Рассказ №10594 (страница 2)

     Несколько секунд, отсавив свою большую попу, она лежала неподвижно, только спина в белой сорочке тяжело вздымалась и опускалась. Потом она медленно разогнулась и посмотрела на меня то ли с удивлением, то ли со страхом. Она была по-прежнему красной, но уже, надеюсь, не от смущения. На лбу блестели капельки пота.
     Я вынул один из стульев, зажатый бедной партой, и сел. Член торчал к потолку. Что хочешь, дорогая, то и делай - он весь твой.
     Она подошла, обступила меня ногами и, аккуратно взяв член двумя пальчиками, вставила в свою щель. Я все-таки проявил инициативу и стал расстегивать блузку. Лифчик она сняла сама. Да, бюст оправдал мои ожидания!
     Красуясь, она отвела руки назад и, насколько ей позволяла поза (она была буквально насажена на мой член) , слегка потрясла торсом, заставляя груди дрожать и колебаться. Вспомнив про комплименты, я несколько минут гладил, тискал и щупал груди, приговаривая что-то вроде:
     - Фантастика! Какие аппетитные, полные, круглые, белые, плотные!
     - Поцелуй их, - выдохнула она.
     Я осторожно приблизился к ее соску, прикоснулся к нему кончиком языка. Она вздрогнула, словно я уколол ее иголкой. Подняв на нее глаза, я стал полизывать сосок в разных направлениях. Она застонала, откинула голову, а руки ее беспорядочно гладили мои плечи, волосы, щеки. Причем все это было вовсе не актерской игрой: мой член, покоящийся в глубинах ее организма, словно обжигали волнами кипятка.
     Да, учительница моего сына оказалась просто кладезем страсти. От невиннго комплимента краснеет, от пары комплиментов готова отдаться кому угодно, от прикосновения к соску едва не кончает. А кстати, может, пусть кончит? Мысль показалась мне интересной. Словно отключив тормоза, я присоединил к губам и языку руки, которыми продолжил ласкать ее груди, но более жадно, яростно и бесцеремонно. Одновременно я несколько двигал ее тело вверх-вниз, чтобы обеспечить столь желанное нам обоим трение половых органов.
     Что тут началось! Выкрикивая бессвязные слова типа "Да, хорошо, сильнее!", она продержалась минуту, не больше, пока я грубо лапал ее сокровища. Потом она заорала как резаная и упала мне на плечо.
     Так, слившись воедино, мы просидели до тех пор, пока она не успокоила дыхание. Однако в процессе этого ожидания произошло одно неприятное событие - в дверь кто-то заглянул. Я даже не успел увидеть, кто это был, только услышал тонким голоском сказанное "Ой". Она тоже это заметила, оторвалась от меня и оглянулась.
     - Говорил же - дверь запирать надо, - сказал я сердито.
     - Она не запирается, - ответила она.
     Я снял ее с себя, спрятал член (вдруг опять заглянут, хотя на ней из одежды оставались только юбка и туфли) , но ширинку застегивать не стал (если она не возражает, мне все же хотелось бы кончить) , подошел к двери и припер ее стулом. Подергал - надежно.
     Тут я почувствовал, как ее руки обвили мою шею, губы прикоснулись к щеке и томный голос проворковал:
     - Спасибо, это было бесподобно.
     - Продолжим?
     Теперь она выбирала позу. Забралась на стол, но уже лицом ко мне и расставила ноги. Тут мне и пришлось впервые увидеть самое сокровенное место - ведь пока я ощущал его только руками и членом. Честно говоря, вид щели был не слишком возбуждающ: широкая, волосатая, с дряблыми губами. Странно: тело и лицо говорили, что ей сорок с небольшим, а влагалище было лет на двадцать старше. Видимо, она так не считала: глядя на мое лицо, она ожидала увидеть на нем восхищение и страсть, а может, вновь услышать столь желанные комплименты, но я не стал ничего говорить, а просто подошел и вставил.
     Да, школьные парты, предназначенные для подростков, были хлипенькими для таких активных движений. Когда под моими толчками еще одна парта стала убегать, я снова прервал сношение и покачал головой, показывая, что она не соразмеряет нашу страсть со скромными размерами школьной мебели. Не думаю, что ей часто приходилось заниматься любовью на работе - иначе она бы уже это поняла.
     Я подвел ее к подоконнику и показал, что делать. Через несколько минут неловких движений, обмена фразами типа: "Подожди, не так", "Ногу повыше", "Мне так неудобно" идеальное положение было найдено. Вцепившись одной рукой в подоконник и стоя на одной ноге, она задрала другую так высоко, как могла, а я стоял, держа эту поднятую ногу. Вскоре мы оба приспособились, и я двигал тазом вперед-назад, слегка прижимая ее к подоконнику. Вскоре я даже смог осободить одну руку, чтобы потискать ее болтающиеся груди.
     Ее страстность проявилась вновь - через три минуты восемнадцать секунд (часы были у меня перед глазами, потому что именно левой рукой я придерживал ее ногу) она стала кончать: стонала, извивалась, дергалась и бормотала что-то неразборчивое.
     Честно говоря, я тоже находился на взводе. Поэтому, едва она обмякла, я только ответил на ее благодарный поцелуй но, не давая ей продолжить, довольно бесперемонно надавил на плечи, пригибая вниз. Брезгуя, видимо, становиться голыми коленками на пол, она наклонилась и взяла раскрасневшийся член в рот.
     Чувствовалось, что минет она делает без всякого энтузиазма и без особого умения. То есть как ее ласкают, она обожает, а сама... Но обо мне тоже надо было подумать! Она-то два раза кончила за мой счет!
     Впрочем, она это тоже понимала. Поэтому добросовестно, занудно и однообразно она двигала губами по члену. Однако я находился столь близко к оргазму, что мне и этого хватило. Когда я стал кончать, она разогнулась и торопливо куда-то пошла. Выливая сперму на пол, я оглянулся и увидел, как, достав из сумочки носовой платок, она тщательно вытирает губы.
     Несмотря на этот досадный эпизод, я все равно был доволен. Она подошла ко мне и мы еще несколько минут страстно целовались. Прерывая это занятие, она высказала мне все возможные комплименты по поводу моих мужских качеств, а я еще немного потискал ее попу.
     Уже одевшись и провожая меня, она сказала:
     - Ну что, до следующего родительского собрания? , - на что я ответил:
     - Да, только дверь запрем заранее.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также: