 |
| |
| | Данило согласно кивнул и приблизились к внешнему углу помещения, потянул за едва заметную ручку. Раздвижная перегородка, до этого принятая мной за элемент декора, состоящая из четёх, метровых белых матовых стекол с заметным серебристым орнаментом на средних панелях, разложившись, вслед за рукой Данило, плотно изолировало наше помещение от остального зала, отсекая большую часть звуков. | | |
| |
|
| |
| | - тётя Зина наклонилась к моей матери и показывая глазами на меня, что-то зашептала ей на ухо. Та захихикала и одобрительно закивала головой. А я судя по взглядам подруг направленных на меня понял, что условием при котором тётя Зина купит импортные сапоги моей матери, станет член её сына. От того как я продеру эту рослую колхозницу и зависела покупка импортных зимних сапожек для мамы Нины. Хотя я был перед своей будущей тёщей в неоплатном долгу. Если бы не она, то я бы сейчас ходил весь в синяках после драки со слободскими парнями и мужиками. Но тётя Зина была всё время рядом со мной и валила на снег всех кто на меня нападал. И в итоге я отделался лишь разбитой губой и носом, но без фингалов под глазами как у моего папаши. Толяну здорово досталось в драке, ведь он один из первых кинулся во двор где Колян с друзьями били калиновских мужиков и на него напали толпой. | | |
| |
|
| |
| | слушай, а ты мне нравишься... определённо нравишься! ну, чего ты... чего ты опять задёргался? что - "опять рука"? да не лапаю я тебя, не щупаю! какой ты, однако, подозрительный... слу-у-шай, а давай приколемся - прикинемся, что мы эти... как их там... гомофобы... да-да, настоящие гомофобы! помнишь? - на остановке стояли двое влюблённых друг в друга парней... ну, так вот: давай их возненавидим! и - глядя на этих влюблённых, никого вокруг не замечающих, бесконечно счастливых мальчишек, мы будем презрительно хмыкать и смачно плевать в их сторону, всем своим видом демонстрируя глубочайшее свое презрение к "этим педикам", к "этим жалким извращенцам", и - уверенные в искренности своего неприятия, мы будем захлёбываться, словно блевотиной, молодой горячей злобой, мы будем нетерпеливо переступать с ноги на ногу, за неимением мозгов сжимая в свинцовые кулаки короткие толстые пальцы с обкусанными ногтями, - и вокруг, видя, как мы ненавидим "этих вонючих педиков", как мы презираем их всеми фибрами своих ничем не отягощённых душ, все будут считать нас - нас! именно нас! - Настоящими Парнями, и мы... мы сами будем тоже считать себя крутыми мачо, не ведая, что в этой неподдающейся рациональному объяснению ненависти-блевотине мы трусливо топим собственное смутное беспокойство и неосознаваемую нами зависть, чем-то отдаленно напоминающую детскую обиду, что эти двое упоённых друг другом мальчишек позволяют себе быть не такими, как мы... слушай, давай приколемся - прикинемся, что мы гомофобы... | | |
| |
|
| |
| | Высунутый язык аккуратно коснулся межягодичной ложбины. Еле уловимый вкус кожи не снижал мое впечатление от происходящего. Все во мне вразнобой кричало: "Я лижу жопу Юли Чичериной! Я лижу жопу Чичериной!!!". | | |
| |
|
Результаты поиска по рассказамАвтор: Геннадий
Всего найдено: 0 рассказов
|
