 |
| |
| | Ника улыбнулась ему в ответ. Кирилл снова наклонился к ней, и они слились в поцелуе, который, как он потом думал, длился не меньше получаса. Когда он отпустил её плечи, он увидел, что белые трусики девушки намокли между её ног. Он улыбнулся и медленно провёл там тремя пальцами. Ника возбуждённо застонала и выгнулась навстречу ему. Но Кирилл не торопился. Он убрал руку и стал водить по её животу и вокруг грудей, описывая разные фигуры. Ника стонала и всё сильнее и чаще сжимала колени, блаженно улыбаясь. Когда Кирилл слегка сжал её соски, он увидел, что девушка со всей силы сжала ноги и вытянула носочки. Кирилл положил руку девушке на живот и стал опускаться ниже. Вот он чувствует резинку трусов, входит под них, чувствует волосы лобка у себя под рукой, затем он дотрагивается до чего-то горячего и влажного. Девушка выгибается дугой. Кирилл снимает с неё трусы. Оба на взводе. Она как можно шире раздвигает ноги, он скидывает с себя остатки одежды. Он входит в неё, одновременно водя губами по шее, поднимаясь выше, целуя её в ухо, висок. Она запрокидывает голову, кричит в беспамятстве, слёзы льются из её глаз: | | |
| |
|
| |
| | Наконец женщина перестала стонать и блаженно обмякла, а парень поцеловал ей между ног, в живот и в грудь. Не успели мы с Юлькой опомниться, как женщина сказала: "Ну а теперь ты ложись!" Не надевая трусов, женщина встала и накинула на себя простыню, освобождая место на полке парню. Тот быстро снял трусы и лёг, на несколько мгновений мы увидели его надутый член, большущий, как кукуруза. Юлька только и успела промолвить: "Мамочки мои!", как женщина приникла головой к животу парня и закрыла всё простынёй. В отличие от головы друга голова самой женщины стала двигаться вверх и вниз, приподнимаясь довольно высоко. С каждым движением голая белая попа женщины высовывалась из-под простыни всё больше и больше. Теперь уже её друг блаженно постанывал. Юля опять зашептала: "Смотри, да она не лижет его, а сосёт! Фи, какая гадость! Вот уж чего никогда делать не буду, так это письки сосать! Наконец-то я всё поняла - это или круглая дура, или сумасшедшая! И нечего на них больше глазеть - отворачивайся к стенке!" - "А что ты раскомандовалась - то смотри, то не смотри!" - "Дурачок, ну сам подумай - разве не чокнутые? Неужели тебе самому понравилось мою письку облизывать?" - "Нет!" - честно признался я. - "И мне нет - только стыдно было, а удовольствия - ни капельки! Так чего же эта дура стонала? Никому больше не дам лизать, и сама не буду! Ты вот лучше отвернись к стенке, а я тебя поглажу, как меня мама гладит! И будем дальше спать, рано ведь ещё!" Я повернулся, а красивая Юля прижалась ко мне, и стала ласково гладить руками по голове, по спине и даже по попке. Было уже совсем не так жарко, как днём, и ощущать голым телом Юлькин слегка выпирающий животик, ноги и грудь было изумительно приятно. Когда Юля в очередной раз перешла к поглаживанию попки, мой писюн сладко задёргался, и я незаметно уснул. | | |
| |
|
| |
| | Я ее начал медленно раздевать и ласкать при этом. Сначала снял с нее кофточку, потом маечку и начал ее ласкать, при этом переходя потихоньку ниже. Поласкал левый сосочек, потом правый, как когда-то видел в порнухе. Начал опускаться ниже. Поласкал пупок, снял с нее джинсы. Она быстро расстегнула на мне рубашку и молнию джинсов и начала гладить его через трусы. Тем временен я уже снял с нее трусики и наконец-то увидел заветный треугольничек. Полюбовался зрелищем и припал к святая - святых каждой девушки - к ее щелочке. | | |
| |
|
| |
| | Какое у не было выражение лица, когда я только начал смазывать ей попку. так была зажата - и физически, и морально, что я чуть ли не комплекс вины стал испытывать. Потом мы с ней не встречались. | | |
| |
|
Рассказ №24443
|
