 |
| |
| | Без конца одно только это слово. Раскинув под ним те свои красивые, как и сама Лаура женские тридцатилетней красавицы и любовницы, только теперь его Виктора ноги. Разбросав свои вьющиеся черные локонами длинные волосы по большим таким же шикарным, как и постель, подушкам, Лаура, вцепившись, в его седеющие на голове волосы цепкими женскими в золоте перстней пальцами, дико стонет и страстно с перерывами надсадно дышит. И он делает, тоже, самое, не думая уже ни о ком и ни о чем, ни о своей брошенной там, в домашнем загородном особняке семье. Жене Ирине, дочери Ленке. Ни о мистере Джексоне. И их совместном бизнесе. Ему на все сейчас плевать. Он, тоже, мокрый от пота снова, и снова кончает, и сладостно стонет ей в ее запрокинутое на подушках красивое Лауры лицо. | | |
| |
|
| |
| | Особенно нам понравилась такая штука, двое из нас танцевали голые, тесно прижавшись друг к другу, а "учитель" внимательно следил, чтобы танцоры это делали правильно, а поскольку они постоянно ошибались их приходилось наказывать, они перегибались через спинку кресла и начиналась порка. Обычно это делалось деревянной линейкой или прыгалками, естественно слегка, причем если мне или Ленке нравился сам процесс, то Ирке нравилось, когда ее пороли сильнее. А вот Ленке нравилось, когда ее лечили. Обычно выглядело это так. Она приходила на прием, мы с Иркой ее осматривали, потом укладывали на кровать, я двумя пластмассовыми пинцетами раздвигал пухлые губки, Ирка внимательно изучала и назначала уколы и массаж, который я и проводил, поглаживая и пощипывя письку Ленки. Меня они лечили иначе, и вот это мне нравилось больше всего. | | |
| |
|
| |
| | Я была на седьмом небе от удовольствия. И вскоре стала двигаться на встречу члену. Я была не опытной, это был мой первый раз, и видимо подмахивала я не очень правельно, поэтому он попросил меня лечь на спину. Я легла, он подложил мне под попу подушку, поднял мои ноги и вставил в меня член. Супер, моя любимая поза, какой обзор, надо мной пыхтит молодой жеребец. Но счастье не может длиться чечно, вскоре он кончил, снял гандон и выбросил его в окно. Мне хотелось еще, но он сказал что сегодня больше не сможет. Я собралась и ушла, весь путь домой ехала с улыбкой на лице. Я даже помню как его зовут, Роман. Рома был мой первый ёбарь. Позже он мне еще предлагал встретиться, я согласилась, но, к сожалению, он сам слился, и больше мы не виделись. | | |
| |
|
| |
| | Почему на бензоколонках никогда не продают цветов, подумал Он. Ясное дело, откликнулось изнутри ... Цветы, как ты мог заметить, украшают иногда фонарные столбы вдоль дороги... Продавать цветы на бензоколонке - издевательство над тобой, остановившемся здесь на пять минут в погоне за собственным "лобовым на трассе". К тому же, где ты видел, чтобы в цветочных магазинах приторговывали бензином?.. То-то же.
| | |
| |
|
Рассказ №25011
|
