 |
 |
 |  | - И всё же, какая у вас аккуратная попочка. Ух, люблю женские попки, не огромные жопы, и не сухощавые жопки, а именно аккуратные пышные попочки. А ваша, так вообще, эталон богини Венеры, идеал любого мужчина. И особенно когда она загорелась румянцем. Это просто неописуемое зрелище. Что молчишь? Ты когда нибудь видела в зеркале своё отражение сзади? Встань, посмотри. Лера приподнялась со стола и невольно взглянула в окно. Через неплотно сдвинутые жалюзи она увидела Романа, мило беседующего с Максимом. Она вскочила, и было помчалось к окну, ну полковник крепко ухватил её за руку.
- Ты что дура, не подходи близко к проёму, хочешь, чтобы тебя голой увидели!
- Там Роман, он на свободе!
- Так что же вы мне ничего не говорите, что его уже освободили.
- Да я сразу дал приказ освободить их обоих, в связи с примирением сторон. Вот бизнесмена я сам отпустил, а вашего мужа следователь должен был освободить, как только тот мужик уйдёт из отделения, чтобы у вас с ним вновь не возник конфликт.
- Ну почему вы мне ничего не сказали!!! Закричала разгневанная женщина.
- А ты мне и слова не дала вставить, сразу начала раздеваться. Я только хотел предложить вам пойти на мировую, с ним-то я уже договорился, оставалось тебя убедить, поэтому и сказал следователю, чтобы зашла потерпевшая. А тут такое, я просто не мог удержаться от столь достойного предложения. Думаю, я тоже тебя не обидел, тебе же самой понравилось, особенно это.
Со злости Лера раздула ноздри, и уже строже, взглянула в глаза.
- Всё ладно молчу. Идём хоть немного подмоемся, не с таким же видом идти навстречу к любимому мужу.
Они прошли через вмонтированную в шкафу дверь в небольшую комнату, где стояла раковина с унитазом. Лейка со шлангом была сделана буд-то специально для женщин. По-видимому, полковник здесь не одну уже подмывал. Лера оделась, привела причёску в порядок, и выбежала, не закрывая дверь из кабинета начальника. С довольной улыбкой она просто летела по лабиринтам длинного коридора, и когда распахнулась последняя дверь, Лера увидела у крыльца уставшего и замученного Романа. Она бабочкой порхнула с верхней ступеньки к нему, повисла на шее, и скрестила ноги вокруг его талии. Подол её лёгкого сарафанчика парашютиком взметнулся вверх, демонстрируя полуголые ягодички. В этот момент супруг ухватил её талию вместе с поднявшимся платьем, и попка осталась открытой. Они слились в долгом и знойном поцелуе, кружась на асфальте у отдела полиции, словно в медленном вальсе на сцене. И хотя зрителей было не много, бурных оваций было достаточно.
И гражданские, и люди в пагонах любовались видом оголённого зада двух полушарий, которые разделяла узкая лямка, с небольшим треугольником сверху. Но супруги не реагировали на ухмылки прохожих, продолжая, наслаждаться друг другом. Они вместе, и им всё по барабану, и стыд и страх, и всё остальное, главное, что они снова вместе.
Придя в себя от долгой разлуки, они подошли к Максу стоящему у своего автомобиля, чтобы подать знак благодарности.
- Ну что, я вижу, вам не терпится попасть скорее домой, садитесь, подвезу. А то опять, какая нибудь история приключиться.
Макс всю дорогу молчал. Он окончательно убедился, что эта женщина просто безумно любит своего мужа, и никогда от него не откажется. Потеряв все надежды, тот всё же решил сделать последнюю попытку. Машина подъехала к подъезду, затем снова тронулась, и развернулась на том же пятачке в конце дома. Супруги сидели и ждали, когда же он тронется, и снова подъедет к подъезду. Но Макс медлил, не зная, как и с чего завязать разговор.
- Максим, ты что-то хотел сказать, не так ли?
- Я должен тебе кое-что вернуть.
Он достал из бардачка полиэтиленовый пакет, с аккуратно свернутыми трусами, и передал его женщине, сидевшей с мужем на заднем сиденье. Роман сразу понял, что это такое, узнавая любимые стринги супруги, купленные в Финляндии. Он как обычно молчал, давая возможность оправдаться жене.
- Роман, я всё тебе объясню, вот только зайдём домой, и я всё расскажу в мельчайших подробностях. Нет, я даже могу здесь начать разговор.
- Когда пацаны не захотели свидетельствовать против этого бизнесмена, Настя поехала к нему, чтобы уговорить забрать заявление. Но тот отказался, и сказал, чтобы я приехала сама. Я не поехала, и позвонила этому следователю, который и предложил мне поймать на живца этого наглеца. У нас всё получилось, приехал наряд, его увезли, ну а меня тоже забрали для дачи показаний, и я до полуночи сдавала все мазки, соскобы с одежды, из под ногтей, и так далее.
- А трусы - это вещь док, стороны пошли на примирения, и вещественные доказательства уже не нужны, прервал её Макс, понимая, что женщина своими рассказами пошла до конца.
Он боялся, и даже стыдился, вдруг она скажет, что тот сначала попросил подарить ему трусики, потом попросил полизать, и затем только стал её трахать.
- Ладно Лера, я всё уже знаю, Макс рассказал мне о вашем плане. Рассказал, какая ты у меня отчаянная и недоступная, как отбивалась от насильника, не подаваясь панике. Как он тебя подвозил, а ты его даже не напоила чаем.
- Мне тогда было не до чая, сказала до сих пор ещё напуганная Лера.
- Но ничего, сейчас-то можно выпить, что нибудь крепенького, как думаешь Макс? Спросил его Роман.
- Нет, извините ребята, работа, дела, нужно спасать мир.
- Тогда может в следующий раз, мы основательно подготовимся, и хорошо посидим, продолжил Роман.
Макс не ответил, Лера тоже молча сидела, нервно перебирая шуршащий пакетик с трусами. Она невольно вспоминала все события вчерашнего вечера, думая, поскорее бы выйти из этой машины, и больше никогда не встречаться с этим ментом, не по плохим, ни по хорошим вопросам. Её здесь больше ничего не удерживало, и не дожидаясь разрешения выйти, Лера потянула за ручку двери, и покинула душный от летнего зноя автомобиль.
- Роман выходи, немного пройдёмся пешком, а то что-то душно, нужно глотнуть хот чуточку свежего воздуха. А тебе Макс ещё раз большое спасибо, я надеюсь, ты не откажешь моему мужу, посидеть за бутылочкой.
Макс только кивнул головой, и дал по газам. Супруги вошли в свой подъезд, и Лера сразу же выбросила пакетик с трусами в мусоропровод на первой лестничной площадке, ничего не поясняя Роману. Казалось после такой долгой разлуки, они не могли налюбоваться друг другом в отделе полиции, но дома наступило затишье. Тут они не знали с чего начать разговор, и о чём говорить. Лера поддержала враньё Макса, и теперь не решалась подводить их нового друга, А Роману было всё равно, что тут произошло за последние два дня. Он на свободе, и свободу ему заработала любимая женщина, к которой не может быть ни каких претензий. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - сказала моей матери тётя Оксана, целуя Марине руки которыми она одевала ей лифчик. А у меня глядя на ласки взрослых и безумно красивых самок, по новому стал вставать член. Хотя моему бедному отростку, опухшему от трения в горячих и влажных дырках зрелых и развратных женщин. Реально был нужен полноценный отдых и я сейчас завидовал Витьку, который спал на диване как сурок. А мне не дала выспаться Марина. Мама растолкала нас с Оксаной в закутке за печкой, заставила встать с кровати и собираться в дорогу. Эта детдомовская оторва Мариша, была просто помешана на оружии и ей нетерпелось поскорее встретиться с Михалычем и поговорить с ним об тайнике с автоматами, зарытым где-то его родственником полицаем. Вот по этому мать и посылала Оксану в город с утра, не дав своей любовнице и сыну поспать. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Дени это ты? Ах Смити ещё, сожми их ещё, нет не отпускай... мне нравится, как вы это делаете мальчики!!! Каждое движение их рук вызывает нестерпимое желание, до болезненных сокращений внизу живота, бабочки стали бить острыми крыльями, пытаясь меня поцарапать внутри... их крылья превратились в сто тысяч мелких остроклювых колибри, и они пытаются найти из меня выход! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Иван повернулся. Мама была одета лишь в тоненький домашний халатик. Парню всегда нравилось, когда мать надевала именно его. Ноги было видно почти полностью. К тому же Иван знал, что мама почти всегда ходит без белья. Неоднократно ему счастливилось видеть на мгновение мамины прелести, когда та, забывшись, делала неловкое движение, и обнажался вид на ее половые губы. Причем Иван отмечал для себя, что мама часто меняла свои интимные стрижки. В те моменты, когда он заглядывал ей между ног, ее промежность выглядела по разному. То на ее губах была коротенькая щетинка, то была начисто выбритой, а однажды он успел заметить там целый клок черных волос. "Интересно, а как у нее там сейчас"? - задался вопросом Иван, чувствуя, как возбуждается все сильнее. Александра Юрьевна сидела на кровати и расчесывала волосы. Иван лег на кровать напротив и сделал вид, что смотрит лишь на то, как приводит себя в порядок мать. На самом деле он постоянно переводил взгляд на ноги матери, в надежде, что она сейчас их как-нибудь неловко раздвинет или перекинет ногу за ногу. Но, нет. Они были крепко сомкнуты. |  |  |
| |
|
Рассказ №10091
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 08/12/2008
Прочитано раз: 31888 (за неделю: 33)
Рейтинг: 67% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я напилась так, что НИЧЕГО не помню. Помню только, как на секунду в голове появилась только одна мысль: "Тошнит", потом меня стошнило, и снова голову заволокло мраком...."
Страницы: [ 1 ]
Щас вам будет еротическая история. Просто супер - пупер.
На дворе был ноябрь. Четверг. Двадцать третье ноября 2006 года.
Вдруг зазвонил телефон. Паскудная тварь сообщила очень скверную и ужасную новость. На секунду захотелось перестать жить. Но смерть жутко тяжелая штука, даже если ты просто задыхаешься... такие корчи, судороги начинаются... так нестерпимо задыхаешься...
Потому возникла другая мысль - напиться водки.
Бутылка водки была выпита, для женского организма достаточно.
Странно... гулять я на улице не собиралась, тем более нельзя гулять в пьяном виде... . . Но на пьяную голову мысль погулять на улице пришла в голову.
Я вышла из дома. Ноги заплетались, я качалась... но гуляла...
Пошла вдоль озера. Вообще на хер ничего не соображаю.
Где -то позади меня на другой стороне улице тащаться два парня.
Метров пятьдесят.
Ха ха ха ха. Сейчас все ждут как два данные парня будут ебать меня... Ну нет... не дождетесь...
Я свернула к берегу озера... Захотелось утопиться... Но, подумав о том, как я буду задыхаться и корчиться каждой мышцой от нехватки воздуха, топиться расхотелось. Вода была умопомрачительно холодной.
Постояв на берегу озера, я отошла метров на десять от берега и свалилась на снег.
Ничего не помню... полежать мне хотелось... или что -то другое...
Я валялась на снегу в что-то в голос бормотала.
Потом алкоголь стал сильнее действовать на мозги и я стала впадать в наркотический сон.
Скрипнул снег. Кто -то точно был рядом. Вспомнила о двух парнях, которые шли позади. Но все затихло.
Всякая дурь была в пьяной башке. Надо было, конечно, встать... но пьяная башка вообще ничего не соображала.
Ну сейчас все ждут, что меня будут ебать... Хрен вам.
Короче, я отключилась.
Всю башку заволокло темным тяжелым мраком.
Ни одной мысли. Полное забытье. Отключка.
Чувствую, что -то лезет из горла.
На секунду в голове появляется мысль: "Тошнит".
Поворачиваю голову и меня выташнивает куда - то на снег.
Потом утыкаюсь мордой, наверное, не знаю, в собственную рвоту.
И черный - черный мрак заволакивает всю голову.
Все. Отключаюсь.
Холод и боль... холод и боль в ногах.
Еб вашу! Да у меня все ноги отмерзли! И тело тоже как льда кусок.
Со стонами встаю, едва передвигаю ноги... черное озеро бесится и шумит под зимним черным небом.
Мать вашу! Да я ноги передвигать не могу! Со стонами ползу к дороге.
Выхожу на дорогу.
Пиздец! В метрах двадцати впереди меня идет какой - то парень.
Ой, пиздец! Блядь, да он идет так, как будто у него болит член.
Как будто он долго ебал кого -то и у него от данной ебежки член болит.
Было прямо видно, что у него болит член... походка была соответствующая.
Мне, блядь, сильно не понравилось все сие. Ебать -то поблизости, кроме меня, было некого.
У меня в голове пьной моей щелкнула мысль: "Он меня изнасиловал!".
Я с пьяни стала орать какую -то хуйню сему парню.
Парень сильно сжал левую руку в кулак, прижав большой палец не сверху кулака, а прижав большой палец к боку указательного пальца.
Меня чуть не стошнило.
Вспомнился концерт "Песняров" на Красной Площади 9 мая. Вспомнилось, как Женчак стоял на сцене и рука была сжата у него в кулак точно также, как у данного парня. Почти точно так же.
Он сжал руку в кулак, а через пару секунд обернулся и пошел мне навстречу.
Ну я отошла от него подальше. Парень по - прежнему шел вперед.
Я не оглядывалась.
Ковыляяя и спотыкаясь, с заплетающимися ногами я дотащилась до дома, благо, было близко.
Конечно, я обоссалась от того, что выпила столько водки. Одежда была вся в грязи. Одежду кинула в хлорку. Плюхнулась в ванную.
И все - таки. Изнасиловали меня или не изнасиловали...
Пошла на учебу. Сидела, сидела.
И, черт блядь на хуй, начал болеть живот.
Живот, матка, влагалище начали болеть так, как будто меня долго ебали.
Именно такие ощущения.
Три дня у меня классно болели перечисленные части тела.
Ну, видимо, отъебали меня там хорошо.
И как раз тот парень данной хуйней и занимался.
По походке видно, что у него член болел.
Вот такая еротика.
А лично мне только смешно от данной хуйни.
Я напилась так, что НИЧЕГО не помню. Помню только, как на секунду в голове появилась только одна мысль: "Тошнит", потом меня стошнило, и снова голову заволокло мраком.
Ебанутые некрофилы какие -то (черт знает, сколько их было) .
Ну лежит человек труп трупом, холодный на холодном снегу.
Не помню, как меня пинали. А меня пинали. На ногах много больших синяков.
Не изнасилование, а некрофилия.
Смешно. И больше ничего.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|