Рассказ №10123 (страница 2)

     - Кто это? - резко спросила Женя.
     - Это Вера. А это Женя и Наташа. Поздоровайся.
     - Здрасьте...
     Женя коротко, бешено вздохнула. Сейчас она развернет этот домик до дому до хаты!
     - Стой, - сказала Оксана. Машина неотвратимо ткнулась. Все наклонились, как китайские болванчики. Оксана открыла дверцу со стороны Верки и села четвертой. Темное стекло впереди поползло вверх, вспыхнул мягкий свет. Верка пугливо посмотрела на Женю.
     - Вера, ты никогда не видела живую рабыню? - спросила Оксана. - Смотри.
     И она, перегнувшись через веркины колени, поцеловала Женю в ладонь. Женя оставалась неподвижна, а Оксана потиралась щекой, умоляя, просясь.
     - Пусть она ляжет к нам на колени, - сказала Женя сурово. Оксана вопросительно посмотрела на Верку: та испуганно,
     по-детски открыла рот.
     - Знаешь, Жень, - медленно сказала Оксана. - Ты лучше разорви меня на две части.
     - Люблю тебя, - сказала Женя и крепко поцеловала ее.
     
     11.
     - Когда ты полюбила мои ноги, которые всю жизнь были моим проклятьем, я подумала, что ты владеешь секретом...
     ... но когда ты ушла от меня с Наташей, которую я два года томила для себя, - и ты так легко это сделала! - то я подумала, что ты владеешь какой-то неизвестной мне техникой...
     ... но когда ты испытала меня Веркой и я выдержала испытание и ты сказала "люблю тебя", то я поняла твое оружие! Твое оружие - справедливость! - Оксана блеснула глазами. - И я смирилась. Я не могу так. Я всегда подчиняла людей, я всегда была сверху. Я не могу быть справедливой. Держать баланс с теми, кого не уважаешь... кто слабее... кто просто глуп... нет...
     
     12.
     ... между прочим, всего на два года меньше, чем тебе!
     - Вот я и говорю, что дитя. Если бы с тобой женщина провела ночь любви...
     - Со мной сегодня провели.
     - С тобой провели ночь захвата. Тебя трахнули, Верунчик, а ты уже решила, что ты академик.
     - Я, между прочим, сама на это пошла.
     - Да. И всю ночь гордилась собой.
     - Может быть.
     - Скажи, - спросила Наташа, помолчав, - а она тебе не шепнула потом уже, наутро, вот так - подставь ухо, - Верка подставила, и Наташа еле слышно выдохнула туда: "люблю... ", - Нет? . . Что с тобой?
     Верка изумленно смотрела на нее.
     - Нет? Не шепнула? - вкрадчиво спросила Наташа. - И ты говоришь, что провела ночь любви? Вот так она - шептала?
     Наташа зашла сзади дивана и то в одно, то в другое ухо рассыпала свои чуть слышные "люблю", так что Верка через две минуты уже ловила губами ее ускользающие губы и никак не могла понять, почему она делает это.
     - Вот так, Верочка, - сказала Наташа, снова присаживаясь рядом. - И вот что я тебе скажу, сладенькая ты моя: всю жизнь ты будешь помнить это мое "люблю". А почему - я и сама не знаю. Так получилось.
     - Сама не знаешь? - чуть слышно спросила Верка. Она уже боялась Наташу. - Я так и поверила... Это у вас прием такой...
     - А что же тебе Оксана ночью его не подарила? А? . . Нет, Вера, это не прием. Это у нас с тобой получилось. У меня ни с кем такого не получалось. А с тобой получилось. Вот что обидно. Ведь тебе и не нужно этого. Уедешь в свою Прагу, родишь там Вацлаву пару чехонят. А меня Женя через месяц забудет, как зовут, и потому только, что я не смогла ей сказать этого "люблю... ". Вот так, нежная моя, - и Наташа провела сгибом указательного пальца по щеке Верки. Та закрыла глаза и тоненько простонала. Тогда Наташа еще и еще раз провела - Верка вытянулась, ее груди затвердели
     
     13.
     Утром все сошлись в белокаменной лоджии. За круглым черным столом в плетеных креслах сидели Верка, Наташа и Женя. Оксана, отправив с вечера горничную, сама заваривала кофе. Лоджия выходила на море, солнце уже напекло угол с бордовым диваном. Внизу, на песке лежал яркокрасный надувной матрас - Оксана с утра качалась на нем на волнах. Азов колыхался в полусотне метров.
     - Иди посмотри, Наташ, что она там копается, - попросила Женя.
     Наташа спустилась на первый этаж. Оксана стояла у плиты, помешивая в блестящей кастрюльке.
     - Что, никак? - Наташа подошла, обняла Оксану за талию и поцеловала в щеку.
     - Никак. Женя прислала?
     - Ага.
     - Выспалась?
     - Я? Выспалась. А ты?
     - И я.
     - Засосик у тебя.
     - Где?
     - На шее, где он еще может быть.
     - Ну, Женька!
     - Давай я тебе для симметрии слева влеплю.
     - Может быть, я тебе?
     - Нет, Оксана. Теперь ты будешь девочкой и станешь слушаться взрослую тетю.
     - Тебя?
     - Меня.
     И Наташа сзади завела руки под груди Оксаны, целуя ее в шею у плеча.
     - Ты с ума сошла! Я так не привыкла!
     - Привыкай. Как у вас с Женей груди похожи. Вот только у тебя сосок более плоский.
     - Все. Закипает. Пошли.
     Верка встретила Наташу ревнивым взглядом. У них с Женей все еще гулял холодок в отношениях.
     - Ну что, Вера? Ты не забыла? Сегодня Вацлав приезжает, - сказала Оксана, разливая кофе. - Что думаешь делать?
     - Не знаю, - сказала Верка. - Пусть Наташа решает.
     - При чем тут Наташа? Это твой муж.
     - Если Наташа меня не выгонит, я с ней останусь.
     - Наташа никому конкретно не принадлежит, ясно? Она свободна делать все, что хочет. Захочет спать с тобой - будет спать с тобой. Если ты захочешь.
     - Я захочу.
     - Вера, - терпеливо продолжала Оксана, - у нас открытые отношения. Мы друг друга любим, но у нас нет самого понятия ревность, понимаешь? Его нет. И если Наташа захочет сейчас, сию секунду обнять Женю и опуститься перед ней на колени - она опустится и сделает Женю счастливой. Ты понимаешь?
     - Я понимаю, - сказала Верка, и губы ее искривились. Она всхлипнула.
     - Такая дылда и ревешь! - резко сказала Наташа. - Вот отдам тебя мужику, он тебя отъебет пару раз - сразу развеселишься.
     - Не отдавай, - Вера встала на колени у кресла Наташи и погладила ее руку.
     Все рассмеялись.
     - Ладно, - сказала Женя. - Пусть она покажет ему записку и гонит на все четыре стороны. А ты, Наташа, поживи с ней сколько захочется. Ей. И у нас с Оксаной медовый месяц.
     Оксана вспыхнула, рука ее задрожала и она пролила кофе на стол.
     - Как я ее люблю, - сказала Женя, встала, подошла к ней сзади, завела руки под груди и прикусила мочку. Оксана повернула к ней лицо и они жадно, проминая губы, поцеловались.
     - А кофе? - задыхаясь, спросила Оксана, гуляя рукой сзади, в полах махрового жениного халата.
     - Идем в спальню, - шепнула Женя.
     Они ушли.
     - Поняла? - спросила Наташа. - Вот так налетит в самый неподходящий момент, и кофе не успеешь попить.
     - Они так красиво ушли! - Верка разулыбалась.
     - А ты что улыбаешься, Отелло? Что с Вацлавом будем делать?
     - Даже лица не помню.
     - А мое?
     - А твое... а твое... а твое... - повторяла Верка, целуя Наташу в щеки, в лоб, в губы.
     - И уже ни капельки не стыдно? - спросила Наташа. - Уже и ручками шарим... ну? Вера, я еще не созрела! садись!
     Верка послушно села к себе, поглядывая горячими глазами, ловя каждое наташино движение.
     - Хлебну я с тобой, - сказала Наташа строго, но встретив преданный Веркин взгляд, проникающий в душу, не выдержала. - Пошли, дурында. И зачем тогда было кофе варить? . . Ну вот, дождалась, что меня дети на руках несут совокупляться.
     
     14.
     - Жень, зажги свет. Зачем ты его погасила?
     - Я не гасила.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать из этой серии:

Читать также: