 |
| |
| | Я подошла к скамейке, уперлась в нее ручками и расставила ножки. Он подошел сзади и резко ввел в меня два пальца, сделал ими во мне несколько движений. Смочил свой член моим соком, приставил член ко входу в киску, взялся обеими руками за мою попку и одним резким движением вошел в меня. Несмотря на возбуждение, мне было очень больно. Я не смогла сдержать крик. Он вошел в меня на полную длину и начал медленно выходить. Когда его член почти вышел из меня, он вновь со страшной силой ворвался в меня. Так продолжалось какое-то время. Боль между моих ножек сменилась приятными ощущениями. Внутри меня он нащупал какую-то точку каждый раз проходя которую во мне происходил как бы мини оргазм. Мой стон боли сменился возгласами наслаждения. Мне уже хотелось, чтобы это продолжалось как можно дольше. Его руки то сжимали мои груди, то возвращались на попку. Когда я уже начала чувствовать приближение оргазма он вдруг издал резкий крик и замер войдя в меня на всю длину. Он кончил прямо в меня. Спустя мгновение он начал медленно двигаться во мне. Я чувствовала как спадает напряжение внутри меня. И в этот момент я почувствовала сильный оргазм. По моему телу пробежала судорога, и если бы он не держал меня, я бы точно упала. Он вышел из меня и посадил на скамейку. | | |
| |
|
| |
| | Изменение размеров мужского орудия показало Галине, что она на правильном пути. Не давая опомниться, она быстро расстегивает и стаскивает с мужика брюки вместе с трусами и решительно, двумя руками принимается за его задницу. В полумраке купе раздается мужской вздох и сразу вслед за ним женский, Мария получила, наконец, то, чего так долго ждала - член приличных размеров легко вошел в нее и замерев на секунду начал мерно двигаться. Галина, стоя позади раскачивающегося мужчины, содомировала его анус указательным пальцем. Несмотря на то, что она никогда раньше не делала этого, получалось у нее неплохо и даже приносило некоторое удовлетворение. | | |
| |
|
| |
| | Юст подошел к рыжему вплотную, оценивающе осмотрел и крепко сжал всё естество рыжего, одновременно приставив холодный, какой-то очень холодный нож к нежной коже. Дэн судорожно вдохнул и побелел, почти уже чувствуя боль, которая сейчас захлестнёт его и от которой не будет спасенья. Его расширившиеся зрачки смотрели прямо на Юста, и теперь в них уже точно не было ничего безличного и равнодушного. В них было бессильное отчаяние, море невысказанного любовного страдания, в них была ревность и боль. И бессилие что-либо сделать. | | |
| |
|
| |
| | Так в ресторане я даже стал возбуждаться, раз за разом прокручивая произошедшее с моей женой... какая-то лавка, какой-то грязный продавец, лапающий мою жену, и, фактически, трахнувший ее прямо у меня на глазах... Мы с женой не последние люди у себя на Родине, такого в России с нами просто не могло произойти. А тут все так буднично... Уже темнело, и мы думали закончить шоппинг, но оказалось, что базар работает до часу ночи! Но мы уже изрядно устав от повышенного внимания к нашим персонам (в первую очередь к Наташе) решили посетить еще пару-тройку лавок и домой. | | |
| |
|
Рассказ №7349
|
