 | | Этого оказалось достаточно, чтобы во мне включился тот самый механизм, который и позволяет мужчин считать себя мужчинами, тот, благодаря которому, все траектории движения мужчины приводят к точке, где находится женщина. Я присел на соседнее кресло, не забывая, что на мне только простынь. Теперь я мог смотреть на нее спокойно, не боясь попасть в плен. Мне показалось, что она опять напряглась по мере моего приближения. Но расстояние уже было сокращено, так что теперь требовалось только закрепиться на этом плацдарме. | | |
