, сгоняй за вином а то кончилось Я нехотя согласился и пошел в магазин. Шелтя долго, ибо магазин был далеко. Когда я поднялся и зашёл в квартиру то не увидел на кухне никого а из спальги стали слышны странные стоны. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | По моему блестящему, облитому тончайшей серебряной пленкой телу, пробегают волны слабых электрических импульсов, вызывая конвульсивную дрожь. Мое тело в области шеи, талии, рук и ног обхватывают эластичные белые кожаные браслеты, лишающие меня возможности двигаться. Руки и ноги до упора разводятся в стороны. Лишенная всякой возможности сопротивляться, распятая, я лежу, ожидая, чем это все закончится. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | "Ух, какие пугливые", усмехнулась санитарка, затем сказала медсестре: "Люда, ты может подержи пока сжатыми ягодицы девицы, а я пойду, клизму вымою и сейчас назад вернусь". "Хорошо", ответила медсестра, отпустила ноги Ирины и стиснула вместе полушария её попы. "Дурочка ты, Ирочка", она стала воспитывать девочку, "чего же ты добилась своим сопротивлением? Только растянула уже и так неприятную процедуру, а вдобавок еще пацанов созвала. Лежала бы спокойно, никто и не заметил бы, что тебе клизма делается". Ира на то ей ничего не отвечала, лишь тихо всхлипывала в подушку. "А мальчикам вы тоже клизмы делаете?", вдруг спросила Валя. "Конечно, делаем, как же иначе!", ответила медсестра. "Тогда позовите нас тоже на них посмотреть, чтобы мы были бы квиты. А то не честно - они на нас смотрят, на мы на них - нет", возмутилась Валя. "Ну, не знаю, поговорю с санитаркой!", ответила медсестра Люда, "если вы за одно согласитесь их подержать, то она может и согласится". "Я согласна", ответила Валя. Вскоре вернулась санитарка, отпустила медсестру и сама начала удерживать попу Иры. "Отпустите Иру на горшок, хватит её удерживать", стали почти дуэтом умолять бабу Дусю Валя и Вика. "Еще две минуты пусть полежит, тогда пойдёт на горшок!", ответила санитарка. "Отпустите сейчас, мне очень какать хочется", сама Ира тоже стала умолять. "Ах, теперь, значит, хочется", усмехнулась санитарка, "а ведь несколько минут назад совсем не хотелось, не так ли?". "Хотелось, просто я не могла выжать", ответила девочка. "И не выжала бы, если клизму тебе не сделали бы", поучительно сказала санитарка, "так что, лежи теперь спокойно всё положенное время и не пикай. Кстати, если тебе распирает живот, подыши глубоко через рот!". Ира начала усиленно дышать ртом, её самочувствие на какое-то время улучшилось. "Когда же вы, ребята, дойдёте до ума и прекратите сопротивляться во время клизмы", вздохнула санитарка, "и нам, и вам было бы гораздо легче". "А вы сама не сопротивлялись, когда вам в детстве клизму делали?", вдруг спросила Валя. Баба Дуся слегка опешила, потом честно ответила: "Уже не помню, возможно, что и сопротивлялась, но новое поколение должно быть умнее старого. Кстати, в наше время запоры были гораздо более редкое явление, чем сейчас, когда уже почти каждый второй ребёнок сам не может сходить по большому". "Не уж то?", изумилась Вика. "Да, моя практика на работе это показывает... Ну, ладно, Ира, можешь вставать и садиться на горшок", сказала санитарка и отпустила ягодицы больной девочки. Последняя молниеносно вскочило на ноги и села на рядом с кроватью всё ещё стоящий горшочек, в котором лежала ранее ею выжатая какашка. Содержание кишечника девочки шумно вырвалось наружу - сначала вылилась вода, затем стал падать размягченный клизмой кал. Ира обильно испражнялась в течении минут 7-8, затем она почувствовала приятную лёгкость в животе и стала звать санитарку, чтобы та обмыла её попу и вынесла вон горшок. Баба Дуся, на время вышевшая из палаты, вернулась обратно с миской тёплой воды, велела Ире присесть над ней, обмыла её промежность и задний проход, дала её кусок туалетной бумаги и сказала самой подтереться; когда это было сделано, она унесла горшок с калом Ирины в уборную. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лицо Толи исказила злобная гримаса, и он разразился тирадой, что он не знал, что Марина грязная шлюха, и не просто грязная шлюха, но и извращенка, и что ей надо срочно обратиться к психиатру, и что больше видеть ее он не хочет, так как она подло надругалась над его светлыми к ней чувствами. После чего быстро оделся и ушел, громко хлопнул входной дверью. Марине показалось, что ее сильно ударили пыльным мешком по голове, и что ей было бы не так противно, если бы ее с головой окунули в чан с дерьмом. Через несколько секунд слезы брызнули из ее глаз, и она в голос разревелась. А вот вытереть слезы и закрыть лицо руками, несмотря на инстинктивные попытки, она не могла - руки были скованы за спиной. Она попыталась стянуть наручники со своих рук, но ничего не получилось, от этих ее попыток они только защелкнулись на еще один щелчок. Марина никак не предвидела такого оборота событий, поэтому не поставила их на блокировку. Потом ее начал бить сильный нервный озноб. Трясущимися руками и обливаясь слезами, она, достала из прикроватной тумбочки ключ от наручников и попыталась их открыть, однако руки у нее тряслись и она никак не могла попасть в замочную скважину, хотя до этого она это неоднократно проделывала. Ей нравилось быть связанной по рукам и ногам, и еще у нее с юности была странная, как ей казалось, фантазия, чтобы ее молодой человек крепко ее связал, а потом от всей души оттрахал в рот. Но сейчас ей никак не удавалось снять с себя эту ее стальную "игрушку". В довершении всего, Марина уронила ключ на пол и он, звонко отскочив от паркета, как и положено, отлетел под кровать. Марину охватила паника. Запасной ключик она спрятала на кухне в настенном шкафу в банке с крупой, скованными за спиной руками его было тем более не достать. Глубоко униженная в своих искренних порывах, она в довершении всего не могла освободиться от наручников, будучи совершенно обнаженной. Мысль просить чей-то помощи усиливала панику. В голове у нее крутилось - Лучше умереть вот так, в наручниках, чем еще раз испытать позор при освобождении посторонними. Она попыталась пропустить руки через попку, в положение руки спереди, что бы легче достать ключ из-под кровати. Однако очень быстро бросила это занятие, так как довольно широкие бедра, не позволили провести ей это трюк. Проревев в подушку довольно продолжительное время, Марина немного успокоилась и, всхлипывая, пошла на кухню, взяла швабру, найдя глазами ключ под кроватью, очень осторожно, чтобы не загнать его еще дальше, все-таки вытащила его, положила на тумбочку, выждала еще некоторое время, пока окончательно пропала дрожь в руках, сидя на кровати, чтобы ключу на сей раз некуда было падать, наконец сняла с себя наручники. Как результат всей этой истории, у Марины образовался сильнейший панический страх, что новый молодой человек рано или поздно узнает о ее "странностях" , но второго такого унижения Марина не пережила бы. Поэтому она тихо, временами, занималась не экстремальным самосвязыванием, когда это позволяли условия. Она очень любила заморозить в пластиковой бутылке ключ от наручников, раздевшись до гола, сковать себе руки и ноги браслетами, потом сцепить их еще одной парой наручников и ждать долгие часы, пока из подвешенной бутылки не выпадет спасительный ключик. |  |  |
| |
|
Рассказ №23098
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 06/08/2025
Прочитано раз: 73777 (за неделю: 49)
Рейтинг: 53% (за неделю: 0%)
Цитата: "Сон был до того реалистичный, что, проснувшись, Вера обнаружила, что ее трусики насквозь мокрые. Весь день женщина была какой-то рассеянной, благо ничего серьезного по работе ей не поручили. Вера решила, что вечером непременно нужно куда-то отослать Павла, иначе она рехнется, если не подрочит свою дырку. Но в гости к друзьям сын идти отказался, чем несказанно раздосадовал мать. Вечером, когда Вера и Павел собрались в общей комнате каждый со своим занятием, женщина опять засмотрелась на мускулатуру своего сына. Она решила, что он весьма красив и от девок ему отбоя не будет. Эта мысль постепенно перетекла в мысль о его члене...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Замуж Вера вышла рано, рано родила сына Павла и развелась еще до того, как Павлик пошел в школу.
После неудачного замужества дела с мужчинами у матери одиночки как-то не связывались. Никто не хотел серьезных отношений с бабой "с прицепом" , да и со случайным сексом дела обстояли не лучше.
Вера была невысокой блондиночкой с личиком вечной школьницы, да и фигурка ее была весьма аппетитна, так что желающих познакомиться всегда было в избытке. Вот только ехать на квартиру к первому встречному, который может оказаться маньяком - нет уж, увольте. Да и к себе приглашать - не лучший вариант, учитывая, что дома сын. Да и прослыть среди соседей шлюхой не хотелось.
А тут еще, как на зло, очень уж нравилось Вере получать сексуальное удовлетворение. Так что очень быстро она открыла для себя мир различных забавных игрушек. Вот и получилось, что молодое сочное тело, о котором многие мечтали, никто не мог оценить по достоинству.
Верочка была очень страстной и не могла сдержать себя в порыве страсти, поэтому каждый акт её самоудовлетворения неизменно сопровождался громким сладострастным стоном с криками, набирающими особенную силу в момент оргазма.
По счастью, квартира, оставшаяся от мужа, находилась в новом доме, в котором при строительстве не забыли про звукоизоляцию.
Однако, сын рос, и времени на удовольствие становилось все меньше. К счастью, вскоре Павлик пошел в школу, и Вера тут же записала его в секцию борьбы, поскольку ее расписание позволяло получить женщине пару свободных вечерних часов. Так что не было ничего удивительного в том, что за сыном по завершению тренировок его мать приходила всегда довольная и немного уставшая.
С годами Павел стал подростком, нагрузка в школе подросла, тренировки по борьбе стали интенсивнее, да и районные соревнования оказались весьма кстати.
В дни отъезда сына Вера старалась остаться дома. И весь день она посвящала своему телу. Так что нередко Павел по возвращению встречал маму, у которой как-то странно изменилась походка то по причине "подвернувшейся ноги" , то "неудачной попытке за чем-либо потянуться".
К тому времени, как Павлу исполнилось шестнадцать, женщина уже даже не задумывалась, что ей нужен мужчина. Что такое мужская ласка, она практически позабыла (сладкие сны - не в счет) , к тому же неплохо научилась ублажать себя самостоятельно. Зарабатывала Вера благодаря полученному образованию очень даже достойно, а отца, как примера для подражания, Павлу уже давно заменил тренер.
Вере было немного за тридцать, талия ее по прежнему была тонка, попка - крепкой, грудь почти третьего размера - упругой, и лицо ее все так же пылало юностью. Так что немудрено было принять ее за студентку, пусть и не первого курса.
Стесняться или скрывать своих достоинств она и не думала. Поэтому одевалась хоть и по-деловому, но целку и недотрогу из себя не корчила. Прекрасно понимала, что коллеги жадно глядят на ее зад, а потому тщательно подбирала трусики, зная, что в некоторых ситуациях на ткани юбки или брюк может проступить контур белья.
Скрывать грудь было глупо, поэтому Вера не видела ничего плохого, если в жаркий день кто-то из сослуживцев, нависших над ее столом, сможет отчетливо разглядеть ложбинку между ее сисек.
Женщине было приятно такое внимание, поэтому она даже иногда позволяла себе злые шутки как то якобы случайно слегка задеть кого-нибудь бедром, или прижаться в лифте грудью. Чего уж там говорить о таких "классических" выходках, как уронить папку бумаг, а потом неспешно собирать разлетевшиеся листы, пока окружающие жадно глазеют на выставленную задницу.
В моменты мастурбации Вера часто фантазировала на тему этих взглядов, и потому просто физически нуждалась в мужском внимании.
Так что женщина считала себя вполне счастливой. До этой проклятой самоизоляции.
Вера работала на удаленке, Павел так же учился через интернет, а значит, постоянно находился дома.
Первые несколько дней Вера держалась, но эротические сны посещали ее все чаще и были намного красочнее обычного. Мастурбировать в соседней с сыном комнате она стеснялась, и даже как-то рискнула поласкать себя, пока Павел ушел в магазин.
Но вернулся он очень быстро. Так что скорые ласки принесли не наслаждение, а тяжесть и тупую боль в промежности, до вечера истекавшей соками.
Вера пыталась отвлечься в работе, но переработка приводила к появлению ошибок, и с ней было покончено. Просмотр фильмов и сериалов натолкнул женщину на мысль, что в современной культуре слишком много секса.
Павел продолжал физические тренировки, которые свелись к отжиманию-приседанию и прочих упражнениям, не требующим специального инвентаря.
Занимался он в общей комнате, пояснив, что в его спальне для этого не хватает места, а поскольку от нагрузок становилось жарко, тренировался он в одних "боксерках".
Однажды, с трудом заставляя себя следить за сюжетом, Вера смотрела очередной сериал, а рядом тяжело пыхтел отжимающийся Павел.
Женщина и не заметила, как ее взгляд переместился с экрана на крепкую спину ее сына. Бугрящаяся от крепких мышц кожа покрылась испариной. Тяжело сопящий Павел отжимался вниз-вверх, вниз-вверх.
Воображение быстро дорисовало под сыном голую девушку, запрокинувшую от наслаждения голову, скрестившую ноги у сына Веры на пояснице.
Влагалище тут же налилось тяжестью, и рука женщины сама собой скользнула под полу халата, под хлопчатобумажные трусики, через густые заросли лобка к увлажнившейся дырочке.
Легкого касания кончиком пальца между половых губ было достаточно, чтобы с губ женщины сорвался короткий стон.
- Мам? - тут же обеспокоенно повернул голову Павел. - Что случилось?
Вера буквально чудом успела вынуть руку из трусов до того, как ее сын мог это заметить.
- Ничего страшно, - вымучено улыбнулась женщина, - Рукой неловко дернула и немного потянула. Все хорошо.
- Точно? Ты вся покраснела.
- Жарко просто, - отмахнулась Вера. - Пойду спать, что-то я сегодня устала.
Женщина быстро ретировалась в свою спальню и упала на кровать. Разгоряченная пизда и думала успокаиваться, так что заснуть бедняжке удалось не скоро.
"Я так точно с ума сойду," - думала Вера, уставившись в потолок.
Ночью ей приснился Павел, только на этот раз он трахал на полу свою вопящую мать. Вере во сне было так хорошо, что она даже не задумывалась, что в ее влагалище входит член ее собственного сына.
Сон был до того реалистичный, что, проснувшись, Вера обнаружила, что ее трусики насквозь мокрые. Весь день женщина была какой-то рассеянной, благо ничего серьезного по работе ей не поручили. Вера решила, что вечером непременно нужно куда-то отослать Павла, иначе она рехнется, если не подрочит свою дырку. Но в гости к друзьям сын идти отказался, чем несказанно раздосадовал мать. Вечером, когда Вера и Павел собрались в общей комнате каждый со своим занятием, женщина опять засмотрелась на мускулатуру своего сына. Она решила, что он весьма красив и от девок ему отбоя не будет. Эта мысль постепенно перетекла в мысль о его члене.
Вера поправила себя, что думает о собственном сыне, но в голове прочно засели вопросы насколько хер Павла толстый и длинный. И какой он на вкус.
В этот вечер Павел перенес тренировку из угла комнаты практически в центр, между диваном и телевизором, так что Вера испугалась, что сын может заметить ее жадные взгляды. Потому она прикрыла глаза, притворившись спящей, и наблюдала за Павлом сквозь приоткрытые веки.
И действительно, вскоре сын коротко повернул голову и взглянул на мать.
Писечка Веры опять наполнилась теплом, между ее ног стало жарко. Так что она непроизвольно слегка раздвинула ноги, чтобы хоть слегка охладиться.
Вскоре с отжиманиями было покончено. Павел сел на полу, еще раз коротко взглянул на мать. Но тут Вера заметила, что на этот раз его взгляд будто осекся.
- Мам? - тихо позвал Павел, напряженно вглядываясь в ее лицо.
Вера молчала.
- Мам, ты спишь? - голос сына стал громче, но по-прежнему был тихим.
Женщина продолжала изображать спящую.
- Мам. Иди в спальню, ты спишь, - уже нормально произнес Павел. Он встал на колени и немного придвинулся к матери, которая никак не отреагировала на его слова.
Вера заметила, что взгляд ее сына опустился с ее лица.
"Куда он смотрит?" - подумала женщина. "Уж не на грудь ли?" И тут заметила, что Павел смотрит несколько ниже ее прикрытых халатом сисек. А еще она вспомнила, что вечером после душа не стала одевать трусики. И поняла, что ее ноги раздвинуты несколько шире, чем "чуть-чуть".
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 38%)
» (рейтинг: 66%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 26%)
» (рейтинг: 42%)
» (рейтинг: 23%)
|