 |
| |
| | Я очень хорошо видел, как из той маленькой дырочки, которую я только что с таким упоением целовал, бьет ручеек, раскрывая и оттопыривая ее миниатюрные стеночки. Катя долго ждала этого момента и просто кайфовала, оттого что он, наконец-то, наступил. И еще ей очень нравилось быть сейчас такой откровенной, так открыто писая при мне. Я взял руками ее за икры, склонил голову и начал целовать ее бедра сверху, постепенно перебираясь к их внутренним сторонам. Катя немного смутилась и попыталась сдвинуть ноги, но мои плечи, которые находились между ними, не дали ей такой возможности, и она быстро поняла, что это ее желание было неуместным. Ее ручеек журчал в нескольких сантиметрах от меня, а я целовал ее ножки совсем близко к его источнику и ощущал лицом колебания воздуха, вызванные его напором. Несколько маленьких теплых капель попали мне на щеку. Я практически лежал на ней своим торсом и обнимал ее руками за бедра и талию. Я так уютно чувствовал себя, что мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось, и я с радостью вспоминал то большое количество воды и разных напитков, которые были выпиты нами накануне. Катина струйка текла с бодрым журчанием все с той же силой. Я еще приблизился к ней и поцеловал ее живот. Мне даже казалась, что я чувствовал, как внутри нее берет начало этот гейзер, и я стал целовать ее гладенький животик еще более сильно и упоительно. Катя издала легкий стон.... Я медленно спустился губами к ее лобку, а потом кончиком языка прижался и легкими движениями начал ласкать клитор. Катя громко застонала. Никогда раньше ей - писающей девочке - не ласкали в этот момент клитор языком! Она на мгновенье замерла, и я почувствовал, что она еще сильнее раскрылась передо мной, желая моих ласк. Горячая струя текла из нее ровно и лишь изредка какая-то дерзкая капелька отскакивала и попадала на меня. Я сильнее впился губами в ее клитор и был просто без ума от всего происходящего. Катя писала прямо из под моих губ, а я в это время страстно лизал ей клитор. Ее напряжение стало стремительно возрастать, и она заерзала на сиденье унитаза, стараясь сильнее подставляться под мои ласки. Я лизал ее там не отрываясь. И тут она разразилась оргазмом, который заставил золотой ручеек выписывать вензеля по всему периметру унитаза. Досталось немного и мне. | | |
| |
|
| |
| | Член находится в полувозбужденном состоянии прямо перед моим лицом. Нежно беру его рукой у основания и чуть сжимаю. Реакция моментальна. Смотрю снизу вверх, облизываю губки, а в глазах уже все плывет. Медленно приближаюсь губами к Члену, чтобы ощутить его аромат. Мужчина молодец, совершенно не отвлекает от моей игры в получение удовольствия. Ведь здесь удовольствие получать буду я. Высовываю язычок и чуть касаюсь кончика головки, в то место, где уже выступила смазка. Член как будто просыпается - рвется мне в лицо. Но для начала попробую на вкус кту маленькую капельку. Ммммм... Чуть соленоватый привкус, размазываю язычком по губкам. Ну что же, Лала, пора приступить к десерту. Смыкаю губки на головке, чуть ощутимо и слегка провожу язычком. Только легкие касания вначале. Пусть потомится. Все это время моя рука находится на Члене. | | |
| |
|
| |
| | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . | | |
| |
|
| |
| | Он дал Марату - подставил Марату зад, и теперь Марат... теперь этот парень даст ему - точно так же ляжет на спину, разведёт, раздвинет свои ноги, поднимет их вверх, и Артём... "педик" - мелькнула у Артёма короткая мысль, но теперь эта мысль его, Артёма, ничуть не смутила, ни капли не испугала, как будто то, что слово это означало, было одно, а то, что сейчас в этой комнате происходило, было совсем другое... странное у него, у Артёма, было состояние: ему нужно было б сейчас испытывать стыд, или смятение, или отчаяние, или ещё что-нибудь из этой же области, а он... он, глядя на Марата, испытывал совершенно внятное, конкретное, вполне осознаваемое желание, - болью прерванное, но никуда не девшееся, не исчезнувшее желание полыхало в теле Артёма с новой силой!"Педик", "не педик" - это были слова, всего лишь слова, и эти слова над нам, над Артёмом, сейчас не имели никакой власти... | | |
| |
|
Рассказ №8560
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Воскресенье, 15/07/2007
Прочитано раз: 125792 (за неделю: 71)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "Наряжали Шурика втроем. На него надели панталончики, все тот же лифчик со вставками, чулки с резинками, юбку, теперь уже не мини из-за панталон, блузку, туфли. Лара и Женя сделали ему макияж и надели парик. Макс восхитился:..."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
День был жаркий. Отдел продаж чего-то-там выехал на очередной корпоративный пикник, после которого, как правило, хотелось взять два-три отгула. Расположились на берегу водохранилища, вначале искупались, хотя и не все, быстренько разложили закуску и, откупорив бутылки, налили по первой. Выпили за приезд в этот райский уголок. Шурик отошел от "стола", взял сигареты из кармана брюк и стал возвращаться к остальным. Лара сидела спиной к нему, джинсы ее почему-то съехали вниз, взору Шурика открылся самый верх аппетитной женской попки. Виднелся самый верх "ущелья", где начинались две "булочки". На пояснице Лары была татуировка - орел, который теперь распростер свои крылья над началом расщелины, делившей пополам начинающий полнеть (то ли от возраста, то ли от хорошего питания) нежный зад. Орел хотел анал расклевать, что ли?"Что это у Ларки так попа оголилась?" - подумал Шурик. Он сел рядом с женщиной, оказалось, что спереди джинсы у нее были слегка расстегнуты, то есть и спереди, и сзади тело из джинсов рвалось на волю. Кнопка и молния на джинсах разошлись настолько, что Шурик увидел бархатный животик и курчавые волоски на лобке Лары. Он наклонился к ее уху и спросил:
- Ты что, без трусиков?
Лара слегка покраснела и кивнула. Шурик почувствовал, как его дружок напрягся. Он шепнул женщине:
- Тогда ты моя. Вот если б ты была в трусах, тогда еще можно было бы сомневаться, а уж без трусов просто необходимо тебя взять. Пойдем, прогуляемся.
- Я не против, пойду в кусты, сниму джинсы и надену плавки, чтобы мы смогли уйти от всех.
- Да идем так, я только джинсы с тебя в лесочке сниму, или до коленок спущу и:
- Нет, я джинсы не хочу пачкать, а плавок у меня пара с собой.
- Тогда я пока искупаюсь.
Народ уже выпил по второй, по третьей, все оживились, загалдели, запели, зарезвились, заигрывая друг с другом. Шурик искупался, Лара в плавках-стрингах стояла у березы и поворачивалась то в сторону воды, то в сторону леса, хитро демонстрируя свои прелести, ее роскошная попка нагло "съела" трусики сзади, а спереди лобок был только чуть-чуть прикрыт, даже курчавились волоски по обе стороны полоски материи.
- Иди ко мне, Шурик, я люблю мокрых.
Шурик обнял ее, прижавшись, его достоинству вновь стало тесно в плавках. Женщина шепнула мечтательно:
- Толстый:
- Что?
- Я знаю, что тебя Толстым дразнят, но сейчас не о тебе говорю, а о нем.
Лара скосила глаза вниз.
- Толстый и длинный:
Она, обнимаясь с Шуриком, ладонью поводила по его члену. Плавки неприлично оттопырились. Лара пальцами прихватила сосок полноватой груди мужчины и потеребила его.
- Что ты делаешь? Пошли в лес.
- Пошли.
Все проводили парочку взглядами, но комментировать их уход не стали. Лара и Шурик нашли небольшой "пятачок", окруженный со всех сторон деревьями. Похоже, что место это, слава богу, использовали не как туалет, а как место имения кого-то кем-то. Трава была везде сильно примята. Шурик нетерпеливыми руками сдвинул чашечки бюстгальтера вверх и стянул с женщины трусики до колен. Одной рукой он ласкал грудь Лары, слегка зажимая меж пальцев соски, другая рука по-хозяйски орудовала между ног партнерши. Лара "потекла", она стонала, выгибаясь в руках мужчины. Шурик на несколько секунд отпустил ее, сдвинул свои плавки вниз и положил руку Лары на свое хозяйство. Он опять обнял партнершу, кисть его правой руки вновь оказалась между горячих бедер женщины. Шурик начал по очереди лизать и сосать сосочки Лары. Она, тяжело дыша, оторвала его от этого занятия, ввела свой указательный палец в рот Шурика и стала делать пальчиком возвратно-поступательные движения, "сношать" парня в рот. Другая ее рука была занята выросшим и окрепшим членом мужчины. Так они некоторое время занимались безопасным сексом. Наконец, Шурик снял с партнерши стринги, поставил ее рачком и овладел сзади; они финишировали вместе.
- Хорошо! Сейчас бы подремать, понежиться опосля энтого дела:
- Шурик, поехали ко мне домой, там понежишься.
- А коллектив?
- Обойдется без нас!
- А муж?
- Так он художник. А эти художники, они такие развратные! Он сам меня к свингерству и всякой разной групповухе склоняет. И он сейчас на пленэре.
- Красивое слово.
- Да уж! На самом деле, он, наверняка, как ты меня сейчас, кого-то на природе натягивает.
- Уговорила. Тогда поехали.
Теперь никто уже и внимания не обратил, как они ушли.
У Лары дома действительно никого не было. Любовники приняли душ по очереди. Лара разлеглась на диване, широко раздвинула бедра и поманила пальцем Шурика. Левой рукой она указала ему место для поцелуев и других изысканных нежностей, а правой ласково направила его голову в это самое место, так, что его рот угодил прямо в нежную щель. После душа тело женщины было необыкновенно ароматным, и партнер с наслаждением целовал и лизал ее истекающий нектаром "цветок". Шурик так увлекся, что погружался в недра ртом и носом, да так, что несколько раз захлебывался, потому что его партнерша обильно текла и стискивала от удовольствия голову мужчины своими широкими бедрами. Но вот Лара забилась в оргазме, почти совсем сомкнув сильные ноги. Шурик уже начал задыхаться, когда она разжала свою хватку. Мужчина отдышался, тогда Лара уложила его на спину, припала ртом к достоинству кавалера и заработала губами и язычком. Восстановив гордый стойкий вид "дружка" Шурика, Лара устроилась на краю кровати рачком. Шурик встал на пол и пристроился к подружке. Нежные губы Лариной киски хлюпали и позволяли Шурику размашисто двигаться внутри. После нескольких минут "скачки" женщина застонала и забилась в оргазме. Шурик возбудился от этого, и тут же "догнал" подругу. Лара прошептала:
- Это была поза "Школьница".
- Почему школьница?
- Наверно, чтобы девочка не успела одуматься, ей задирают юбку, спускают трусики, ставят на край кровати раком, чтобы телка была в неустойчивом положении, хватают руками за талию и е. . т. По-быстрому, чтоб без лишних колебаний. А девчушка - школьница за кровать хватается, чтобы с края не сорваться.
- Понятно. Богатая фантазия. Можно сказать проще: девушка стоит на краю кровати раком, мужчина стоит на полу сзади нее.
- Первый вариант, мой, романтичнее.
- Ага, романтично школьницу я отодрал.
- Хулиган! Ты подремать не хочешь?
- Хочу, только вначале в туалет схожу. Что-то переел я сегодня. Извини за подробности.
Когда Шурик вышел из туалета, Лара сказала:
- Хорошо, что опорожнился.
- Почему?
- Потом узнаешь. Вообще, многие для очистки ЖКТ клизмами пользуются.
- Для очистки чего?
- ЖКТ. Желудочно-кишечного тракта.
- А-а-а. А ты не можешь мне клизму сделать? Поиграем в доктора. Вернее, в медсестру. Всегда хотел, чтобы прелестная медсестра мне клизму сделала.
- Подхалим. Сделаю с удовольствием.
Лара действительно с удовольствием провела клизменную процедуру, потом с не меньшим удовольствием сама подмыла Шурика.
- Ну, а теперь спать. Ложись, а я рядышком.
Сладкий сон сморил Шурика почти что сразу.
: : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : : ... .
Он проснулся оттого, что почувствовал сладкую истому. Шурик понял, что лежит на спине, а чьи-то нахальные языки, губы, пальцы работают в разных местах его тела. Его член обрабатывали чьи-то горячие губы и язык, чей-то палец нагло массировал звездочку его ануса, левый сосок посасывали, а правый - мягко ласкали рукой. "Это что-то много народу на меня одного навалилось", - подумал Шурик, не открывая глаза. Женщины, ласкающие мужские прелести (один голос принадлежал Ларе) , переговаривались. Стало ясно, что обрабатывающих тело мужчины не много, а всего две. При разговоре чужие губы и языки отрывались от сладостей Шурика, зато руки начинали сновать с удвоенной силой.
- Смотри, какая у него попа толстенькая. И ляжки прямо как у женщины.
- Ой, а грудки почти как у тебя, третий номер. И соски крупные.
- Недаром его Толстым дразнят.
- Ну и пусть мужик раскормленный. А что толку от "качков"? У меня был один такой. Бицепсы - сталь, икры и бедра железные, брюшной пресс - бетон, а чуть ниже пресса - стручок. Бьешься- бьешься над стручком, а толку - чуть. А у Шурки самая главная мышца от природы дана. Вон - живот и лобок толстенькие, жирненькие, а проведи несколько раз рукой по стволу. Вот она где, сталь!
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 72%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 78%)
|
