 |
| |
| | Я спокойно пустил струю и педантично описал весь куст: сперва верхние листочки, потом средние, потом нижние, а потом снова верхние. Но Марина действительно меня удивила. Почти одновременно со мной она пустила струю вперёд, примерно так же, как и я. Именно вперёд, а не вниз, как я боялся. Ни одной капли не попало не только на джинсы, но даже и на кроссовки. Но если моя струйка была кругленькой, тонкой и концентрированной, то её оказалась очень широкой и плоской. И, как она ни старалась, ни одной капли не попало на листочки, они не долетели буквально нескольких сантиметров. Я уже заканчивал, вытряхивая последние капли, а Марина всё ещё писала, покраснев от напряжения. Закончив, она тоже вытряхнула свои капельки, до упора выпятив животик, и в трусики ничего не попало. | | |
| |
|
| |
| | Я струйкой ветерка касаюсь губ полуоткрытых,
| | |
| |
|
| |
| | Сила текла и текла сквозь мое израненное тело, подчиняясь последнему, отчаянному усилию воли. Монстр выл, корчился, выплевывал заклинания, пытаясь хоть так избавиться от излишков силы, разорвать губительную связь, но все было бесполезно. С тем же успехом он мог вычерпывать прибывающую воду горстями, и развязка не заставила себя ждать. Монстр окутался сияющим коконом, крики потонули в нарастающем гуле, земля содрогнулась и пошла глубокими трещинами, остатки фонтана вместе с бортиком смялись и провалились в глубокую воронку, а затем раздался легкий, нежный, тихий хлопок, сияние сжалось до слепящей точки, брызнуло лучами и исчезло. В воздухе закружились хлопья копоти. | | |
| |
|
| |
| | Я увидела темный член ее мальчика, головку его члена, которую Яна так вожделенно лизала. Али поцеловал меня в засос. Я ему ответила тем же. Он стал мять мою грудь. Я сняла с себя майку и он стал сосать мои соски, я же целовала его кучерявую голову. Он снял свою футболку и стал стягивать с меня мою короткую юбку и трусики. Снявши это он начал вылизывать мою киску, периодически проникая языком во влагалище. Было супер. Я стянула с него его джинсы и его трусы. Моему виду предстал огромный член, коричневого цвета с розовой головкой и большими яйцами и с обильной зарослью черных волос на них и на лобку. Я взяла у него в рот. Головка члена была огромна, и сосать ее было не удобно,( хотя у мальчика Яны был примерно такой же член, но она заглатывала его головку полностью и по столбу члена двигалась вниз к яйцам.) но вскоре он кончил мне в рот, я с трудом успевала заглатывать его вязкую сперму, которая лилась как из ведра. Я встала, налила себе вина. В это время парень Яны начал кончать ей на лицо. Яна с хохотом стала вытирать салфеткой лицо, а он поливал спермой ее глаза, ее нос. Тушь у нее потекла, она заматерившись стала вытирать глаза, а он тем временем лизал ее вспотевшие волосики подмышек. | | |
| |
|
Рассказ №11671 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 19/05/2010
Прочитано раз: 28148 (за неделю: 12)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Но я действительно оставался на полустанке. Там со мной были мой Петя, мои дети. Я не хотел их бросать и улетать куда-то вперед, в светлое компьютерное будущее...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Ее отца Юру Кима мы знали только по фотографиям. Это был сухощавый мужчина лет 40, у которого в Южно-Сахалинске жила своя семья - жена и двое детей. Он с той женой тоже развелся. Была у нас и одна фотография той семьи - возле дома-развалюхи стояла некрасивая женщина в сапогах с двумя подростками. В кого уродилась неземной красавицей Марина Ким, для нас так и осталось загадкой. Видимо, кто-то из ее корейских предков все-таки относился к царской династии.
Когда же Юля еще только принимала решение оставить девочку у меня, я ей мягко сказал:
- Юля, девочке нужна материнская забота.
- Бог мой, - с раздражением ответила Юля, - материнская забота, материнская забота! Я оставляю ее, между прочим, не на улице, а своим родителям!
- Но они - твои родители, - возразил я, - у Марины же должны быть свои родители.
- Бабушка и дедушка - тоже родители.
Юля была растеряна тем, что я вмешиваюсь в ее личную жизнь. И расстроена.
- В конце концов, я хочу, чтобы моя дочь росла с братьями! Чтобы она знала, что у нее есть братья! Они будут за нее заступаться! Они все должны знать друг друга! Я, конечно, могу взять ее в Токио, но придется нанимать няню, она будет расти в чужих руках: Тут - все свои! Тут русский язык! Английский от нее не уйдет!
Так Марина осталась с нами. Зиму мы с ней прожили все-таки в Синеглазке. Там было хотя бы место для третьей кроватки. Потом время от времени переезжали на чердак завода. Но следующие зимы проводили опять в Синеглазке. С газом и водой там было можно жить. Валентине Даниловне уже было не нужно привозить стираные и отглаженные пеленки. Все это мы с Петей и с ребятами делали сами дома. И до школы было рукой подать: вышли со двора и на другой стороне улицы - школа.
К тому времени у нас уже были машины: Юля поставила нам по "Нисану". У Пети был синий, у меня серый.
Связь между всеми нами стала гораздо проще.
В то время подержанные японские машины заполнили весь Дальний Восток - наша семья была, конечно, из первых, у кого появились такие машины. Они казались вечными. И действительно, мой "Нисан" со мной до сих пор. Он выдерживает бездорожье, проходит через Петропавловские снежные заносы. Мне с ним ничего не страшно. Благодаря нему я не оставил работу на заводе: на "Нисане" мне до завода от Синеглазки десять минут езды. А на автобусе эта же дорога занимает почти час.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 61%)
|
