 |
| |
| | Я очень хорошо видел, как из той маленькой дырочки, которую я только что с таким упоением целовал, бьет ручеек, раскрывая и оттопыривая ее миниатюрные стеночки. Катя долго ждала этого момента и просто кайфовала, оттого что он, наконец-то, наступил. И еще ей очень нравилось быть сейчас такой откровенной, так открыто писая при мне. Я взял руками ее за икры, склонил голову и начал целовать ее бедра сверху, постепенно перебираясь к их внутренним сторонам. Катя немного смутилась и попыталась сдвинуть ноги, но мои плечи, которые находились между ними, не дали ей такой возможности, и она быстро поняла, что это ее желание было неуместным. Ее ручеек журчал в нескольких сантиметрах от меня, а я целовал ее ножки совсем близко к его источнику и ощущал лицом колебания воздуха, вызванные его напором. Несколько маленьких теплых капель попали мне на щеку. Я практически лежал на ней своим торсом и обнимал ее руками за бедра и талию. Я так уютно чувствовал себя, что мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось, и я с радостью вспоминал то большое количество воды и разных напитков, которые были выпиты нами накануне. Катина струйка текла с бодрым журчанием все с той же силой. Я еще приблизился к ней и поцеловал ее живот. Мне даже казалась, что я чувствовал, как внутри нее берет начало этот гейзер, и я стал целовать ее гладенький животик еще более сильно и упоительно. Катя издала легкий стон.... Я медленно спустился губами к ее лобку, а потом кончиком языка прижался и легкими движениями начал ласкать клитор. Катя громко застонала. Никогда раньше ей - писающей девочке - не ласкали в этот момент клитор языком! Она на мгновенье замерла, и я почувствовал, что она еще сильнее раскрылась передо мной, желая моих ласк. Горячая струя текла из нее ровно и лишь изредка какая-то дерзкая капелька отскакивала и попадала на меня. Я сильнее впился губами в ее клитор и был просто без ума от всего происходящего. Катя писала прямо из под моих губ, а я в это время страстно лизал ей клитор. Ее напряжение стало стремительно возрастать, и она заерзала на сиденье унитаза, стараясь сильнее подставляться под мои ласки. Я лизал ее там не отрываясь. И тут она разразилась оргазмом, который заставил золотой ручеек выписывать вензеля по всему периметру унитаза. Досталось немного и мне. | | |
| |
|
| |
| | Член находится в полувозбужденном состоянии прямо перед моим лицом. Нежно беру его рукой у основания и чуть сжимаю. Реакция моментальна. Смотрю снизу вверх, облизываю губки, а в глазах уже все плывет. Медленно приближаюсь губами к Члену, чтобы ощутить его аромат. Мужчина молодец, совершенно не отвлекает от моей игры в получение удовольствия. Ведь здесь удовольствие получать буду я. Высовываю язычок и чуть касаюсь кончика головки, в то место, где уже выступила смазка. Член как будто просыпается - рвется мне в лицо. Но для начала попробую на вкус кту маленькую капельку. Ммммм... Чуть соленоватый привкус, размазываю язычком по губкам. Ну что же, Лала, пора приступить к десерту. Смыкаю губки на головке, чуть ощутимо и слегка провожу язычком. Только легкие касания вначале. Пусть потомится. Все это время моя рука находится на Члене. | | |
| |
|
| |
| | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . | | |
| |
|
| |
| | Он дал Марату - подставил Марату зад, и теперь Марат... теперь этот парень даст ему - точно так же ляжет на спину, разведёт, раздвинет свои ноги, поднимет их вверх, и Артём... "педик" - мелькнула у Артёма короткая мысль, но теперь эта мысль его, Артёма, ничуть не смутила, ни капли не испугала, как будто то, что слово это означало, было одно, а то, что сейчас в этой комнате происходило, было совсем другое... странное у него, у Артёма, было состояние: ему нужно было б сейчас испытывать стыд, или смятение, или отчаяние, или ещё что-нибудь из этой же области, а он... он, глядя на Марата, испытывал совершенно внятное, конкретное, вполне осознаваемое желание, - болью прерванное, но никуда не девшееся, не исчезнувшее желание полыхало в теле Артёма с новой силой!"Педик", "не педик" - это были слова, всего лишь слова, и эти слова над нам, над Артёмом, сейчас не имели никакой власти... | | |
| |
|
Рассказ №22851
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Пятница, 15/05/2020
Прочитано раз: 37283 (за неделю: 80)
Рейтинг: 52% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я пошел в свою комнату и раскрыл ноутбук. Снова вспомнилась моя Берта. Как жаль, что я не успел сделать кучу ее фотографий. Да еще бы обнаженной! Но тут вспомнил Норму. Да, тоже хорошая девушка. Что-то завтра будет? Я вышел на кухню, попить водички из холодильника. Попил, и вдруг из маминой комнаты услышал тихий скулеж. Подошел к ее двери, прислушался. Она тихо плакала и всхлипывала. Моя крутая мама, и вдруг плачет! Я бросился к ней. Она лежала, уткнувшись в подушку лицом, и плакала. На ней были только трусики и коротенький топик, под которым угадывались большие мамочкины груди, сейчас не стянутые лифчиком. Я бросился к ней в постель:..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
8.
Берта пришла через три дня. Ее в гостиной встретила Рози:
- Пришла, милая девочка? Как у тебя дела? Пойдем, пойдем ко мне.
В своей комнате она стащила с Берты трусики, уложила на спинку, раскрыла ее писечку, и внимательно осмотрела:
- Берти, ты молодец! У тебя там все зажило. Ты уже пробовала туда пальчик?
- Нет, я боюсь!
- Давай, я. Не больно? А теперь сразу два. Не больно?
- Нет, мне приятно!
Рози достала из тумбочки увеличивающее зеркало и поставила его между ног Берты:
- Посмотри, видишь, какая теперь у тебя там дырка? При надобности можешь туда дилдо пихать. Ну, давай, надевай трусы и беги к Акселю Он тебе сегодня уж точно туда кое-что запихает. Таблетки сегодня пила?
- Пила.
- Все равно, после каждого раза - бегом в душ, и все оттуда вымывай. Когда тебе домой? Я зайду за тобой.
Когда Рози пришла в комнату Акселя, юные любовники спали. Аксель широко разметался, лежа на спине. Его натруженный член съежился, как маленькая сосиска. Берта, согнувшись калачиком, прикорнула у него подмышкой. Рози умиленно полюбовалась ее щелочкой и светло-коричневой розочкой заднего прохода. Потом похлопала их по попкам:
- Эй, секс-гиганты! Быстро вставать!
Ребятишки, ни капли не стесняясь ее, вскочили и быстро оделись.
- Ты хоть проводи девочку!
- Нет, не надо, я лучше сама.
Они еще минут пять целовались на прощанье, и Берта убежала.
- Ну, как сегодня, без слез? - улыбнулась Рози.
- Ой, что ты, она, как с цепи сорвалась, мне отдохнуть не давала, совсем заездила! - с затаенной гордостью ответил Аксель.
Вечером, в постели у Генриетты, Рози рассказала о событии.
- Да, растет малыш. Слушай, а какого он у него размера? Неужели такой? Когда-то я его купала и умилялась - какой красивый маленький писюнчик!
- И вот он этим писюнчиком уже девушек вскрывает! - засмеялась Рози.
Как-то Берта сказала Акселю:
- Акс, а давай попробуем в попку! Ты так часто туда залазишь пальцем, что мне захотелось, чтобы ты залез туда кое-чем другим!
Аксель поставил ее на четвереньки и попробовал всунуть ей в анус, но сколько ни старался, ничего не получалось. Берта предложила:
- А давай спросим у Рози, она у нас все знает.
Звонком вызвали Рози.
- О, любовнички, да вы голенькие! - засмеялась она.
- Рози, мы решили попробовать в попку, но у нас ничего не получается! - смущенно сказал Аксель. - Ты можешь нам как-то помочь?
- Понятно, - протянула Рози. - Подождите меня!
Она вернулась через минуту с каким-то флакончиком:
- Вот, смотрите, это называется "анальная смазка". У вс не получалось, потому что вы сухие. Девушка, задери ножки. Вставь эту трубочку в попку до конца. Теперь нажми эту кнопочку. Вот, твой анус смазан. Теперь вылави чуточку на палец и смажь ему член. Вот и все! Теперь пробуйте, тоько смотри, девочка, сначала может быть больно!
- Ничего, я же женщина!
- Давай, Аксель, только потихоньку!
Аксель приставил головку к анусу Берты, и на удивление легко ей всунул. Она немножко покряхтела, и радостно сказала:
- Какое интересное ощущение! Спасибо, Рози!
Рози ушла, а они успешно довели эксперимент до конца.
Прошло еще несколько дней. И вдруг все кончилось совершенно неожиданно. Как-то пришла бледная заплаканная Берта и объявила, что пришла попрощаться. Сегодня вечером они с матерью поездом уезжают навсегда. Она повисла у Акселя на шее:
- Акс, не забывай меня! Я буду тебе писать. Потом, когда кончишь учиться, найди меня! Акс, я хочу выйти за тебя замуж. Я больше никого не хочу, ты - мой, Акс, я тебя люблю на всю жизнь! Мы должны с тобой быть вместе!
Сбитый с толку Аксель молча целовал ее лицо. Наконец, она оторвалась от него:
- Мне пора. До встречи, любимый! Помни, я всегда есть у тебя. Рози, милая, спасибо тебе за все!
Она повернулась и убежала. Аксель молча пошел в свою комнату.
Вечером Рози постучалась к Генриетте и все рассказала.
- Бедный мальчик, как ему сейчас трудно. Придется что-то придумать. - задумчиво сказала Генриетта.
Через неделю за завтраком Генриетта сказала:
- Рози, присядь, пожалуйста, я хочу кое-что сказать. Аксель, я уже много лет не отдыхала, и теперь купила путевку для нас с тобой на далекий остров, на месяц. Я знаю, ты не любишь шума, там будет очень тихо и спокойно, никакой толпы. Можешь взять свой ноутбук, там сеть есть. Надеюсь, ты не возражаешь?
- Нет, мамочка, я очень рад.
- Ну и хорошо. Рози, я предоставляю тебе на это время оплачиваемый отпуск. Можешь съездить к себе на родину, или тоже куда-нибудь отдохнуть.
- О, госпожа, позвольте мне здесь остаться! Я никуда не хочу, а здесь буду потихоньку поддерживать порядок.
- Как хочешь, милая. Если надумаешь куда-то поехать, предупреди охрану, только сообщи, куда поедешь.
- Я не поеду никуда, мне здесь очень хорошо.
- Договорились. Охране я инструкции дам, и предупрежу, чтобы не вздумали тебя домогаться.
- Мама, когда едем?
- Завтра рано утром, милый.
9.
Наверное, этот остров обошелся маме в копеечку. На берегу поодаль друг от друга были раскиданы немногочисленные комфортабельные бунгало. Поодаль от берега, в тени леска, обширное здание администрации и всех служб, включая магазин, ресторан и ай-ти-центр.
Мы с мамой распаковали вещи, надели купальники, намазались мазью от загара и пошли знакомиться с нашим участком берега. Бережок был, конечно, классный. Песчаный пляж из чистейшего золотистого песка, в одном месте близко подходит небольшая рощица - можно прятаться от солнца.
Когда мы устроились, нас окликнули. Подошел мужик с девушкой примерно моего возраста, судя по всему, дочерью. Представились нашими соседями, пришли познакомиться. Мужика звали Павел Бонев, девушку - Норма. Мы с Нормой отошли в сторонку, пусть родители чирикают по-своему.
- Пойдем, я тебе покажу наш участок - сказала она. Мы пошли на их участок и улеглись в песочке.
- А мы с тобой - не противоположности? - спросила она.
- Почему?
- Ты - Аксель, осевой, значит, я - Норма, значит, перпендикулярная. Несовместимость!
Я немножко прикинул.
- В определенных случаях мы с тобой смотрим в одну сторону. Например, если к кругу провести нормаль, то она будет параллельной его оси.
- А ты - ничего, соображаешь! - засмеялась Норма. - Не люблю тупых. Слушай, намажь мне спину этой мазилкой - протянула она мне крем от загара.
Я намазал ее спину, и шею.
- Подожди, еще вот здесь нужно, а не то красные ожоги будут! - и я намазал ей под краешками плавок, а заодно уж и ноги.
¬- Перевернись, намажу спереди.
- Не нужно, я сама!
Она намазалась, слегка залезая за краешки лифчика и плавок.
- Видишь, вон тот остров? - спросила она. ¬¬- А на нем вымпел вывешен?
- И что это значит?
- Это значит, что остров занят, туда кто-то приплыл и там загорает. Давай мы с тобой захватим его завтра?
- Давай! А что для этого нужно?
- Пойдем в администрацию!
Мы встали и пошли.
- Нужно арендовать на день лодку, пораньше приплыть туда и вывесить вымпел. У тебя денежки хватит?
- Да, хватит. Тогда нужно еще запастись едой и водой. Что ты будешь кушать?
- О, я - фрукты.
- А я так и от мяса не откажусь!
Мы затарились так, что хватило бы на два дня. Нам выдали квитанцию на аренду лодки. Все это оттащили к ней в бунгало, и пошли ужинать. После ужина, когда уже стало темнеть, я проводил ее.
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 67%)
|
