 |
| |
| | Он с большим трудом сдержался от того, чтобы не наброситься, на этот полуживой кусок плоти и измять, избить и изнасиловать его. С глубоким вздохом, мужчина откинулся на подушку, и глубоко затянувшись сигаретой, выпустил дым в потолок. Немного успокоившись, он стал думать, что ему делать дальше. Назад ему дороги уже нет. Даже если он освободит мать, она ему этого не простит, а то и заявит на него в милицию. Ну что ж, тогда у него нет другого выхода, как только продолжать игру и довести то, что он начал до логического конца, то есть, сделать из своей матери, свою, покорную рабыню. | | |
| |
|
| |
| | Глядя, как кончает пленница, я аж обзавидывалась. Надо было позаботиться и о себе. Я взяла двойной страпон, один конец вставила пленнице, другой в себя и начала прыгать. На этот раз оргазм накрыл нас одновременно. Отдышавшись, я снова одела страпон и на сей раз вошла в её попку. Сначала девушка стонала от боли, ругалась матом, называла меня садисткой и эсесовкой, а потом боль сменилась удовольствием и она требовала не прекращать и продолжать. Несколько оргазмов один другого сильнее сотрясли её. Пока она плавала в океане блаженства, я поставила её на четвереньки, закрепив руки и ноги. Немного отдохнув, я опять начала её сношать на этот раз и писю, и в попу. На этот раз оргазм был такой сильный, что она точно бы свалилась с саркофага на пол, не привяжи я её. | | |
| |
|
| |
| | Пожилого Геннадия Прокофьевича последние два года очень сильно мучал геморрой. Боль была ужасная, он не мог нармально сходить в туалет. У Геннадия Прокофьевича была уже последняя стадия, и когда он ходил в туалет, геморроедальные узлы вываливались на ружу с мезким звуком, и Геннадию Прокофьевичу приходилось звать свою жену, чтобы всунуть их обратно. | | |
| |
|
| |
| | Соня появилась будто из ниоткуда. Просто оказалась рядом, взяла Ольгу за руку и, приложив палец к губам, быстрым шагом увела ее в парк, мимо сцены. На Соне были туфельки на каблуках, чулки, юбка, едва прикрывающая промежность, и ярко-красный топ. Волосы справа Соня стянула в торчащий хвост, а слева оставила распущенными, на лице красовалась яркая, броская косметика. В общем, от собравшейся молодежи она отличалась только тем, что была лет на пять постарше, да и это не особо бросалось в глаза. | | |
| |
|
Рассказ №25299
|
