 |
| |
| | Мне, наблюдая это со стороны, точнее с низу, было интересно ощущать то, Людино влагалище, в котором счастливо пребывал мой дружок, не переставало сокращаться-расслабляться, в то время как его обворожительная хозяйка целовала свою дочь, причём эти поцелуи всё менее походили на те, которыми обмениваются мать и дочь, расставаясь на полдня. Языки обеих нимф, сидящих на мне, сплетались, проникали друг другу в рот, дразнили друг друга. Ну кто же может долго вытерпеть такую пытку? Я кончил так, что чуть не потерял сознание. | | |
| |
|
| |
| | И хотя мне это совсем не нравилось, а наоборот я испытывала боль от его здорового члена, который буквально раздирал меня, я решила не шуметь, а подождать пока он удовлетворится. Уж больно мне не хотелось скандала. Но как назло он не спешил кончать, а все продолжал и продолжал меня трахать. Неожиданно, я почувствовала нарастающее удовольствие, мне захотелось стонать от наслаждения, но я не могла этого делать, боясь разбудить мужа. Мне уже самой хотелось, что бы Денис как можно дольше не останавливался. Но он, судя по всему, и не собирался прекращать. Его здоровенный член продолжал ритмично двигаться во мне. Тут я ощутила легкий поцелуй на своих губах и, приоткрыв глаза, увидела лицо мужа. Он проснулся и тоже решил меня трахнуть, даже и, не догадываясь о том, что его место уже занято наглым Денисом. Муж продолжал целовать меня в губы, а его рука тем временем начала ласкать мою грудь. Денис не мог видеть этого и поэтому продолжал меня иметь с прежним энтузиазмом. От необычности ситуации, волна возбуждения захлестнула меня, и я стала кончать. Мой муж, наконец, понял, что тут, что-то не то и его рука скользнула вниз к моей писичке. Я вся сжалась от ужаса и попыталась соскочить с чужого члена, но ничего не подозревающий Денис не дал мне этого сделать, в итоге муж обнаружил в моей пизде, хуй другого мужика. Я молча ждала скандала, но никакой реакции со стороны мужа не было. Самое интересное, что Денис так ничего и не понял и продолжал меня ебать. Муж молчал, я тоже молча лежала и ждала когда Денис, наконец, закончит и оставит меня в покое. Но видимо выпитое спиртное никак не давало ему кончить. И тут я почувствовала прикосновение к своей ладони. Это оказался возбужденный член моего мужа. Я обхватила его пальцами и стала тихонько дрочить. Здоровущий член, чужого мужчины, продолжал долбить мою дырочку, и я снова возбудилась. Но в тот момент, когда я уже была готова опять кончить, Денис неожиданно вытащил свой хуй и стал пихать мне его в задницу. Наслаждение стало сменяться болью, но спорить с ним было бесполезно и постепенно его член, почти целиком оказался в моей попке. И тут от обиды, что я так и не кончу, я направила член своего мужа в свою писю. Его не надо было долго упрашивать, и спустя несколько секунд я оказалась впервые в жизни нанизанной на два члена. Я не могу передать словами, как меня возбудила ситуация, что меня одновременно имеют двое мужчин, причем один из них мой муж, а их члены практически трутся друг о друга разделенные всего лишь тонкой перегородкой. От всего этого я стала кончать настолько сильно, что на какое то время отключилась от всего происходящего. Придя в себя, я поняла, что мой муж и Денис тоже кончили и у меня из двух моих дырочек потихоньку вытекает сперма. Но идти подмываться, мне было лень и, обняв мужа, я заснула. Наутро, мы, как ни в чем, ни бывало, позавтракали и наши друзья нас покинули. После их отъезда у нас с мужем состоялся долгий разговор, который закончился бурным сексом. Мы единодушно пришли к выводу, что раз присутствие еще одного мужчины в постели доставляет нам удовольствие, то: Приглашать кого-то из знакомых мы не хотим, так, что сейчас прибываем в поиске. | | |
| |
|
| |
| | В экстазе мой ротик слился с его причиндалами и я не переживала о том, что могу нахвататься волос. Затем он резко поставил меня раком и вошел сзади. Пару минут диких фрикций и снова его член у меня во рту. Я чувствую вкус своей киски, слизываю солоноватые капли с его головки, играю языком с уздечкой: Снова он входит в меня сзади: Держит за волосы, обнимает за грудь, пощипывает за соски: От таких ласк я кончила, сжимая в конвульсиях его член мышцами своего влагалища: Он вскочил и направил свой член мне в рот. Мне в горло ударила струя спермы. Я была так удовлетворена этим половым актом, что проглотила всю сперму, чему Андрей был очень рад: | | |
| |
|
| |
| | С тяжелым грузом на душе, Сергей рыскал в толпе, в надежде в последний раз увидеть Марину. Он даже не знал ее адреса. Как глупо все получилось. Порядочно измаявшись и не найдя ее, он покинул поляну и, с грустью пошел по обрывистому берегу, в последний раз проститься с рекой. Уж очень она ему нравилась. Обойдя давно знакомый невысокий холм, медленным шагом, он приближался к месту, где впервые поцеловал Марину. С каждым шагом сердце колотило сильней. Оно чуть не выскочило из груди, когда он увидел ее. Она сидела как раз там, где впервые он узнал вкус ее сахарных губ. | | |
| |
|
Рассказ №104
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 24/05/2026
Прочитано раз: 96797 (за неделю: 70)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Она резко шлепнула по правой ягодице Оли; раздавшийся звук один мог свидетельствовать о силе удара. Наказуемая подпрыгнула и взвизгнула от неожиданности...."
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Оля сидела на кухне, уткнув лицо в сложенные на столе руки. Слезы уже высохли; да и плакать она больше не могла. Должен же быть предел! А тут никакого намека:
Вечером опять звонила мать; на две недели оставила ее в покое и теперь вознаградила себя. Оля как раз вернулась из прогулки по магазинам, ничего не купив. И подошла к телефону, думая, что о ней беспокоится Марина. Но все оказалось совсем плохо: "Шлюха!" было самым мягким из слов, которые она услышала. Мать давно порывалась вернуть ее, но безрезультатно. И это окончательно озлобило Екатерину Николаевну. Она грозила и психбольницей, и милицией, и призывала на голову дочери все напасти. Оля не выдержала и бросила трубку, попросив мать дрожащим голосом забыть о ней.
Увы, Марины все еще не было. Она наговорила на автоответчик сообщение, что может задержаться на работе и явится ночью или утром. А ее присутствие было необходимо, когда явился отец. Он был не то чтобы пьян, но сильно нетрезв; силой вломился в подъезд и едва не вышиб дверь в квартиру. Вопли о материнской заботе перемежались с нецензурной руганью. Оля в конце концов не выдержала и вызвала милицию; отец испугался, но не ушел, пока не подошел наряд. Объясняться он не пожелал и был увезен в отделение как пьяный хулиган. А Марина все не приходила:
Оля, конечно, не могла знать, к чему приведет случайное знакомство на вечеринке. Она пришла к подруге одна и за столом оказалась рядом с высокой молчаливой девушкой года на три старше. Марина поразила ее уверенностью в себе, остротой и независимостью ума, гордостью и силой. Она давно обеспечивала себя сама, удачно вложив полученные от родителей деньги, а на вечеринке встречалась с подругой - пышной барышней по имени Вика, выказывавшей перед Мариной труднообъяснимую робость. Впрочем, Вика вскоре ушла, вся в слезах. А Оля стала собираться домой, утомившись от чрезмерного скопления людей. Марина взялась подвезти ее; по дороге девушки заехали выпить кофе. Оля немного рассказала о себе, чувствуя повышенный интерес новой подруги - о сложностях с родителями, о неудачных поисках работы, о сложностях с парнями.
- Ты немного не права, - заметила Марина. - Ты думаешь, что можешь дать им, а нужно знать, что ты сама в них ищешь? Может, они и не могут этого дать?
Это заставило Олю задуматься. А еще больше - расставание с Мариной, которая неожиданно обняла ее и поцеловала в губы. Потом исчезла, оставив адрес и телефон. Исчезла из жизни, но не из мыслей. Оля постоянно сравнивала подруг - да и друзей - с Мариной, но ни в ком не находила ее совершенств. И как-то раз, чувствуя себя совсем разбитой, позвонила. Оказалось, кстати. Марина собиралась в театр; пригласила и ее. Оле нечем было занять вечер, и в условленный час фольксваген Марины остановился возле ее дома.
Чмокнув ее в щеку, подруга заметила:
- Оля, ты одеваешься с большим вкусом. Но есть случаи, когда надо отступать от традиционного стиля одежды. В театре дама должна приковывать взгляды, рождая не желание, но преклонение. А для этого: Ну, еще успеем:
Она отвезла Олю в приличный магазинчик, в котором была постоянной клиенткой, забрала две заказанных ею коробки и сообщила продавщице:
- Мне хотелось бы, чтобы подруга одела сегодня подходящее ей вечернее платье. Пожалуйста, помогите ей и мне.
Оля пыталась возражать, но эти робкие попытки были тут же пресечены: "Ты оказала мне услугу, согласившись; и это не подарок, а услуга ответная. Пожалуйста, не спорь и не обижай меня; это совершенно излишне". В отдельной кабинке Оле пришлось раздеться в присутствии подруги. Марина скептически осмотрела ее белье и, невзирая на смущение подруги, попросила продавщицу принести подходящее.
- Не стесняйся! - резко шепнула она Ольге. - Здесь так принято. И ты должна чувствовать себя иной - каждой клеточкой тела.
Под ее наблюдением Оля сняла трусики и лифчик, тут же замененные элегантным комплектом и корсетом, затянутым за спиной руками хорошенькой продавщицы, не обращавшей внимание на смущение клиентки. Настал черед чулок и пояска. Расправляя складки, Марина провела рукой по внутренней поверхности ее бедер, заставив Олю глубоко вздохнуть. Потом настал черед темно-синего платья с минимальным вырезом и кокетливой полоски ткани, скрывшей шею. На ногах оказались маленькие туфельки, чудесно гармонировавшие с платьем.
В зеркале Оля узрела красавицу, которой предстояло произвести в театре некоторое (немалое, впрочем) впечатление. В ложе она сидела скромно, потупившись, а Марина познакомила ее с несколькими друзьями, не забывшими похвалить безупречный вкус. Это заставило Ольгу еще больше покраснеть - она ведь боялась спросить, сколько все это стоит.
После театра поужинали в ресторане; было уже очень поздно, а Оля должна была где-то переодеться: не ехать же в новом туалете домой? Пришлось ехать к Марине. В ванной она с некоторым уже сожалением скинула новые вещи. А потом дверь скрипнула; и там стояла Марина: Ее сильные руки быстро преодолели нерешительное сопротивление гости. Почти на руках хозяйка отнесла Олю в роскошную кровать, закрыв губы поцелуем. И восхитительная игра продолжалась до утра, это заставило Олю забыть обо всех встречах с мальчиками. Марина оказалась гораздо искушеннее мужчин; ее страстные губы заставили Олю раздвинуть ноги; а там уже все было мокро: Оргазмы она сосчитать не могла; а утром, проснувшись, увидела рядом Марину, которая принесла им завтрак в постель:
Эту любовь победить Оля оказалась не в силах; сначала она оставалась ночевать у Марины, а потом переехала к ней совсем по просьбе любовницы. И это привело сначала к скандалу, а потом к разрыву с родителями; потом ее уволили с работы - Оля полагала, что там без родителей не обошлось; и Марины не было рядом.
Всего этого оказалось слишком много для двадцатитрехлетней девушки. Ей казалось, что в мире больше ничего и никого нет - только горе и мрак. Вот и все - конец! Лучше прекратить мучения; эта любовь действительно неестественна, а побороть ее Оля не может. Оставался только один выход. И Оля заткнула окно на кухне, плотно закрыла дверь и открыла газ на полную мощность. Она улеглась у плиты и начала дышать, глубже, глубже: Девушке удалось побороть тошноту, сладостная тяжесть охватила ее. Оля потеряла сознание:
Очнулась она в кровати, чувствуя страшное изнеможение и ломоту в теле. Рядом, внимательно наблюдая за ней, сидела Марина, сжимавшая чашку с водой. На ее лице виднелись следы недавних слез. Видно было, что она так и не сняла деловой костюм, в котором приехала, и не ложилась спать уже очень давно.
Марина сразу же поцеловала любовницу:
- Зачем, зачем ты это сделала? Нет, не говори, тебе нельзя этого делать! Доктор приходил, он сказал: Ведь еще немного, и тебя бы не стало! Это все они, твои родители! Какой кошмар!
Оля говорить практически не могла; из горла вырывался только сдавленный хрип. Он попыталась отвернуться, скрыть свой позор, свою неудачу, но и этого не смогла. Любое движение вызывало боль; казалось, что и смерть была бы легчайшим исходом.
Так продолжалось два дня. Все это время Марина не отходила от нее, кормила с ложечки, баюкала, ласкала. Когда она приподняла подругу, подставив "утку", в ее руках проявилась недюжинная сила. Оля испытывала сильнейшее смущение, но встать все равно не могла. Пришлось совершать нехитрую процедуру под влюбленным взглядом Марины. Потом она салфеткой аккуратно вытерла Олю и поцеловала между ног, вызвав жаркую волну во всем теле:
- Тебе пока нельзя возбуждаться, но у нас еще все впереди! Только сейчас я понимаю, как дорожу тобой. Ни с одной женщиной я не была так близка; а все эти проблемы - они только сближают. Скажи, что любишь меня, пожалуйста!
Но Оля была непреклонна; ее решимость не исчезла, а мысль о любви рождала только стыд. Придуманный выход оставался единственным. Она молчала сколько могла, а потом сообщила об этом Марине:
- Я должна умереть! Понимаешь, должна! Все к этому вело: И теперь дальше пути нет. Мне стыдно вспомнить, что мы делали вместе: Но я: не могу об этом забыть: И простить себя не могу: Отпусти меня, Марина; и я навсегда освобожу тебя от забот.
Напрасно Марина умоляла ее передумать, напоминала о своей любви, пыталась убедить, что заботы об Ольге делают ее счастливой - ничего не помогало. И тогда, к исходу второго дня, она решилась на крайние меры:
- Оля, я не могу отпустить тебя - мы предназначены друг для друга. Ты останешься здесь, пока не поправишься, не вернешься к жизни во всех смыслах. И ради этого я сделаю все: Сейчас мне надо уехать, а ты будешь спать и не попытаешься уйти. Я не могу доверять тебе в эту минуту, поэтому прошу - прими эти таблетки. Тогда ты спокойно дождешься меня. И все будет хорошо: доверься мне!
Ольга стиснула зубы, шепча: "Я хочу умереть, я недостойна жизни!". Она действительно чувствовала себя уже умершей, ничтожной и никчемной. Но Марина так не считала. Навалившись на подругу сверху и стараясь не причинить ей боль, она зажала Оле нос и влила в рот воду с растворенным в ней порошком. Пока глаза не закрылись, Оля видела рядом Марину, ожидавшую действия снотворного:
Ее истомленный организм не мог противиться действию лекарства; очнувшись, Оля не знала, вечер на улице, утро или ночь - шторы задернуты, в комнате темно. Усилием воли она приподнялась и упала с кровати; в голове истерически билась одна только мысль: "Закончить все, быстрее, раньше, чем вернется Марина!" На комоде, как она помнила, всегда лежал красивый и достаточно острый нож. Если до него дотянуться:
Страницы: [ 1 ] [ ] [ ] [ ]
Читать также:»
»
»
»
|
