 |
| |
| | Ладонью уже водил не я, а мои инстинкты, мой внутренний голос и не открывая глаз, я понял что уже совсем по другому она реагирует на все это: ее спинка стала горячей, я услышал что дыхание ее участилось, приоткрыв глаза я увидел румянец на ее щечках. | | |
| |
|
| |
| | Мне оставалось только верить. В голове было как в бреду. Я потушил лампу, но луна была яркая, и в блиндаже было достаточно светло. Сел у него между ног, пересилив свою брезгливость и свое самолюбие, взял головку в рот. Камил удовлетворенно, радый, что добился своего, подался мне навстречу. Держа член во рту, я заострил внимание на вкусе, ничего неприятного не было, и я начал ртом потихоньку подрачивать. Было уже ясно, что назад ходу не было, и чем лучше я это сделаю, тем быстрее это закончится, Я сосредоточился и начал стараться. Было видно, что Камилу это нравилось, он говорил, что у меня хорошо получается, но не кончал, видно растягивал удовольствие. Я уже увеличивал скорость, начали побаливать губы и челюсть, и вдруг прям в горло стрельнула горячая струя спермы. Я подавился, хотел прокашляться, но он держал мою голову пока не прошли конвульсии. Было видно, что он доволен, вытерся полотенцем. | | |
| |
|
| |
| | Я осторожно открыла коробку и стала по одной доставать картины. На всех них была изображена его бывшая. У окна, на диванчике, в каком-то парке, опять на диванчике, полулежа, на морском берегу... На пляже... Я вытаскивала очередную картину. Показался галечный пляж, а затем... Я замерла, рассматривая картину. На пустынном берегу возлежала женщина. И из одежды на ней была только шляпа с большими полями. Но не это меня поразило (что я, женщин голых не видела?) . Меня поразило то, с какой любовью и мастерством она была изображена. Рукой женщина прикрывала грудь, на другую слегка опиралась. Одна нога была чуть отставлена в сторону, открывая холмик волос на лобке и чуточку щель между половых губ... Но при этом картина не вызывала никаких похотливых чувств. Все было очень естественно... | | |
| |
|
| |
| | Я давно понял, что помешать ему ничем не могу. Я знал только одно, что должен выяснить, кто это! Как только боль отпустила настолько, что я мог думать о чем-то другом, я стал чутко прислушиваться к его дыханию, стонам, пытаясь уловить знакомые интонации. Все напрасно. И только в шепоте, сопровождавшем его заключительные судороги, мозг ясно выделил два слова... "мои грабли". Потом опять перед глазами появилась белая тряпка, и опять пахнуло хлороформом. И в уплывающем сознании застывала мысль, что "граблями" меня называли друзья в школе милиции за нескладную, худощавую фигуру... | | |
| |
|
Результаты поиска по рассказамВсего найдено: 0 рассказов
|
