 |
| |
| | Игорь ладонью схватил ее взади за шею, и пригнув к кровате, уткнул лицом в постель. Одной рукой держа еле стонущую Алису за шею, второй рукой зафиксировав взади ее запястья, Игорь в бешеном темпе драл ее в жопу. Почти полностью вытаскивая член, он его с силой вгонял снова до яиц. Узкая, неразработаная дырка сильно сдавливала его член, терлась стенками об каждый кусочек его члена. Сделав еще несколько глубоких фрикций, Игорь почувствовал что сейчас кончит. | | |
| |
|
| |
| | Но отдых Игоря и Вероники был коротким... очень скоро их тела снова предъявили права друг на друга. Но на сей раз они полностью разделись и, наконец, оказались на прохладной простыне, обнаженные, как Адам и Ева. Впервые Вероника ощущала на себе тяжесть мужского тела, и теперь она уже не стыдилась того, что мужские руки касаются самых сокровенных мест ее тела. Но теперь Игорь, раздвинув бедра девушки, действовал не только рукой... его великолепный и далеко не тонкий член касался обнаженной головкой то лобка девушки, то клитора и развернутых лепестков ее нижних губ, то нетронутого входа во влагалище. И каждый раз ему стоило больших усилий не ворваться туда одним резким движением, сокрушив последний оплот ее целомудрия, наплевав на благоразумие. Но все же природное благородство было сильнее желания. Вероника хотела его, но была не готова принять его полностью; ее влагалище открывалось его языку, охотно мирилось с двумя его пальцами, но три пальца уже заставили ее вскрикнуть от боли. Игорь понимал, что его член причинит ей сильную боль, а он не хотел теперь причинять ей боль. Тем более, что последствия такого свидания было бы гораздо труднее скрыть от наблюдательных родителей. | | |
| |
|
| |
| | Я лежу на животе, на кухонном столе, изящно прогнув спинку и задрав ножки, он привалился к шкафчику напротив, джинсы приспущены и прямо перед моим носом стоит, как штык его багровый член. А ничего себе! Ласкаю его рукой, потом мягко облизываю головку, на которой уже выступила капелька смазки, а потом дерзко и прямо беру его в рот и начинаю от всей души сосать. Клиент довольно и утробно похрюкивает. Но вот он созрел. Член совершенно задеревенел, от него исходит резкий специфически-мужской (или специфически-хуёвый) запах. Спускаю брюки моего повелителя окончательно и полуложусь, полусажусь на столе, гостеприимно расставив бёдра. И мой Буратино уже при ставил к моей заветной дверке свой золотой ключик. Заходи, милый, здравствуй! Он резко заходит. Член легко скользит по моей мокренькой щёлочке. После первых фрикций он задирает мои ножки себе на плечи и, держась за бёдра, резко и сильно трахает меня. Наслаждение растёт. Я с удовольствием подмахиваю. | | |
| |
|
| |
| | Хеймиш расстегнул застежку на поясе, потом развязал шнурок, удерживающий нижние юбки. Когда он стягивал их, Джеханна приподняла бедра. Панталон она не носила, так что осталась, в чем мать родила. Ей бы, конечно, хотелось предстать перед молодым человеком красавицей. Но живот у нее отвисал, форма бедер тоже оставляла желать лучшего, однако Хеймиш и так смотрел на нее во все глаза. | | |
| |
|
Рассказ №0281
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Вторник, 29/10/2024
Прочитано раз: 25281 (за неделю: 37)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Бегу от себя... Я боюсь. Боюсь своих чувств, желания все отдать ради тебя... Боюсь сказать тебе что-то очень важное. Обидеть тебя своими словами...."
Страницы: [ 1 ]
Я бегу... Бегу от тебя... Бегу от твоих прекрасных глаз, от твоей чистой души... Я бегу... Бегу, чтобы не восхищаться твоим чудным голосом, раскрепощенностью. Бегу...
Бегу от себя... Я боюсь. Боюсь своих чувств, желания все отдать ради тебя... Боюсь сказать тебе что-то очень важное. Обидеть тебя своими словами.
Бегу. Я просто бегу от людей, мира. Я бегу о всего. Не подумай, что я струсила или убегаю от тебя. Что ты! Я просто бегу. Это не трусливость- это осторожность.
Ты как-то сказала, что эйфория пройдет через недельку. И ты возьмешься за меня. Я подожду. Подожду, когда пройдет... Эйфория... Что же останется? Нет, малыш, я не буду торопиться. Я подожду. Еще и еще. Снова и снова. Через огонь и воду я уже прошла. Осталось самое тяжелое - медные трубы. Я просто подожду. Я смогу остановить тебя, если это будет необходимо. Эйфория... Наркотик... Выброс гормонов... Неизвестно откуда взявшиеся и разом нахлынувшие чувства. Ты хочешь летать. Делать то, чего не делал никогда раньше.. Ты еще совсем ребенок.
Это можно научиться контролировать. Это можно заставить ждать. Можно выплеснуть, когда ты! ты! этого захочешь. Этому можно сопротивляться... Это можно не пускать внутрь. Но этим можно и наслаждаться. Можно... если ты захочешь... Можно делать все...
Эйфория... По-моему, это то, что люди назвали любовью. Она пройдет?
Не торопись. Не делай мне больно.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
