 |
| |
| | Альбина расслабляется и дает члену проникнуть дальше. Глубокий вдох вырывается наружу, когда лобок упирается в промежность. Заглушить стон она решает хуем сбоку, набрасываясь на него, как сумашедшая. Начинается медленный длинный анальный трах. Внутри все мокро и скользко, член блестит и легко двигается в анальном отверстии. Она до сих пор не решается трогать себя, потому что единственное прикосновение к клитору, заставит ее кончить, что она сомневается делать, чтобы не прерывать свой трах. | | |
| |
|
| |
| | Он начал ласкать мою грудь, сначала руками, а потом и языком. Губами обхватывал сосок, языком резко проводил по нему, а потом на несколько секунд прикусывал его зубами. Я сняла с него футболку, его тело было так же великолепно, как и его поцелуи. Я обняла его. Тем временем он переместился с моей груди к животу. Хочу заметить, что у меня пирсинг в пупке, ребятам он очень нравится, Сергей не был исключением. Он ласкал языком мой живот, пупок, сережку. Я была вне себя от наслаждения. Потом он резко поднялся на колени, быстро расстегнул ремень у меня на джинсах, сами джинсы, и резким движением, сорвав их с меня, бросил их в сторону. В ту же секунду туда же отправились мои трусики. Он опустился еще ниже и припал губами к моей киске. Она была вся влажная от возбуждения. Он начал ласкать ее языком. Обхватывал губами клитор, сосал его как конфетку. Целовал внутреннюю поверхность бедер. Я почувствовала как сначала один, а потом и два его пальца проникли в меня. Я стонала от наслаждения. Потом Сергей разделся сам. Член его мне понравился, сантиметров 20 в длину и около 4 в ширину, он наклонился надо мной, положил мои ноги себе на плечи и ввел своего мальчика в мою киску во всю длину. Он двигался в среднем ритме, иногда наклоняясь ко мне, чтобы поласкать языком мою грудь или же поцеловать меня. Потом он немного сменил позу - развел мои ножки в стороны, одна оказалась у него на бедре, другая на плече. Он продолжил. Потом начал ласкать мои ноги языком, голень, ступню, пальчики. Каждый пальчик брал в рот и сосал его. Это было так классно. | | |
| |
|
| |
| | Член ожил. Набух и уже не помещался в ее рту. Тут подошел Витек, молча взял Светку На руки. Высоко как куклу поднял. Я сел на кресло, он так же молча опустил ее на мой ствол. Даже рукой направлять не пришлось. Он вошел как в масло нож. Мой чистенький хуек, так заботливо вылизанный ею в ее мокрую киску. Она была мокрехонька. Да с нее текло. Яйца оказались в слизи. Стало немного неприятно за Богиню. Да! Да я вся текла пока вы трахались! Повторите мальчики это все со мной! Долго ждать не пришлось. Я приподнимал за бедра и нахлобучивал ее на крепкий член. Витек вставлял в рот. Устав мы менялись местами. Витек сел на трон. Усадил ее и трахал в попку. Взгромоздившись над ней я трахал ее в рот. По моему она обезумела и ни чегошеньки не соображала. Я уже кончал ей в горло но она задыхаясь еще сильнее прижимала мою задницу. По ее подбородку текла сперма в перемешку со слюной. Вся эта слизь стекала на девичью грудь. Тут подошли Любаня с Таней и стали облизывать ее. Они как телочки слизывали все выделения. А в это время мы трахали и трахали свою богиню. | | |
| |
|
| |
| | Там, между маминых ног, покачивалась голова Олжаса. Убедившись через минуту что все идет как надо я сел рядом, наблюдая как Олжас вылизывает мамину промежность. Мама придерживала его голову, прижимая к себе и тихонько охая при особо удачных движениях его языка. Я пощипывал ее соски, торчащие вверх, и сожалел что нельзя трахнуть маму в приоткрытый рот. Уходить я теперь, конечно, не собирался. Член стоял и я не терял надежды использовать его по назначению. | | |
| |
|
Рассказ №11040
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 21/10/2009
Прочитано раз: 13853 (за неделю: 2)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Ногососов точит нож и мысли его полны Аделаидой. Два года они вместе, и каждую минуту, каждый миг своего существования Ногососов думает о ней. Он знает, что такое настоящая любовь! За эти годы Аделаида не знала отказа ни в чем;ей и только ей доставались лучшие наряды от самых дорогих модельеров - Ногососов покупал их, тратя последние деньги, и рвал, рвал в тот же день и час, в припадке страстного желания освобождая ее плоть. Рвал, в полубезумном экстазе желая ее, и когда наконец касался нежной, незащищенной, такой податливой и согласной на все, им овладевало исступление, и он брал ее, брал сполна, железными пальцами мял ее груди, так, что казалось - они вот-вот лопнут. В такие минуты в нем просыпался зверь...."
Страницы: [ 1 ]
Вечер тихо опускался на город. В темнеющем небе постепенно проявлялся красный кровавый месяц с острыми рогами. Он плыл, окруженный странным радужным сиянием, и выли во дворах собаки: жалобно, с какой-то безысходностью, как будто предчувствуя недоброе.
В маленьком домике на окраине из-за штор мелькает синий свет.
У телевизора - женщина в белом платье, и белый котенок почти невидим на ее коленях. Мелькают на экране лица, человеческие голоса, пройдя по меди проводов вырываются из динамиков:
- "Ригли спирминт, даблминт и джуси фрут без сахара"... "Хэд энд шолдерз... два в одном"... "Тампакс", "Сникерс"... "Орбит"... Голоса звучат, произнося мистические заклинания, заполняют собой уютный мир маленькой гостиной, но, если прислушаться, можно уловить кое-что еще: странный, методично повторяющийся звук доносится откуда-то из глубины дома, из темноты комнат - там, на кухне, точит нож Савелий Ногососов, и красное отражение рогатого месяца блестит в его глазах. Красные блики таинственно переливаются на гладком, отшлифованном лезвии - это и не нож вовсе, а штык, немецкий штык из крепкой стали, таким запросто можно перерубить все, что угодно...
Женщину зовут Аделаида. Иногда Ногососов откладывает в сторону нож, тихонько встает и на цыпочках, совершенно бесшумно, проходит в комнату. Встав позади и затаив дыхание, он молча любуется ее золотыми волосами: в свете мелькания цветных картинок они меняют оттенки - прекрасные пряди, в прихотливом беспорядке разбросанные по спинке кресла. Ногососов ощущает медленно нарастающее возбуждение, но сдерживает себя и снова идет на кухню, и к голосам телевизионных призраков опять присоединяется зловещее ширканье ножа о брусок.
Ногососов точит нож и мысли его полны Аделаидой. Два года они вместе, и каждую минуту, каждый миг своего существования Ногососов думает о ней. Он знает, что такое настоящая любовь! За эти годы Аделаида не знала отказа ни в чем;ей и только ей доставались лучшие наряды от самых дорогих модельеров - Ногососов покупал их, тратя последние деньги, и рвал, рвал в тот же день и час, в припадке страстного желания освобождая ее плоть. Рвал, в полубезумном экстазе желая ее, и когда наконец касался нежной, незащищенной, такой податливой и согласной на все, им овладевало исступление, и он брал ее, брал сполна, железными пальцами мял ее груди, так, что казалось - они вот-вот лопнут. В такие минуты в нем просыпался зверь.
Да, она была не первой, далеко не первой. Никогда, никому, ни при каких обстоятельствах Савелий Ногососов не показал бы маленькую комнатку в своем подвале... Он точил нож. Сколько же их было? Тех наивных несчастных, которые в один прекрасный (а вернее сказать - ужасный!) день оказывались в его доме? Они были обречены уже в тот самый момент, когда Ногососов на руках вносил их в маленькую уютную гостиную, где сейчас с котенком на коленях сидит перед телевизором ничего не подозревающая Аделаида. Безжалостное время отсчитывает последние минуты, и скоро, в темноте сырого подвала она разделит судьбу своих предшественниц. Там на специальных вешалках растянуты страшные трофеи - содранная кожа и скальпы женщин, имевших несчастье быть подругами Ногососова. Савелий иногда спускается в подвал и долго, иногда всю ночь, предается воспоминаниям, гладит волосы скальпов: золотистые, рыжие, русые, черные;глаза его застилают слезы позднего раскаяния, но проходит время, и снова повторяется то, что было сделано однажды...
Ногососов потрогал лезвие, провел по нему пальцем и показалась кровь. "Пора", - подумал он, ощущая привычную дрожь. В комнате все еще работал телевизор. Медленно, сзади, пряча за спиной нож, Савелий подошел к Аделаиде. Та сидела перед экраном, как всегда безучастная ко всему, такая родная и одновременно такая ненавистная, что Ногососов буквально захлебывался от обуревавших его чувств. Он резко выдернул руку из-за спины: острый клинок с застывшей каплей крови блеснул в синих телевизионных лучах. Белый котенок зашипел в испуге и спрыгнул с колен Аделаиды, но она даже не обернулась. Не обернулась, потому что просто не могла этого сделать... Ногососов заревел как зверь и со всего маху, со всей силы, на какую только был способен, вонзил нож сверху вниз, нанес удар в голову, в чудесные золотые волосы... Аделаида зашипела, из нее начал выходить воздух, она медленно сморщивалась, все сильнее опадая в кресле. Скоро от нее осталась только резиновая оболочка с наклеенным сверху париком из натуральных волос. Ногососов вздохнул и, аккуратно свернув ее в рулончик, понес в подвал...
Савелий Ногососов смотрел телевизор. Он уже почти отошел от случившегося и, развалившись в кресле, мечтал, как завтра пойдет в секс-шоп за новой подругой. Савелий даже успел придумать ей имя - Аглая. Белый котенок, свернувшись калачиком, тихо мурлыкал на коленях этого страшного человека...
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
