 |
| |
| | Евсей уже минут двадцать трудился над Зинкой. После еженощных слияний то с Анюткой то с Людкой, он никак не мог кончить. Да и баба лежала, как колода ни вздоха, ни стона, ни одного движения навстречу. | | |
| |
|
| |
| | Плечи матери сотрясаются от рыданий. Она пытается возвратить трусы на место и задирает к верху ноги пытаясь взять трусы за края и натянуть. У нее не получается. Опять на миг мелькает влагалище моей матери... | | |
| |
|
| |
| | Да, в те минуты, что я уже не мог и владеть собой и, будто, невзначай моя рука ложилась на её оголённую ножку пониже платья, когда она сидела передо мной, или вроде бы невзначай касалась её груди, или дольше положенного задерживалась на её плече или бедре. . Или купаясь в реке, теряя голову от её близости, вдруг прижимал её к себе. Да, а как прижимал. . Грудь к груди, бёдра к бёдрам, губы к губам. Сын не обнимает так мать, так любовник ищет ласковых объятий у своей любовницы. | | |
| |
|
| |
| | Женщина подошла, улыбнулась ослепительно ровными зубами и ласково обняла Прокла, скрестив пальцы у его лопаток. Прокл задрожал. Пенис его дернулся, уверенно протолкнулся через шелковистую черную паутину нитей и нижним боком своим уперся в теплый женский живот. | | |
| |
|
Рассказ №23802
|
