 |
| |
| | Джинни открыла рот. Она старалась говорить как можно тише, но это заставляло людей ещё внимательней вслушиваться в её дрожащий полушёпот: | | |
| |
|
| |
| | Она обожала секс. И выбирала партеров сама. Не смотря на ее красоту, к ней редко подходили мужчины. Они как будто побаивались её красоты. Выбрав жертву, она начинала на неё смотреть. Мужчина терялся, а затем как загипнотизированный, делал всё, что ей было нужно. | | |
| |
|
| |
| | Она наклоняется надо мной. Берет в руку член, слегка лижет самый кончик. Божественно. Потом, видимо осмелев, облизывает головку. Потом лижет снизу вверх. | | |
| |
|
| |
| | Всхлипывания становились потише. Я ласково перебирал пальцами Наташкины позвонки, нежно (но не щекотно) пересчитывал ребрышки, а сам раздувался от гордости: план мой сработал на все сто, остались мелочи (но теперь мне Наташка уже никак не сможет помешать довести его до конца) . А главное: мне не пришлось ее ломать, уничтожать, пригибать ниже плинтуса - как обязательно сделал бы на моем месте Мишка. Не пришлось, потому что к этому моменту, в результате сегодняшнего спектакля, в глубине души Наташка уже признала наше право ее воспитывать. И наказывать за непослушание. Как бы ей ни было сейчас обидно и больно, как бы она на меня не злилась - но понимала, что получила за дело. А значит, для нее это не стало катастрофой, хотя и заставит слушаться побольше. | | |
| |
|
Рассказ №25736
|
