 |
| |
| | ... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя. | | |
| |
|
| |
| | Он грубо вытащил меня на середину помещения и начал трахать в рот еще интенсивнее. Другие повытаскивали свои члены из брюк и наблюдали, подрачивая свои хуища. Один из них, похотливо ухмыляясь, начал стягивать с меня джинсы, но его, однако, остановили: | | |
| |
|
| |
| | Да, Дима, ведь правда, я твоя девушка и мое тело должно принадлежать тебе. Дима сжал в руке одну Олину грудь. Ира тем временем продолжала гладить его член. Окруженный обнаженными женскими телами, Дима просто не верил, что это происходит с ним наяву. Его мысли прервал отец, обявив, что шашлык готов. Пусть твои женщины помогут мне накрыть на стол, сказала Оксана Диме. Он осторожно спустил Иру со стола и она вместе с дочерью пошла за Оксаной. Ирину грудь Дима развязывать не стал. Очень забавно смотрелось, когда Ирина носила тарелки, над которыми как-то по-детски гордо выпирали два шарика перевязанной Ириной груди. Оксана привязала к ним небольшую корзинку, в которую она сложила фрукты. И все-таки в маленьких сиськах есть свое преимущество, сказала она. Оксана слегка приподняла Ирину грудь кверху и отпустила, заставляя корзинку немного подпрыги вать, как на пружине. Нисколько не отвисает, даже с грузом, поразилась она. | | |
| |
|
| |
| | Он продал свою квартиру, взамен купил маленький дом на окраине города. Распродал мебель и оборудовал новое жилище мехом. Он сохранил остановившиеся старые часы. Он не снимал ошейника и пояса верности. Авель поклялся в верности своей Госпоже до конца дней своих. Всё дальше и дальше он отдалялся от людей. Всё более чужими казались ему друзья. Чуждой казалась человеческая жизнь. | | |
| |
|
Результаты поиска по рассказамАвтор: Кент
Всего найдено: 0 рассказов
|
