 |
 |
 |  | Она встав с моего лица добрым нежным голосом сказала ну что ты всё уже позади, вылежи мне попку и полизай в ванную я тебя помою. Я просто что то съела несвежее наверное, в следущий раз тебе повезёт не переживай. Со слезами в глазах я слушал что говорила тётка от которой я и предположить не мог всего того что получилось. Вылизав её попку до чистоты я залез в ванну и только хотел включить воду как Лора сказала чтоб я лёг в ванную, сейчас я дам тебе кампотику а заодно и рот прополошишь. Она присела над моим лицом я открыл рот и получил порцию своего компота, его было так много что этот процесс был длительным. Она давала мне его порциями чтоб я мог успевать всё проглотить. Закончив меня поить она заставила меня облизать писю. Я был уже совершенно спокойный и мне хотелось ещё поцеловать везде. Выйдя из ванной она сказала мне, что теперь каждый раз после школы я буду приходить к ней домой делать то что было сегодня с сомной, а иногда она будет забирать меня с ночёвкой и я ещё многое узнаю. Она стала одевать трусы и увидела как я наблюдаю за ней. Ну иди поработай языком. Я лёг на пол открыл рот она села к комне лицом положив свою сладкую писю мне на язык. Соки потекли мне в рот и было очень радостно высасывать всё из под своей любимой тётки, а она постанывая от возбуждения иногда засовывала свой пальчик себе в писю позволяя мне его облизывать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Если бы сейчас в купе резвилась стая маленьких тигрят, девушка была бы менее поражена. Улыбка как то сама по себе сползла с её лица, а мозг стал отсчитывать на счетах будущие потери для кошелька. Но конечно, общим, было её состояние обозначенным одним словом - шок. И дело даже было не в том, что везде горели свечи, а на окне красовались неизвестно откуда взявшиеся шторы из вагона-ресторана. Вместо сложенного стола посередине, который (как казалось всегда Наташе) вообще не мог складываться, стоял настоящий слот - деревянный такой, накрытый накрахмаленной до белизны скатертью. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А тут у нас ещё и комедия получилась, только в интимно-эротическом смысле. Ближе к утру мы с Лидой выпили по кружке чудесного Цинандали" , она легла и уснула. А я вышел из землянки - отлить и перекурить, причём тихо и очень осторожно, ночью движение запрещено, так что нельзя попадаться патрулям, тем более герою полка и тем более герою постельных боёв! Закурив, я сразу вспомнил, какими завистливыми взглядами провожали все офицеры в столовой меня, когда после ужина Лидочка позвала: "Старший лейтенант Вольцев - на медицинские процедуры!" Эти самые "процедуры" все бы приняли бы с удовольствием, но: В основном их принимал наш любвеобильный комполка, причём по очереди у обеих медсестёр, естественно в своём небольшом личном домике. Ладно перекурил, повспоминал и возращаюсь обратно в землянку девушек и тут меня страстно обхватили такие сильные, горячие и дрожащие от нетерпения руки второй медсестры. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я обнял ее и поцеловал в ушко - она уже не сопротивлялась. Можно, конечно, называть меня мерзавцем и сволочью, но легкая дрожь ее бедер говорила, что ей мои действия отнюдь не противны. Моя рука поглаживала ее между ножек, про себя я отметил, что она слегка отставила свою попку, чтобы мне было удобнее. Мы приехали на ее этаж, она открыла дверь коридора и постаралась захлопнуть ее перед моим носом, но я успел ухватиться за ручку. После недолгой борьбы она сдалась и отпустила ее. |  |  |
| |
|
Рассказ №0080
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 12/06/2024
Прочитано раз: 32478 (за неделю: 4)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Аккуратно раз в месяц она возвращается, неизбежная и неизбывная, как зубная боль. Я знаю о ее возвращении, я чувствую и жду, со страхом, трепетом и вожделением.
..."
Страницы: [ 1 ]
Аккуратно раз в месяц она возвращается, неизбежная и неизбывная, как зубная боль. Я знаю о ее возвращении, я чувствую и жду, со страхом, трепетом и вожделением.
Странное чувство... Пугающее. У этой женщины совершенно мужское восприятие к предмету своего экстаза, то есть - меня.
Я подозреваю, что она давно и умело занимается мастурбацией, ежемесячно используя меня как предмет, должный завершить апофеоз ее онанистических фантазий.
Она всегда чуть нетрезва, в доказательство оного вытаскивает из пакета початую бутылку коньяка.
Две-три сигареты, по глотку из принесенной бутылки и немного охмелевшие, но уже возбужденные, мы готовимся к погружению в горячую ванну.
На мне из одежды только махровый халат и тапочки, но все это немедленно отправляется в угол. Она раздевается немного дольше. Костюм, колготки, трусики, лифчик... Ее шмотки аккуратно ложатся в углу поверх халата.
Мы едва помещаемся в узком пространстве, заполненном нашими телами и горячей пеной, усаживаясь напротив друг друга, в тесном и теплом переплетении ног.
Сначала мы просто наслаждаемся соприкосновением с друг другом. Это действительно замечательно, ощущать в переплетении рук, ног и горячих взглядов своей любовницы, которую уже знаешь, как самого себя.
Но уже через несколько минут этого ощущения начинает недоставать. Мы ласкаем друг друга, сближаясь, смыкая губы в нежных и почти невесомых поцелуях... Согласное дыхание учащается, губы становятся жестче, языки все требовательнее проникают друг в друга.
Моя плоть восстает сама по себе, всей своей наливающейся силой стремясь проникнуть в ее мокрую и жаждущую члена влагу...
Получается. Я коротким рывком преодолеваю влажную преграду, из ее уст вырывается один судорожный вздох... Готово.
Мы едины. Один организм страсти и похоти, воплощенного секса в самом сладком его понимании.
Сейчас мы живем, и существуем в этом организме, наслаждаясь малейшем волнением внутри его. Это может продолжаться вечно, но жадная человеческая природа и сюда вносит свои поправки - и ей, и мне снова недостает даже этих сладких в своей томной тягости движений... Ее горячая влага и влага пенного содержимого ванной убивают все возможные надежды на скорый и беспроблемный оргазм.
Исчерпав все запасы терпения, я встаю и разворачиваю ее спиной к себе, в просторечии - поза "раком". Ей всегда нравится трахаться этак, да и мне тоже. Но в ванне это, мягко говоря, неудобно. Но мы все же находим компромисс.
Она опирается руками о стену, ставя свою очаровательную ножку на край ванны. Я вхожу в нее как бы чуть снизу и немедленно набираю нешуточный темп.
Она постанывает, умело подмахивая задом мне навстречу, член внутри ее раздувается до невероятных размеров. Я ощущаю себя настоящей секс-машиной: я уверен, что внезапно не кончу и убежден, что смогу затрахать ее до смерти.
Через какое-то время она уже не просто стонет. Она громко орет от наслаждения, перемежая бессвязные вопли повторением моего имени, склоняя его во всех превосходных вариациях.
Я резко увеличиваю глубину и темп - она кончает. Кончает долго и всерьез, с глухим хрипом и непроизвольным спазмом в горячей тесноте...
Все, она кончила. Кончила классно и замечательно. Но я-то нет! Я вытаскиваю свой член на свет божий. Он огромен. Раздувшаяся багровая головка требует немедленного удовлетворения.
Она обессиленно опускается на колени. Ее возбуждение еще не сошло на нет и этим я и собираюсь воспользоваться, чтобы разрядить себя.
Мой член трепещет прямо у ее тонких губ. Отдаю должное ее опыту и чутью - она без просьб и подсказок знает что делать. Ее губы с готовностью охватывают головку.
Но она не слишком умеет это делать. Женщина должна быть создана для фелляции, в противном случае она быстро устает, у нее сводит челюсть и в итоге она перестает любить это чудесное занятие.
Я знаю это. И поэтому, когда она начинает терять интерес к прелестям моего члена, я перехватываю инициативу, начиная двигаться самостоятельно.
Вот теперь ей просто некуда деваться. Хочешь, не хочешь, но ее губам придется смириться с ролью лона любви, должного олицетворять природное и естественное вместилище моего члена.
Совсем немного, чуть-чуть и я чувствую нарастающее напряжение в низу живота. Мои движения становятся похожими на предсмертные конвульсии, я содрогаюсь, входя в ее горло до предела...
Взрыв! Самый сладкий и настоящий взрыв во всей Вселенной! Поток спермы стремительно заполняет ее рот, она почти захлебывается от массы липкой жидкости. Она делает непроизвольно-глотательное движение и большая часть моего семени попадает ей в желудок.
Я извлекаю свой все еще напряженный инструмент. Она смыкает онемевшие губы, сперма продолжает стекать из уголков ее рта, ей отчего-то стыдно и она краснеет...
Я опускаюсь к ней так же на колени, обнимаю ее, целую, шепча что-то невразумительное и ласковое...
Наши тела сливаются в одно нечто мягкое, погружаясь в уже остывшую воду, мы счастливо усталы и почти засыпаем...
Я никогда толком не успеваю увидеть, как она уходит. Где-то под утро она неслышно собирается, одевается, красится и почти невесомо нежно целует меня. Я начинаю просыпаться, но она уже закрывает дверь.
Остается только опять заснуть и думать, что вся эта ночь была только сон, сладкий сон... Возможно он повторится еще раз, через месяц, возможно...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|