 |
| |
| | Елдак был налитой как камень и надолго его всё равно не хватит. Я начала работать "насосом" и через пару десятков "качков" , Денис зарычал сквозь стиснутые зубы, чтобы сдержать радостный крик и быстрые, обильные струи его спермы понеслись по моей глотке, наполняя желудок. Он замер, отходя от своего бурного оргазма. Я, неспешно выпустила его немного обмякший, но ещё большой и тугой член из его рта, облизала головку и благодарно поцеловала его. Попыталась подняться с пола, но его руки легли мне на плечи, удерживая меня. Я ещё хочу! Прошептал он. Эллочка, милая моя девочка, ну пожалуйста! В его шёпоте слышалась мольба. | | |
| |
|
| |
| | Полинке это нравилось, она не о чем не задумывалась. Она обняла Макса и поцеловала его. Димон решил действовать более прямолинейно и просто стянул с нее блузку. Полинка была перед пацанами абсолютно голой выше пояса. "Охуеть" - вместе сказали оба пацана. Они слезли с дивана, положили туда Полинку и начали в четыре руки ласкать ее тело. Полина начала заводится, ей это нравилось, она даже ласкала сама себя. Пацаны ласкали ее живот, пупок, ребра. Потом они начали ласкать ее грудь, теребить соски. Полинка уже стонала, руками гладя пацанов поверх рубашек. Макс смачно поцеловал ее взасос. Димон водил руку по ее животу, и залез в брюки. "Да, точняк, пошли ее полностью разденем" - возбужденно произнес Макс. Он расстегнул полинке пуговицу на брюках, стянул их с нее. Она осталась в одних трусиках. "Погодь, не снимай, давай пока будем дейтсвовать по-другому". Аккуратно положил руку на лобок, прикрытый трусами, опустил ладонь чуть пониже, и стал трусиками тереть Полинке промежность и клитор. Там было мокро. Полинка стонала вовсю, как последняя блядь. "Да, да, давай, еще, еще!" - доносились слова из ее губ. Димон не выдержал, и сорвал с нее трусики. Пацанам представилась ее красивейшая девственная пизда. Пацаны как завороженные смотрели на это зрелице, потом Димон раздвинул Полинке ноги, и пацаны запустили ей туда руки. Они вдвоем ласкали ее клитор, засовывали неглубоко вовнутрь пальчики. Полинка текла вовсю. Неожиданно она со стоном выдохнула, и ее тело дрогнуло. Пацаны поняли, что он а кончила, и это их возбудило еще сильней. Димон придвинулся лицом к Полинкиному влагалищу, и неумело начал водить там по клитор языком. Однако Полинка стала получать еще более классный кайф от происходящего, и стала стонать так, что, казалось, это слышал весь дом. Макс подошел к другому концу дивана, снял штаны, и достал свой довольго большой стоящий хер. Он пододвинулся к Полининому рту и засунул его ей в губы. Поза была немного неудобная, поэтому Полинка стала не сосать его, а выунула язык и начала старателно его вылизывать, сначал касаясь только кончика головки, а потом и полностью. Макс довольны мычал, а Полинка ходила по его пенису языком вверх и вниз, облизивала головку, теребила языком крайнюю плоть. Потом поза немного изменилась, и Полина стала заглатывать его член полностью. Особенно круто Макс кайфовал, когда девчонка заглатывала пенис по самое горло. Полинка раньше никогда не сосала, но и первый раз это у нее получалось отменно. Димон тоже время не терял. Закончив играть языком с ее клитором, он достал мобильник, включил на нем режим вибрации, и стал аккуратно досталять Полинке удовольствия другим путем. А сама Полина так зашибенно сосала у Макса, что тот начал кончать, не вытаскивая член из ее рта. Она начала глотать его сперму, но он вытащил свой хуй, и кончал ей на лицо, на шею, на живот, в волосы. Увидев, как Димон развлекается мобильником, он сказал ему: "Да че ты паришься, трахни ее нормально!". Димон оценил идею, но пацаны вспомнили, что Полинка говорила, что не хочет еще терять девственность. Димон наклонился к ее лицо, смачно поцеловал ее в засос, и спросил: "Хочешь??". Полинке, испытавшей уже два оргазма, было абсолютно посрать на свою девственность, и она только простонала в ответ, что было расценено пацанами как согласие. Димон поласкал руками пизду Полинки, приставил головку своего члена к входу пизды Полинки, и со всей дури двинул вперед. Полинка вскрикнула, лишившись девственности, на ее глазах вскипели слезы. Однако Димон сразу же начал накачивать Полинку, и она снова сладостно застонала. "Бля, сука, давай, давай, выеби меня нахуй!". Димон двигался в ней вперед-назад, доставляя ей и себе внеземное наслаждение. Потом он начал кончать прямо в нее. Ему похрен на то, что она может залететь, ему не это сейчас было главное. Он вытащил из Полины свой член, и они с Максом поменялись местами. Полинка стала сосать у Димона, а Макс полностью снимал джинсы, чтоб удобнее было трахать Полинку. Потом Макс поднял ноги Полинки к себе на плечи, и в этой позе начал водит своим членом между ее ног. Он ее еще не трахал, он словно бы ее дразнил. Однако Полинка не выдержала, закричала "Давай!!!", он вошел в нее, и начал жестко ее трахать, засовывая свой немаленький член как можно глубже. Одновременно своими руками он вместе с Димоном ласкал груди Полинки. Полинка стонала, словно сто девчонок, а Макс все убыстрял ритм и глубину. Казалось, он трахал ее целую вечность, но вот наконец Полинка кончила, а вместе с ней и Макс. Он успел вытащить из нее свой член. Поскольку ее ноги лежали у него на плечах, он кончал ей на попку. Руками он смазывал сперму к ее задней дырочке, потом засунул туда большой палец. Он двигал им туда-сюда, потом засунул ей туда уже два пальца, смазанные спермой. Они пошли немного потуже. Он хотел трахнуть ее в попу, но ее попка слишком сильно сжалась, и его член туда не влез, после чего он отказался от такой мысли. Димон уже кончал Полинке в рот, она глотала его сперму, но ее было так много, что она начала захлебыватся. Макс в это время опустил Полинку на диван, и губами приблизился к ее пизде. Как он только ее не целовал и не вылизывал! Полинка вся изгибалась от кайфа, стонала, била его руками по спине, но он не прекращал доставлять ей удовольствие. Под конец, она, громко закричав, кончила. На ее крик из соседней комнаты вышли два пацана, сидевшие за компьютером. Сначала они охренели, подумав, что у них глюки, однако быстро пришли в себя, расстегнули ширинки, начали дрочить, смотря на Полинку, растянутую между двумя пацанами, а потом кончиле Полинке на живот, и, естественно, захотели повторить подвиги Макса и Димона. Что это было! Они перепробовали сотни различных позиций, Полинка даже одновременно сосала у Макса и Антона, в это время Леха насиловал ее пизду своим огромным хуем, ее пизду гладили четыремя руками, на нее кончали четыре члена. | | |
| |
|
| |
| | От разговоров и мыслей на эту тему я сильно возбудился, мой член буквально вырывался из штанов. Но ничего не было заметно, так как свой орган я давно научился прятать: поднимаю его вверх, прижимаю к паху, а тугие плавки удерживают его в этом положении. Под брюками ничего не видно. Мой член - моя гордость! Он небольшого размера, примерно сантиметров 17 в длину и 5 в окружности. Но главное, он у меня от природы всегда находится в полустоячем состоянии. С детства эта особенность доставляла мне массу неудобств, но я научился с этим жить. Поэтому я почти всегда ношу тугие плавки. Зато женщины были от этого в восторге, так как, во-первых я мог долго заниматься любовью, не кончая, а во-вторых, даже после эякуляции он у меня не падал, а оставался почти таким же крепким. Просто, не вынимая его, женщину я доводил до экстаза. Интересно, это понравится Динке? - думал я. | | |
| |
|
| |
| | Боятся пусть все те, кто спать со мной желает -
| | |
| |
|
Рассказ №10267
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 02/02/2009
Прочитано раз: 36409 (за неделю: 13)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Когда Вадик счел процедуру законченной и повернул Тамару к себе, она уткнулась лицом ему в плечо. Плечи ее дрожали. Она готова была разрыдаться от пронизывающей жалости к самой себе, от почти гипнотической беспомощности, с которой позволила совершить над собой обряд истязания...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Светофор мигал тремя вертикальными зрачками: красный, желтый, зеленый. Разноцветные полоски света тускло отражались на асфальте. Автомобилей на перекрестке возле здания нарсуда, в котором до революции располагался трактир, кроме притормозившего такси, не наблюдалось. Можно было пройти и на красный свет, но Вадим и Тамара ждали, когда перед ними загорится зеленый. Охотник и добровольная жертва стояли рядом, скованные невидимой, но прочной цепью. Какой цепью? Из какого сплава?
Воя сигнальной сиреной, к перекрестку приближалась машина "скорой помощи". Не снижая скорости, она проскочила на желтый знак светофора. Впереди темным коридором зияла прямая, как стрела, длинная аллея с красивыми голубыми елями, каштанами и голыми кустами персидской сирени. Под рассеянным ореолом оловянной луны они двигались по темной аллее.
- Ты, как сучку, тащишь меня на случку, - глухо молвила Тамара.
- Тома, откуда такая вульгарная лексика? - укорил ее Вадик. - Ты должна
выражаться поэтическим штилем. Я веду тебя не на банальную случку. Я веду тебя на сладкую казнь. Какую форму казни синьора Заглобина предпочитает?
- Ты же не зарежешь меня лезвием бритвы? - включилась в игру Тамара.
В 1975 году на экраны страны вышел в прокат фильм итальянского режиссера
Элио Петри "Следствие по делу гражданина вне всяких подозрений". Джан Мария Волонте блистательно играл в нем роль шефа городской полиции. В фильме, сделанном в форме изящного фарса, интриговало начало, когда на экране появлялись титры, и звучал филигранный ритм тревожной музыки.
На свидание с неким гражданином шла пылкая женщина в красном платье с декольте. Благоухал летний вечер. Мужчина выглянул из-за штор светящегося в вечерних сумерках окна. Она закинула вверх голову, и взгляды их встретились. Нож и пламя. Монтажный стык, и она уже входила в распахнутую перед ней дверь роскошно меблированной квартиры.
- Как ты убьешь меня сегодня? - с поволокой в глазах спрашивала женщина.
- Я перережу тебе горло лезвием бритвы, - обещал ей партнер.
И вот они тешатся на широкой софе, предаваясь утолению страсти. Оператор крупным планом показывает руки мужчины. Он берет с журнального столика крохотный конвертик с лезвием для бритвенного станка. В его пальцах мелькает тонкое лезвие. Красивая женская шея, короткий вскрик, хрип и брызги алой крови окропляют его волосатую грудь. Кровь орошает белую простынь...
Мужчина хладнокровно следует в ванную комнату. Тщательно моет перед зеркалом окровавленные руки. Вытирает запачканную грудь. Брызгает на лицо из флакона чем-то освежающим. Аккуратно причесывает волосы. Одевается, повязывает на рубашке галстук. Подходит к телефону. Звонит в полицию. Сообщает об убийстве, и спокойно уходит.
На место преступления одна за другой с сигнальным воем сирен прибывают полицейские машины. После карабинеров в квартиру входит начальник полиции. Осматривая место убийства, он беспечно оставляет следы своих пальцев. На него ни в коем случае не может пасть подозрение в убийстве. Он - гражданин вне всяких подозрений. Впоследствии он пытается направить следствие по своему следу, и, в конце концов, сам признается в преступлении, но никто не хочет верить, что он - убийца...
В Москве этот фильм прошел на "ура". Тамара с подругой Зариной долго обсуждали перипетии картины. Соседка в студенческом общежитии не разделяла их восторга. У них в Фергане этот фильм шел в полупустых залах. В Фергане индийское кино больше любили. Вот на индийские картины народ валом валит. Потому что в них про настоящую любовь и жизнь показывают.
- А этот итальянский фильм - про что он? - спрашивала Земфира.
Фильм Элио Петри Вадик видел. И намек понял.
- Побойся Бога, Тома, - укоризненно сказал он. - Зачем мне резать твое
горлышко? Пощекотать его - другое дело.
Вадик вел фиктивную жену друга на очередное рандеву, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Он не на аркане ее за собой тащит. Она сама добровольно с ним идет. Значит, она в этой случке нуждается? В данной ситуации ими обоими движет темный зов плоти.
Они вышли к полосатому шлагбауму с оранжевыми огоньками. С противными сигналами он опустился из вертикального положения в горизонтальное. Из железнодорожной будки вышла женщина в служебной телогрейке. И встала, как идол, держа фонарь в одной руке и красный флажок в другой.
У шлагбаума они спокойно пересекли стальные рельсы. Электричка была далеко. Опасности от ее приближения не ощущалось.
- А если бы у тебя было алиби, ты бы мог меня убить? - спросила Тамара.
- Тома, что за глупости? - возмутился Вадик. - Зачем мне тебя убивать?
Сосредоточься лучше на хорошем... Сейчас мы завалимся к Сереге. Я хочу, чтобы ты все делала молча, без подсказок и понуканий, - Вадик, словно школьнице, объяснял ей домашнее задание. - Мы разыграем одноактную пьесу, в которой не нужны слова. Важны только взгляды, жесты, полутона...
- А почему одноактную? - по-детски заканючила Тамара. - Хочу двухактную.
- Можно и трехактную, - великодушно соглашался Вадик. - Это от тебя будет
зависеть. Заранее предупреждаю: бить буду. Возможно, больно...
- Зачем? - Тамара захлопала пушистыми ресницами.
- Так надо, - насторожено произнес он. - Это наказание за твое опоздание.
- Я, наверное, и на свою смерть опоздаю, - вздохнула Тамара.
Если бы кто-то посторонний услышал их разговор, то, пожалуй, подумал, что по тротуару шагает спятившая пара. Что у них "крыша" с тихим шелестом едет. Это - шизоидные сады маркиза де Сада или клиника доктора Фрейда.
Предстоящая экзекуция Тамару не очень смущала. Когда Вадик впервые треснул ладонью по ее упругой ягодице, она гневно вскинула брови, хотела разразиться громом и молниями. Вадик нудно стал объяснять, что он это делает не только для куража, чтобы взбодрить себя, но и для того, чтобы ей доставить хлесткое удовольствие. Это возбуждает не только партнера, но и партнершу.
"Как этого можно не знать? - заводился Вадик. - Это любая восьмиклассница знает!"
Тамара долго что-то бухтела. Партнера, быть может, это и возбуждает. Но она сомневается в том, что это возбуждает партнершу. Впоследствии Тамара стала адекватно реагировать на смачные шлепки по мягкому месту.
"Это действительно взнуздывает, - убедилась она, - особенно когда становишься вяловатой и теряешь ритм... "
Однажды Вадик устроил ей экзекуцию, обвинив в том, что она изменяет его другу Сереже. Тамара оправдывалась: мол, брак у них фиктивный, и она в праве распоряжаться своим телом по собственному усмотрению. Вадик утверждал, что Сережа любит ее, а она своим поведением его огорчает.
- Ты заблуждаешься! - не соглашалась Тамара. - Если бы он меня любил,
то признался бы...
Вадик твердил, что должен ее наказать. Когда Тамара поняла, что тот не шутит, взгляд ее насупился. Личико побагровело. Верхняя губка с черными бархатистыми усиками задрожала от обиды. Вадик обвиняет ее в том, что она изменяет Сереже? Разве это не смешно? Вадик несправедливо требовал наказания! Он нашел для этого совершенно несерьезный повод! Но при желании Вадик мог прицепиться к чему угодно. Он был неутомимым придумщиком...
Он заставил Тамару стать обнаженной у стены и упереться в нее руками. "Ноги на ширину плеч!" - командовал Вадик. И потешился он всласть. Сначала шлепал Тамару не сильно. Но постепенно входил во вкус, и наносимые оттянутыми ладонями хлесткие удары становились все сильнее и звучнее. Тамара стоически их выносила, испуская стоны, которые только вдохновляли Вадика. При этом он ухитрялся декламировать строки из стихотворения Федерико-Гарсиа Лорки "Неверная жена":
И в полночь на край долины
Увел я жену чужую.
Она ведь была замужней,
А мне клялась, что невинна...
Испуганно бедра бились,
Как пойманные форели.
То нежным холодом стыли,
То белым огнем горели...
- Может, хватит, а? - минут через пять заупрямилась Тамара.
- Тебе больно? - Вадик заглядывал ей в лицо.
- Не хочу больше, - ныла Тамара, продолжая стоять спиной к Вадику.
- А я хочу! - цедил Вадик. - Хочу, чтобы твои бедра бились, как пойманные
форели...
- А я не хочу! - капризничала Тамара. Она изогнула шею, пытаясь через плечо
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|
