Рассказ №0794 (страница 2)

     За ужином твои родители устроили мне настоящий допрос с пристрастием. Но меня шокировало ни это, а то, что ты не пытался меня защищать и даже смеялся над их колкостями в мой адрес. Ну их-то я могу понять - чужой человек в их доме с претензиями на их драгоценное чадо, а ты? Любимая женщина в твоем доме, полная нежности и страсти к тебе, мог бы хоть слово доброе обо мне им сказать, так нет же! Я это безусловно оценила и решила приглядеться к тебе повнимательнее. Дальше было хуже. Завтрак с тех пор мне, конечно, стали выделять, но я из возлюбленной постепенно стала превращаться в домработницу. Я гладила тебе рубашки, стирала носки твоему папаше, делала твоей мамане педикюр, потом ты завел себе сенбернара, которого я, невзирая на аллергию, должна была выгуливать, вычесывать, вымывать, выцеловывать. Ты любил эту чертову собаку больше чем меня. Я медленно, но верно начинала сходить с ума. Я запустила себя: перестала краситься, забросила термобигуди, дико поправилась. Я выучила на память сотню кулинарных книг и забыла, кто написал Фауста . Я перестала отличать Шекспира от Шопена, а Станиславского от Жериновского, но зато наверняка знала, что Кончита беременна от Рохелио, а Хуана тайно вышла замуж за Педро тридцать восемь серий тому назад. Фортепиано я сменила на вязание, а высокие шпильки на лохматые тапочки. Я не ходила дальше гастронома за углом и неделями не видела ничего, кроме слюнявой мордяки твоего мерзкого пса.
     Сама того не замечая, я увязала в болоте бытовухи и однообразия. Я теряла профессиональную квалификацию, теряла естественную женственность, теряла уважение к себе. Я так и превратилась бы в домашнюю облезшую курицу, если б однажды, когда вся твоя семейка была на роботе, ко мне в госте не заявилась все та же подруга. Она не имела привычки предварительно звонить, по сему явилась внезапно, и застала меня во всей красе: засаленный халат, лохматые протёртые тапочки, полное наличие отсутствия даже намека на прическу или макияж. Красавица, одни м словом! Она еще в прихожей окинула меня своим надменным красноречивым взгляд из-под дивной красоты накладных ресниц, повернула мою заспанную помятую мордаху к зеркалу и строго спросила: Это ЧТО? . Я, конечно же, сразу не поняла прикола и тоже спросила у нее: А что?
     - Дорогая, ты, когда последний раз в зеркало глядела? - раскуривая длинную дамскую сигаретку поинтересовалась подруга. - Знаешь, что-то мне подсказывает, что это было непристойно давно! Сказать по правде, я обиделась. Поначалу. Потом прислушалась к её словам, заткнула пасть своему безосновательному гордому самолюбию и стала мыслить здраво.
     - Знаешь что? Ты прямо сейчас натянешь какие-нибудь более или менее пристойные джинсы, сделаешь хвостик и пойдешь к машине. Только так, что б люди не видели, что ты со мной, а то мне стыдно. Я и это проглотила. Я привыкла глотать все, что мне кидала эта женщина. В другой ситуации я, может быть, и не смолчала бы, но теперь у меня не было выбора. Если ни она, то никто не вытащит меня из ЭТОГО дерьма. А второй раз она не попросит, точнее не прикажет, поэтому необходимо молчать и делать то, что мне говорят.
     Мы приехали в салон, где из меня (за её, конечно, счет) сделали куколку. Потом прокатились по магазинам, и прибыли на ее старую квартиру на нашей улице. Интерьер помещения несколько изменился с тех пор как я была тут лет 5 назад. Двухкомнатная хрущевка превратилась в светлую залу, посреди которой стояло круглое ложе типа сексодром, в углу ночной столик и где-то на кухне еще был столовый набор и фурнитура для двоих плюс пустой холодильник.
     - Жратву, тампоны и зубную щетку купишь сама (денежка в столику). Маме не звони у нее новый любовник, ей не до тебя. А я побежала. Свидание, - с достоинством сообщила мне подруга и метнулась к двери.
     - Постой! - попросила я. - Зачем ты все это для меня делаешь?
     - Дурочка! - развернувшись, она прижалась своей теплой надушенной щекой к моей. - Ты моя единственная подруга. Безмозглая, непутёвая, но единственная. И я люблю тебя. Я люблю тебя, дорогая.
     Я почувствовала, как по её щеке скользнула скупая слеза, и мне самой захотелось рыдать. Я тебя тоже люблю. Дорогая.
     - Знаешь, мужики все такие сволочи! Такие сволочи! Я всех их ненавижу! - шептала она, обнимая меня в коридоре. - Они ничерта не чувствую. У меня было много мужиков, поверь мне, дорогая, они вообще не способны чувствовать. Я люблю тебя, дорогая. Я люблю тебя. Её объятия медленно, но верно переставали быть дружескими. Её руки скользила по моему телу, и я испытывала нечто такое, чего мне никогда не доводилось испытать с мужчиной. Пусть будет так, дорогая. Если ты хочешь, пусть будет ТАК.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: