 |
| |
| | В тамбуре послышался шум, это Павел позвонил соседу и сосед открыл дверь тамбура. О чем-то они говорили минут пять. Соседская дверь захлопнулась. Раздался громкий стук в нашу дверь. Если звонки в дверь действовали угнетающе на всю нашу компанию, то стук в дверь показался совершенно зловещим. Я сидела на полу, прислонившись к стене. Марина опять легла на кровать, прогнав Генку. Генка тоже сидел на полу, молча. Сашка на полу лежал и, казалось, что спал. Стук опять прекратился. Сашка встрепенулся и подошел к двери, послушать, что там за дверью. Но видимо Павел услышал его шаги и опять начал бить в дверь. | | |
| |
|
| |
| | После возмущенной фразы Лёха расплывается обаятельной улыбкой. Его ничуть не портит коронка на переднем зубе! Монстр, блин: в хорошем смысле! Следом за улыбкой идет крученый удар в "девятку": | | |
| |
|
| |
| | И я смотрел не отрываясь, как бабулина рука все чаще двигалась в дыре, как ее движения становились все резче и порывистее, как изогнув руку и сложив все пальцы вставила в себя всю руку по самое запястье, затем вынула и вогнала снова, и снова, быстрее и глубже. Дырка как бы приспособилась к руке и уже не закрывалась, а только хлюпала и текла вязкими нитками жидкости. Взбитая резкими движениями жидкость превращалась в белый крем, как манжета покрывающий запястье руки и падала в воду крупными хлопьями. Каждый раз, когда рука вылетала из влагалища из писятельной дырки брызгало толстой отрывистой струей, попадая бабушке на руку и разбиваясь об нее на мелкие капельки покрывало все вокруг, иногда попадая и на меня. Это продолжалось долго и мне не хотелось, чтобы представление закончилось. Я чувствовал себя первооткрывателем волнующей мое сознание тайны, тайны о том, что все девочки, женщины и бабушки в мире тоже испытывают удовольствие, когда трогают себя внизу, значит я не один такой "неправильный". А ведь трогать свой писюн мне так нравилось и я не мог смириться с тем, что это плохо и делать так нельзя. | | |
| |
|
| |
| | Макс, "отстрелявшись" по второму разу - кончив "по второму кругу", рывком извлекает член из Андреевой задницы и, тяжело сопя, блестя капельками пота, тут же тянется за полотенцем; Андрей, опуская ноги, отодвигается в сторону - уступает Максу своё место на матрасе... Макс беспокоится: не стал ли он, Макс, "голубым", полтора года испытывая кайф от траха в зад? Но можно трахаться в зад и в рот - и "голубым" при этом не быть. А можно, в реале ни разу не испытав - не познав - сладость однополого секса, быть "голубым" однозначно. Дело не в сексе - дело в тех чувствах, которые парень либо испытывает, либо нет... секс - он и в Африке секс; а вот чувства... то, что испытывает в отношении Игоря он, Андрей, похоже только на одно - на самую настоящую, тщательно скрываемую, но от этого еще более сильную л ю б о в ь... и тогда сам собой возникает последний - самый главный! - вопрос... он, Андрей, час назад спросил у Максима: "А ты что - боишься стать голубым?" - он задал этот вопрос Максиму, а спрашивать об этом впору самого себя... | | |
| |
|
Результаты поиска по рассказамАвтор: РџРЎР‘
Всего найдено: 0 рассказов
|
