 |
| |
| | Я понял что пора уже удовлетворить свою маму. Я лег на маму так, что мой член оказался недалеко от промежности мамы. Я начал ласкать мамины титьки, они были такими мягкими и теплыми, ведь в них переливалось молочко, которое я когда то сосал. Я начал облизывать ее лицо, облизывал губы, совал язык в мамин рот, наши языки игрались друг с другом, наши рты были все в слюнях, я игрался с потвердевшими сосками мамы, и наконец, я перешел к самому интересному - я начал трогать и играться с маминой пиздой. О да, это было незабываемое чувство. На маминых половых губах не было волос, все было гладко и мокро, т. к мама уже лежала и стонала на полу, и даже ковер от ее соков стал мокрым. | | |
| |
|
| |
| | Я подбираюсь к трусикам и аккуратно стягиваю их. Теперь она может вздохнуть свободно, поскольку влажная трава под полотенцем стала доставлять некоторые неудобства. Я же продолжаю путешествие в этот раз уже снизу вверх. | | |
| |
|
| |
| | Когда сидели в привокзальной пивнухе, все совали мне бумажки с "союзными" адресами. Гена (!) тоже написал. Глянул я на его каракули: "Чмырь! Адрес-то дал НЕ ИХ С ГАЛИНОЙ! Вообще не тот город! Родителей своих, что ли? Гала как-то говорила адрес, только я его не записал - думал, успеется еще. Успел... А хоть бы и записал, то что? Писать ей письма? Зачем? Встретится мы, всё равно, не встретились бы. Чтобы и там достать мужа любовью к его жене?! Я ему и здесь крови попортил прилично. И как знать, может на всю оставшуюся... ". | | |
| |
|
| |
| | В решающий момент похищения кавказской пленницы, когда Юрий Никулин в сердцах похлопал ошеломительную вырывающуюся попу Натальи Варлей в обтягивающем спальном мешке, Вероника не вынесла и тихо напряжённо произнесла: "А родинка у неё всё-таки есть...". "Что-что?" , обернулся к ней Кирилл Алексеевич, и был поражён чрезвычайно серьёзным выражением её лица: "Что-то случилось, Ника? . . Какая... родинка? . . У кого?". "У Нины... Ланкиной... на груди..." , с прежней неприличествующей фильму серьёзностью объясняла Вероника терпеливо, "На левой...". "А!" , чуть успокоился ничего не понявший Кирилл Алексеевич, "Ну и что?". "Ну и то!" , Вероника в своей серьёзности показалась сама себе похожей на обиженную девочку и еле сдержалась, чтобы не прыснуть от смеха. Она нахмурила изо всех сил брови и чуть громче зашептала, внятно разграничивая слова: "В конце концов, Кирилл Алексеевич! Я, в конце концов, являюсь вашей непосредственной начальницей! | | |
| |
|
Результаты поиска по рассказамАвтор: Сергей Лозовец
Всего найдено: 0 рассказов
|
