Рассказ №7248 (страница 4)

     После урока она сама подошла ко мне и, слегка запинаясь от смущения, попыталась выяснить, что же все-таки от нее потребуется. "Посмотрят, чем вы расплачиваться будете", - объяснил я. - "Вам к концу месяца, сколько надо отдать? А? Деньги-то, где брать собираетесь?" Она не нашлась, что ответить, а я, проявляя сочувствие, продолжил:
     - Да ладно, все обойдется. Только вазелином или мазью какой-нибудь как следует промажтесь. Тяжело, когда они всей толпой... В очередь... Порвут вам там все нахрен.
     Светлана Павловна подавленно молчала.
     - Я никуда не пойду, - наконец выдавила она из себя.
     - Это ваше дело, - ответил я. - Разбирайтесь с ними как хотите...
     
     ...
     
      Наступила суббота.
      - Ты же обещал мне помочь, - на большой перемене Светлана Павловна привела меня в лаборантскую, чтобы поговорить. Лица на ней не было.
     - А я вам и помог, - ответил я. - Если бы не я, вы бы уже давно были "обработаны", находились бы в каком-нибудь глухом горном ауле, и между ног у вас, было бы одно сплошное кровавое месиво.
     Она промолчала.
     - Долги-то вам все равно придется как-то выплачивать, - напомнил я.
     - Да как же я их выплачу, - воскликнула она. - Если проценты, набегающие за месяц, больше, чем вся моя зарплата!
     Я внутренне усмехнулся. Всего одна порка, а как она поумнела.
     - Значить надо что-то придумать. Может вы сможете что-то продать, или у вас есть какие-то сбережения?
     Я знал, что ничего-то у нее нету.
      - Тогда у вас есть выбор: либо вы "артачитесь" и после того, как вас обломают, служите подстилкой дикарям в горных аулах, либо ведете себя послушно и иногда раздвигаете ноги для богатых иностранцев, постепенно расплачиваясь с долгом. Да в последнем случае вам через некоторое время денег некуда будет девать.
      Видно было, что мои слова заставили ее задуматься.
     - Я все равно не пойду к этим... бандитам.
     Другого я и не ожидал. Шамиль очень хорошо напугал ее.
      - Ммм... Не знаю... Может быть, я и смог бы за вас поручиться, - как бы в раздумье сказал я. - Служить вам буфером. Прикрывать вас от этих бандитов.
     Она с надеждой посмотрела на меня.
      - Тогда мне не придется к ним идти?
     - Впрочем, наверное, нет, - сказал я после паузы. - С этими бандитами связываться опасно. Сегодня они с тобой друзья, а завтра могут горло перерезать. И главное, зачем мне это надо?
      - Илюшенька, ну пожалуйста, помоги мне, - тон был умоляющим.
     - Надо подумать, - внутренне ликуя сказал я. - Ладно, я пошел, за обедом подумаю.
     - Пожалуйста, подумай, - сказала она мне вслед. - Давай поговорим здесь же после уроков.
     
     ...
     
     Когда я зашел в лаборантскую после уроков, эта сучка, похоже, была готова на все, ради моей "защиты".
     - Знаешь, что я подумала? - как-то смущенно сказала она - Помнишь, я тебя танцевать учила? Медленные? Я тебя могу еще чему-нибудь поучить. Более серьезному...
     Это было очень интересно. Похоже, обломать ее оказалось значительно проще, чем я ожидал.
     - Светлана Павловна, - с трудом сдерживая улыбку и растягивая слова, сказал я. - Уж не предлагаете ли вы мне вас трахнуть?
     Судя по тому, как она покраснела, нечто подобное она и имела ввиду.
     - Светлана Павловна, а вы, оказывается, по природе своей, шлюшка, - я, буквально вытирал об нее ноги. - Если я захочу вас трахнуть, я вас трахну. Тогда когда захочу. И туда куда захочу. А сейчас мы решаем денежные вопросы.
     Она стояла передо мной, вся покрасневшая, глаза в полу.
     - Ладно, давайте на вас посмотрим, - проявил я к ней снисхождение. И другим, более жестким голосом добавил. - Раздеться. Полностью. Снять все кроме туфель.
     Дважды повторять мне не пришлось. Она суетливо стала расстегивать блузку. Скинула ее на пол. Расстегнула и стянула через голову юбку. Затем последовали чулочки, лифчик и трусики. Очень скоро она стояла передо мной полностью обнаженная.
      - Руки опустить, - сказал я. Раздевшись, Светлана Павловна приняла позу античной статуи, одной рукой прикрывая соски грудей, а второй - низ живота. - Тоже мне "Венера Милосская".
     От моих слов она покраснела еще больше, но руки вдоль туловища опустила.
     - Вымя неплохое, - продолжил я. - Теперь повернись...
     И эта сучка, подавляя стыд, принимала передо мной самые откровенные позы. Демонстрировала свои интимные места. Раздвигала все, что требовалось раздвинуть.
      - Ладно, - вынес я, наконец, вердикт. - Ляжки, у тебя, шлюшка, как, впрочем, и вымя, вроде бы ничего. Да и ведешь ты себя, пока, вроде бы неплохо. Я прикрою тебя от Гоши. Сейчас я сбегаю за фотоаппаратом, и вместо оригинала, покажу Гоше снимки. Тебе, к нему, в этом случае идти не придется.
     Надо ли упоминать, что когда, через полчаса, я вернулся, она повторила все понравившиеся мне позы перед фотокамерой.
     
     ...
     
     Собственно ее можно было отиметь в тот же день, прямо в лаборантской. Но я не стал этого делать. Не правильно было создавать у этой шлюшки впечатление, что стоит ей раздвинуть ноги, как я все брошу и побегу ее трахать. Я не спешил. Эта телочка неплохо поработала, и теперь можно было дать ей немножко расслабиться. Погуляв пару часов и поужинав, я позвонил ей.
     - Ну, что ж, Светлана Павловна, - порадовал я ее. - Я поручился за вас. Это было очень не просто, но я убедил их подождать. Мы сами, без всяких эксцессов рассчитаемся с ними.
     - Ой, правда? Огромное спасибо, - пролепетала она. - Я тебе бесконечно благодарна.
     - Да ладно, что там, - я был сама снисходительность. - Всегда рад помочь ближнему. Или ближней, - я повесил трубку.
     В этот же вечер мне пришлось выдержать неприятный разговор с родителями. Мама говорила что-то про приобщение нас, ее сыновей, к культуре и про необходимость, с ее точки зрения, вырастить нас "Настоящими Питерскими Интеллигентами". Как оказалось, мои родители достали билеты на балет. В Мариинский. По-моему на "Жизель". Или "Жюстину". Насколько я помню, одно из этих двух - порнографическое произведение, а на второе надо было ехать в это воскресенье. Трястись полтора часа в электричке, а потом, как идиот, еще и пялиться на прыгающих по сцене некрасивых худощавых женщин мне не хотелось. Вот если бы во время выступления у них под юбками ничего не было надето, тогда я, может быть, и поехал бы. А так нет. Помимо всего прочего в это воскресенье надо было заняться Светланой Павловной. Так что ехать я наотрез отказался. Родителей это не обрадовало. Выяснилось, что я "вот так дикарем и останусь". А братик мой - он молодец. Он, по их мнению, вырастит очень культурным человеком. И они будут им очень гордиться. Я воздержался от комментариев.
     
     ...
     
     На следующий день, как только за моими родителями и "будущим Питерским Интеллигентом", закрылась дверь, я позвонил Светлане Павловне.
     - Ну, Павловна, - сказал я, не тратя времени на приветствия. - Сегодня посмотрим, чем мы сможем расплачиваться... Значится так. Накраситься. Поднадушиться. Приодеться. Так, чтобы посмотреть было на что. Ну, про подбриться, подмыться я и не говорю. Через сорок минут быть у меня. Вопросы есть?
     В трубке воцарилось молчание.
     - Да, кстати, - добавил я. - Принести ремешок. Можно тоненький. Я не садист какой-нибудь. - Я положил трубку.
     
     ...
     
      Конечно же, через сорок минут она не пришла. Опоздание было небольшим, но все-таки это было опоздание. И это было прекрасным поводом для проведения воспитательной работы.
      - Явилась, - сказал я, когда Светлана Павловна переводя дыхание, предстала передо мной. - Десять часов, сорок шесть минут. А когда следовало прийти? - Я настраивался на то, чтобы взбеситься.
      - Илюшенька, - голос Светланы Павловны звучал робко и как-то примирительно, - Ну не могла я за полчаса собраться. Нам женщинам нужно время, чтобы привести себя в порядок. Я пришла, сразу же, как только была готова...
      - Ремень принесла? - проигнорировал я ее оправдание. - Давай.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ]

Читать также в данной категории: