 |
| |
| | Отсчитав шесть ударов, Света потребовала чтобы я лег грудью на стол, пошире расставил ноги и продолжила порку. В этой позе на всеобщее обозрение был выставлен мой висящий член и яйца и я очень боялся, что Света засадит по ним ремнем, но она, к счастью, толи не попала, толи не решилась на такую жестокость. На следующие шесть ударов меня заставили лечь на диван, положив попу на валик и закинув ноги к голове. Оля держала мои щиколотки, а света продолжила обработку моих несчастных ягодиц. После этого меня поставили в центре комнаты, приказали слегка присесть и выставить попу. Эта поза показалась мне позорной потому, что создавалось впечатление будто я сам подставляю попу под ремень. На последок Оксана посоветовала Свете отшлепать меня рукой. Света села на диван, а я должен был лечь ей на колени и получить оставшиеся шесть горячих ладонью по ноющим ягодицам. Это показалось верхом позора, поскольку я в буквальном смысле оказался во власти Светы. | | |
| |
|
| |
| | Настасья была разбитной веселой бабенкой. Рано вышедши замуж, она с головой окунулась в семейную жизнь. Ей нравилось иметь свой дом, прибирать его, копошиться на огороде и в маленьком садике. Ей нравилось чувствовать себя замужней женщиной - хозяйкой. Нравилось стирать мужу белье, готовить ему еду. Но больше всего ей нравилось то, что происходило между ней и мужем, когда наступал вечер, и они укладывались на семейную кровать. После того, как муж Семен сделал ее бабой, она не давала ему в этом деле продыху. Каждый вечер она возбуждала мужа, лаская его тело. Бесстыже прижималась к нему голяком. Потом затаскивала его на себя, и занималась любовью до изнеможения. Когда муж слишком уставал на работе, она раздразнивала его мужское достоинство рукой, садилась на него сверху и скакала на нем, пока огненная волна не опаляла ее тело. В общем, она была энтузиасткой, можно сказать, стахановкой плотской любви. Муж, видя эту ее слабость, не раз грозил полупудовым кулаком: "Узнаю, что загуляла - убью!". Настасья не боялась угроз мужа, но деревенские мужики, зная его силу и суровый нрав, с ней не связывались. | | |
| |
|
| |
| | Нежные ноздри женского носика несколько раз втянули пряное испарение. Прикрыв глаза, Лена вспомнила, как пять лет назад, в отрочестве, она по ошибке, забежала в мужской туалет городского парка и увидела на побеленной стене, рисованный углём фаллос. У фаллоса были круглые яйца, и сердцевидная головка с фонтанирующей струёй. Рядом размашистый текст: "Даю сосать каждый четверг. Ты - следующая! Приходить в 16 часов". Четырнадцатилетняя Лена и раньше встречала подобные рисования, но этот "шедевр" , с непристойным предложением, врезался в память настолько, что, и годы спустя, каждый раз, проходя аллеями парка, она не только вспоминала туалетное "художество" , но испытывала сильное побуждение глянуть на него хоть ещё разок: | | |
| |
|
| |
| | Впервые я, наверное, увидела его во сне. Видимо, очень давно: может быть еще в детстве? Не знаю случая, когда он и в самом деле появился у нас, я ничуть не удивилась. Это как-то само собой разумелось, что он, наконец, появится.
| | |
| |
|
Рассказ №24218
|
