Рассказ №16722 (страница 2)

     - Ну что же, теперь самое важное. Ты вела себя плохо, не слушалась, поэтому получишь не только за невыполненное задание, но и за непослушание. Ясно?
     - Да...
     - Обопрись локтями о стол, ноги раздвинь.
     Она исполнила. Поза для порки была идеальной, плюс я мог видеть ее киску. Я заметил, что она не намокла, наказание не возбуждало Аню. Но это было и хорошо, ведь моей главной целью было воспитание.
     - Запомни, ты не должна шевелиться и кричать. Позу не менять. Стоять молча. За каждое нарушение добавлю ударов. Пока что ты заслужила двадцать.
     - Хорошо.
     Аня явно решила быть сильной и снести наказание твердо. Ее тело было настолько белым, девственно чистым и невинным, что мне хотелось избить ее очень жестко. Но я понимал, что перегибать палку не следует. Воспитывать Аню нужно было постепенно. Я замахнулся и ударил. Аня вздрогнула, на попе осталась красная полоса. Девушка не проронила ни слова, лишь слегка подвинула руку. Второй удар. Аня пискнула, но не шевельнулась. Похоже, у нее был высокий болевой порог. Я начал бить медленно и ритмично, увеличивая силу ударов. Аня стояла твердо, лишь слегка дергалась. Так я нанес десять ударов. Обошел стол и посмотрел девушке в лицо. Слез не было, взгляд твердый. Она сказала:
     - Я сильная. Бей. Я больше никогда при тебе не заплачу.
     - Играешь в героиню?
     - Нет. Я виновата и я заслужила наказание. Я сама на это пошла. И я выдержу. Это ужасно больно и унизительно, но я выдержу. Меня никто так никогда не унижал. Я больше никогда не дам тебе повода такое со мной сделать.
     - Тебе не больно.
     - Откуда ты знаешь?
     - Знаю. Думаешь ты первая, кого я стегаю? Вот сейчас тебе будет больно.
     И я начал пороть ее в полную силу с оттяжкой. На пятом ударе она завизжала, и упала на стол. Я поставил ее в прежнюю позу и ни говоря ни слова, продолжил пороть. Звонкие удары ремня оглашали офис. Аня опять плакала, но на этот раз пыталась сдерживаться, слезы текли по щекам и падали на стол. Двадцатый удар я нанес сильно по уже поротому месту, и Аня опять закричала.
     - Прошу хватит... Я все поняла...
     - Ты кричала и меняла позу, поэтому получишь еще десять ударов.
     - Слишком жестоко!
     - Ты только что говорила, что готова выдержать наказание.
     - И выдержу. Бей.
     Мне нравилась амбициозность Ани. В ней были задатки превосходной нижней, но я не отступал от своих целей. Я знал, что главное наказание для девушки не боль, а стыд. Поэтому я приказал ей встать ко мне лицом. Она повиновалась.
     - Руки за голову.
     - Опять будешь меня рассматривать?
     - Нет, буду бить тебя по бедрам.
     И сразу ударил по бедру спереди. Аня завизжала, но тут же прервала крик. Следующие удары она выдержала стойко, хотя было видно, что ей очень больно. За крик я добавил всего два удара. После чего отложил ремень.
     Аня продолжала стоять обнаженная, с руками за головой. На коже спереди и сзади проступали следы. По щекам текли слезы. Я догадывался, что последует за этим, и не ошибся. Аня упала на колени, обхватила мои ноги и прошептала:
     - Спасибо тебе, мой хозяин. Мне никогда раньше не было так хорошо. Прошу тебя, воспитывай меня дальше, делай из меня профессионала, я сделаю все что ты скажешь.
     - Хорошо. Теперь порка будет за каждое невыполненное задание. Но помни, это - твое воспитание. Ты не получишь секса и никогда не увидишь мой член. Ясно?
     - Да...
     - Одевайся и идем домой.
     После этой порки Аня выполняла свои обязанности почти идеально. Она стала следить за собой, не позволяла отвлекать себя, и я почти не порол ее. Провинности случались где-то раз в одну-две недели, и Аня получала свою порку ремнем или стеком. Она даже стала лучше одеваться, выглядеть красивее. Воспитание явно шло ей на пользу. После каждого наказания она стояла на коленях и просила прощения, это была скорее ее инициатива. По ее словам, ей так было проще пережить наказание и понять, что она виновата. Аня вообще была очень интересна с психологической точки зрения.
     Мое воспитание вышло за рамки офисной жизни Ани, я запретил ей пить. Аня пить не умела, на прошлом корпоративе ее пришлось доставлять домой. В этот раз я запретил своей подчиненной прикасаться к алкоголю, но что-то мне подсказывало, что она нарушит запрет.
     Очередной корпоратив проходил в дорогом ресторане. Не буду описывать подробности, скажу только, что Аня не сдержалась и напилась. На следующий день она на работу не явилась, когда же она пришла, то старалась избегать меня. Но я сам подошел к ней и вызвал на разговор.
     - Ты убьешь меня, да?
     - Нет, зачем же. Но обычной поркой ты не отделаешься. Почему ты напилась?
     - Я не справилась с собой. Знаешь... Наказания действуют только в офисе. Вне офиса я расслабляюсь.
     - Ты же вроде английским занималась.
     - Я плохо занимаюсь...
     - Т. е. тебя надо воспитывать и вне офиса?
     - Наверно да...
     - Знаешь, ты стала правда лучше работать. Это видно. Но видимо, крепкая рука нужна тебе и в твоей обычной жизни. После работы задержись.
     Я знал, что на Аню сильнее всего действовал страх того, что ее наказание кто-то увидит. Поэтому после работы я вывел ее в офисный двор, где было уже очень пустынно. В руке моей были заранее подготовленные тонкие розги.
     - Вставай к стене и снимай штаны и трусы до колен.
     - Нет, здесь люди.
     - Аня, делай что тебе говорят.
     Аня знала, что спорить нельзя. Регулярные наказания приучили ее к этому. Она уже давно не плакала во время наказаний, терпела все молча и стоически. Девушка медленно подошла к стене и очень аккуратно приспустила джинсы и трусы. Попа была едва видна. Я не стал медлить и резко спустил штанишки и трусы до колен. Аня напряглась. Я отошел.
     - Закрой меня! Не отходи!
     - Ну зачем же? Пусть все видят, что девушку наказывают за пьянку.
     - Умоляю... Она прикрыла попу рукой, но я ударил ее розгой по пальцам. Она вскрикнула и убрала руки. Я начал стегать ее по белой коже, не жалея сил. Аня кричала. Она забыла, что стоит во дворе, забыла, что ее могут услышать. Она просто кричала от дикой боли и извивалась у стены, но ей все же хватало сил не закрывать попу. Я продолжал пороть, сдирая кожу.
     Девушка согнулась, задергалась, начала рыдать. Она уже не орала в голос, а просто плакала и терпела. Я не останавливался. Аня уперлась руками в стену и плакала, стараясь не менять позу. Она знала, как я этого не люблю. А я понимал, что ее провинность отличный повод наказать ее по-настоящему серьезно. Я стал спускаться ниже, покрывая ее бедра ровными полосками. Видимо, она не ожидала этого, потому что опять начались крики. Наконец я прекратил, сказав Ане не менять позу. Я заставил ее простоять полусогнутой несколько минут, после чего велел надеть штаны и идти домой не оглядываясь. Я даже не дал ей попросить прощения на коленях. Для нее это был серьезный урок.
     На следующий день Аня попросила меня отойти с ней. Она посмотрела мне в глаза, а потом сказала:
     - Спасибо тебе.
     - За что?
     - Ты... Меняешь меня к лучшему. Я больше никогда не прикоснусь к алкоголю. Просто потому, что... Это было не просто больно. Это было...
     - Я понимаю. Надеюсь, ты усвоила урок.
     - Усвоила. Наказывай меня чаще. Я вот английский плохо учу...
     - Об английском мы поговорим за обедом.
     И мы вернулись в офис.
     
     С уважением,
     Диксер.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также в данной категории: