 |
| |
| | После официальных приветствий типа "как дела" и "как давно не виделись" мы поехали в укромное местечко недалеко от дома. Славик расселся на сиденье, меня посадил сверху. По его горящим глазам я поняла, что он очень хочет секса. Он притянул меня к себе и поцеловал. Хоть Славик был грубоватым любовником, целовался он очень нежно и по настоящему классно! Обнимая меня одной рукой, другой он расстегнул свои штаны и вытащил оттуда уже стоящий член. | | |
| |
|
| |
| | Ей было плохо. Кружилась голова, солнце било в затылок, рука, онемевшая еще утром, порой взрывалась колокольной болью. В глазах копилась спасительная темнота, и, собравшись в кулак, прогоняла жару коротким освежающим забытьем. Она точно знала, который час, и это было ужаснее всех остальных мук. Отвратительные часы, в которых не осталось ни одной царапины на циферблате, которую она не прокляла бы, тикали, и секунды муравьями карабкались по ее воспаленной коже, без цели, мерно, терпеливо, шевеля у | | |
| |
|
| |
| | Но мама скоро вернулась и я обомлел. На ней был одет практически полностью прозрачный голубоватый пеньюар, ее голые большие сиси отчетливо виднелись сквозь материю. На маме были узенькие малюсенькие трусики темно-синего цвета, которые лишь чуть прикрывали ее лобочек, а ниточки уходившие назад лишь подчеркивали ширину и обводы ее бедер. Ну что скажешь - с неким торжеством в голосе спросила меня мама. Я растерянно, ошарашено, обрадовано смотрел на нее. Ходи так всегда - выпалил я. Мама чуть смутилась моей горячности, видимо похоть и вожделение были написаны прямо у меня на лице. Ну - она смущенно потупилась - только когда не будет папы дома. Я кивнул, продолжая разглядывать ее. Значит мы договорились - спросила мама. Я не стал искушать судьбу и перегибать палку - конечно, мамочка - ответил я - я ничего не скажу папе. Я видел что она облегченно вздохнула - хорошо - проговорила она - я тогда пойду доготовлю ужин. И развернувшись она направилась прочь из комнаты. Сзади она смотрелась тоже обалденно. Тоненькая полоска трусиков была целиком съедена ее пышными полукруглыми ягодицами, сама попка при каждом шаге плавно покачивалась и маняще подрагивала в такт ходьбе. | | |
| |
|
| |
| | Может, минуту, а может быть, две минуты Андрей сладострастно мял Никиту, с нескрываемым наслаждением вдавливаясь в него всем телом, горячими губами он скользил по Никитиной шее, и все это время Никита, не убирая ладони с Андреевых ягодиц, лежал под Андреем с раздвинутыми, широко разведёнными врозь ногами, испытывая не просто удовольствие, а сладостью полыхающее во всём теле вполне конкретное - сексуальное! - наслаждение... он, Никита, не должен был это наслаждение испытывать, но оно было, оно наполняло всё его тело неизъяснимой сладостью - и что-либо сделать с этим, как-то этому воспротивиться он не мог... и не мог, и не хотел - это был кайф! | | |
| |
|
Рассказ №25011
|
