 |
| |
| | Ксюха закрыла рот, покатала внутри сперму, затем всё проглотила. По горлу прошла волна, и изрядный глоток спермы очутился в желудке. Но этого было ей мало и, высунув очистившийся язык, Ксюша слизала острым кончиком с головки члена капельку, поймала её, чуть не упавшую вниз, в полёте, а затем плотно прижалась к шарику головки губами и высосала остатки семени из канала. После, умиротворённая, откинулась на спинку кресла и принялась размазывать остатки по всему лицу, превращая его в блестящую жемчужную маску. | | |
| |
|
| |
| | Извлекая член из Андреева зада, Никита пьяно рассмеялся: "Андрюха... где тряпка? Дай, бля, мне тряпку - я хуй вытру... это писец, Андрюха! Полный писец... " Андрей, подавая Никите салфетку, не сдержал улыбку - спросил, хотя ответ для него, для Андрея, и так был очевиден: "Что, Никита... понравилось? Ты этого хотел?" Хотя, как сказать... это было два разных вопроса: "понравилось" и "хотел э т о г о". И хотя Никита в самом начале хотел не э т о г о, а хотел трахаться с блондинкой или брюнеткой, то есть даже в качестве допустимого варианта никаким образом не предполагал голубого секса с Андреем, тем не менее он, Никита, был сексуально удовлетворён, а потому, не вдаваясь в уточнения, ч т о он х о т е л и ч т о п о л у ч и л, ответил с чувством полной уверенности - абсолютной удовлетворённости: "Ну, бля... наебался сегодня - аж хуй опух... классно, Андрюха... клёво... писец!" | | |
| |
|
| |
| | Она чувствовала лежа под ним, как его сильные руки лапают ее задницу, грудь, талию и все до чего могут дотянуться. Он ее беспрестанно целовал, они встречались сплетающимися языками. Его член, набрав темп, жестко и уверено наполнял ее раз за разом, игнорируя все преграды и принося ей неизгладимое удовольствие. Их тела терлись друг об друга, обменивались запахами и жизненной энергией. Ксюшке хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось, и чтобы это с ней происходило постоянно. | | |
| |
|
| |
| | Приняв горизонтальное положение, Олег Петрович приготовился расслабиться и погрузиться в сладостный сон, состоящий из одной сплошной уже известной нам картинки, как вдруг с радостным изумлением заметил, что его боевой товарищ вновь приобрёл несгибаемую твёрдость истинного коммуниста. Хряков замер, затем беспокойно заёрзал под одеялом, решая для себя непростой вопрос: что делать со своевольным паршивцем? И когда он уже собрался дезертировать в ванную к спасительному зеркалу, воспаленного бойца вдруг накрыла властная десница законной супруги, мадам Хряковой, в девечестве, напомним, комсомолки Пустодыровой. | | |
| |
|
Поиск рассказов
|
