 |
| |
| | Пощипывая травку, Гринель не заметила, как из за кустов выбежал чёрный как ночь жеребец. Она не успела сориентироваться и попытка бежать была не столь молниеносной. Жеребец почти в два шага преодолел расстояние между ним и кобылой и моментально запрыгнул на спину эдьфийской лошади. Он копытами держал бока, Гринель навалившись всем весом мускулистого тела. Его пенис был готов, и мощная эрекция говорила о том, что у жеребца большие планы на бедную кобылу. | | |
| |
|
| |
| | Скачку двух мокрых от пота и выделений друг друга тел в душной машине прервал внезапный рёв и гул мотора в воздухе. Шофёр таким остолбеневшим взглядом наблюдал как одинокий, неведомо откуда взявшийся пикирующий бомбардировщик с бреющего полёта огоньками трассеров изрешетил машину и как из дырявой словно дуршлаг машины выскочило совсем голое окровавленное тело с огненно-рыжими волосами. Летчик не рассчитал высоту и бомба секунд 10 тупо пролежала в метре от машины, дав шанс оставшейся в живых после свинцового дождя женщине. Полковника убило на месте тремя пулями, две из которых прошили его сильное тело и застряли в его рыжей спутнице. За спиной обнаженной и окровавленной женщины разорвалась 50-килограммовая бомба, изрешетив её тело многочисленными осколками. | | |
| |
|
| |
| | Твой член дрожит и истекает смазкой... на земле уже лужица... Дотрагиваюсь до головки кончиком языка... как удар тока бьет тебя... даже ноги у тебя подгибаются... Нежно вылизываю головку... играю язычком с уздечкой... то быстрее, то медленнее... Трахаю языком, свернутым в трубочку, дырочку на головке... в том же ритме, что и попку... Наконец беру головку в рот... нежно ее посасываю... Двигаю головой... потом ты сам начинаешь двигаться... . теперь ты стараешься и глубже насадиться на пальчики... и глубже трахнуть меня в рот... Ритм то ускоряется... то замедляется... | | |
| |
|
| |
| | Мама отбрасывает волосы, короткое каре, вздергивая голову. Ее грудь, не стесненная бюстгалтером, подпрыгивает под тонкой тканью. Мне отчетливо видны вставшие соски и моему перчику это почему-то очень, очень приятно. Я хочу его погладить, но понимаю, даже сквозь сон, что нарушу волшебство этих утренних часов и терплю. Мой взгляд скользит по маминой фигуре, от тонкой шеи, что кажется такой изящной под гривой русых волос, до места, где задравшаяся ночнушка почти показала мне ее попу, и я почти не слушаю, о чем она говорит. - Григорий Иваныч, если деньги срочно отдать надо - я на работе займу и в обед могу зайти, отдать вам - льется мамин голосок - Хорошо, тогда к часу заходите, я забегу. Я снова засыпаю, времени еще навалом. | | |
| |
|
Рассказ №24066
|
