Рассказ №10191

     ... и вот привезли Мите из Италии Софи Лорен. Ей уже под пятьдесят, но до сих пор не знала она счастья в плотской любви. Глаза жадные, громадные, губы негритянские, а груди вырастила - сбоку надо заходить, чтобы до шеи дотянуться.
     Софи Лорен вошла (а Митю по такому случаю помыли, постригли, в джинсовый костюмчик всунули) и как-то он застеснялся: корреспонденты с зеркалками набились, Феллини приехал снять акт с начала до конца. Так вот Митя, прежде всего попросил всех выйти. Делать нечего. Вышли. Правда, Феллини умудрился скрытую камеру в стул ввернуть, и репортаж шел на все континенты.
     - Покажите, - капризно требует Софи Лорен, и раздеваться не желает, видите ли, пока не покажут.
     Поднимает Митя ногу.
     - Но это нога, - снова капризничает Софи Лорен и нижнюю губу выставляет.
     Тогда Митя неуловимым движением выпускает своего иноходца, и он ложится прямо к ее лбу, порвав при движении не только платье, но и лифчик, из которого обычная женщина пару вечерних туалетов сделала бы. Платье Софи Лорен перерубается таким способом напополам и обнажается волнующая грудь. Эта грудь, при всех ее колоссальных размерах, дрожит, тем не менее, как у Нади Камэнэчи во время вольных упражнений при замедленной съемке. В ущелье между грудей чисто, гладко, блеск идет и полутона. Соски при дрожании Митю задели и едва травму не нанесли, но джинсовая курточка спасла, хотя сорвалась и улетела в окно (на всех континентах так и ахнули, подумали, что это Митя) .
     И вот в таком положении Митя видит Софи Лорен ниже груди, и такие перед ним красоты открываются пупка того же, а ниже пупка - некоей башни из слоновой кости, на которую, тем не менее, надеты хотя и прозрачно-изумрудные, но трусики, что Митя вынужден был отойти на полшага, иначе иноходец мог Софи Лорен прическу попортить.
     Такова экспозиция, то есть стоят два страстно желающих друг друга человека, а между ними две преграды: 96 см иноходец и 158 см грудь. К тому же трусики Софи Лорен снять не спешит, вернее, стоит в остолбенении от счастья.
     Но стоило ей несколько прийти в себя, как начала она лихорадочно это делать.
     Спустить трусики - не проблема. Однако ввиду необъятной выпуклости зада, необыкновенной крутизны бедер и небывалой стройности ног предприятие это долгое и утомительное. Знала бы Софи Лорен, что так получится - и надевать бы не стала, тем более что над ними работало пол-Гонконга в течение трех месяцев. Но что делать? . .
     Митя, различая вдали, как и что освобождается там под ними, еще на полшага отступил, а затем и еще на шаг. Софи Лорен спешит, нервничает, боится, как бы Митя вдруг приближаться не начал: ведь рук всего две и хотя с пальцами необыкновенной длины и изящества, а - не справиться в срок с этим гонконгшвеем.
     Феллини выручил. Послал снайпера на крышу соседнего дома, тот выстрелил, резинка лопнула, трусики в окно улетели вслед за митиной курточкой и из них потом всему Большому театру бальные туалеты пошили к опере "Евгений Онегин".
     Но то, что обнажилось у Софи Лорен, для Мити едва не оказалось полной гибелью. Потому что от этого переживания Митя быстро начал отходить, отошел на десяток шагов и на подоконник вспрыгнул, только бы Софи Лорен прическу не помять.
     Но к этому времени руки у Софи Лорен полностью освободились для любви и она ими начала Митю из окна доставать.
     Достать-то достала, но никак им не встретиться, чтобы сжать друг друга в жгучих объятиях. Митя к тому времени только по диагонали в комнате помещался. Хлопнула Софи Лорен в ладоши, и открылись двери во всю анфиладу Зимнего дворца, ничего можно не бояться, места хватит! А так как места хватит, то Софи Лорен решила рискнуть и исполнить для Мити танец живота, который показывала до сих пор одному Карло Понти, чтоб его разогреть.
     Начала она танцевать, а Митю от такого сладострастия так и несет, так и несет по залам вдаль от нее! Не смеет он войти с нею в контакт, с богиней грез! И иноходец его, пасущийся на расстоянии пальцев забывшейся итальянки, на другом конце имеет несущегося царским дворцом, вдаль, волонтера! . .
     Хорошо, на бегу исхитрился он у какого-то контр-адмирала (по пригласительным билетам пускали исключительно Генштаб для развития стратегических навыков) морской бинокль выхватить и видеть свою возлюбленную в 36-кратном увеличении.
     И что он там видел! Сплошное движение сфер и окружностей, танец планет!
     Забеспокоилась Софи Лорен: вот выскочит Митя в окно, влетит на Александрийский столп, пока достанешь его оттуда пожарной машиной (да еще в Англии заказывать надо) и срок визы кончится, придется в Рим ехать на позор и бесчестие, так как итальянцы, как известно, все могут стерпеть, кроме прерванного акта.
     Выхватила Софи Лорен мегафон у Феллини и кричит Мите:
     - Сближаемся!
     Митя и рад бы сблизиться и почувствовать, наконец, в своих объятиях с детства любимую артистку, но от этого ее слова так ему стало необыкновенно и весело, что очнулся уже на арке Главного штаба. И ведь знает, что все хорошо, все идет, как надо, и Софи Лорен в мегафон уже и стонет, и плачет, и гортанно кричит, - а его и в обратную сторону от нее несет, и с большей скоростью, просто со скоростью "Красной стрелы"!
     Уже у Московского вокзала выхватил Митя на лету у какого-то грузина телевизор "Электроника", переключил на первую программу - и обомлел, на вторую - холодным потом покрылся, на восьмой канал - и там! Везде проводы президента Маврикия! А ведь обещали! По всем континентам!
     Летит Митя по небу, как Демон, воображение напрягает, все пять чувств переключил на осязание. Все хорошо идет, и прием улучшился, и из-за этого центробежная митина скорость немного упала.
     Решил снова телевизор включить: а там бои на ирано-иракском фронте!
     Послал Митя непечатную телеграмму Хомейни, пролетая над Ираном, и
     дальше помчался, концентрируясь на осязании.
     Бросил взгляд - океан под ним, зона мира, значит - Индийский. Посреди океана - остров-сад.
     Он к экрану - а там встреча президента Маврикия!
     Бросил Митя прямо в остров Маврикий "Электронику" и решил полагаться в дальнейшем только на воображение и зрительную память. Но стоило ему Софи Лорен в фильме "Брак по-итальянски" вспомнить, как вырвался он за пределы земной атмосферы, заглянул на лету в иллюминатор летающего экскаватора - двое в скафандрах концерт композитора Пахмутовой смотрят - плюнул в иллюминатор и направился к Марсу.
     А в Академии наук после посадки водители со смехом рассказывали, что да, мол, есть НЛО, но это мы на прошлом витке в форточку плюнули, а в противоположное окно прилетело.
     А Митя тем временем к Юпитеру подлетел, сделал кольцо, но садиться не стал - и не смог бы, куда там! Дальше, к звездам!
     Началось у него сердцебиение от предчувствия небывалых тайн. Ведь уравнялись центробежное и центростремительное ускорения! И обратно из созвездия Водолея к своей Галактике потянуло! И пейзажи лунные - вот они! И бои на ирано-иракском фронте! И Кавказ...
     Сжалось митино сердце, ворвался он в анфиладу Зимнего дворца, миг и - исчез в микромире...
     Стоит Софи Лорен в растерянности - ни Мити, ни счастья объятий, операторы зубы скалят, Феллини волком смотрит...
     Митя! Ау!


Страницы: [ 1 ]

Читать также: