 |
| |
| | Дашка дышала, стонала, изгибалась всем телом, вцепившись ногтями мне в плечи. Я не дал приблизиться Чарли к ней. Этот пес прекрасно понимал что происходит. Он суетился, скулил. И не нашел ничего лучше, как пристроиться меж моих раздвинутых ног. Дашка, когда увидела своего пуделька на мне сзади, громко вскрикнула, тут же зажав свой рот ладонью. Я не видел, но хорошо чувствовал, как этот извращенец, поставив лапы на мою голую задницу, ритмично долбил своим влажным концом меж моих ягодиц. В меня он не входил, но ощущение было эффектным и забавным, судя по реакции Даши. | | |
| |
|
| |
| | Она отдалась ему на полу, куда был брошен спасательным кругом матрас. С видом таким - оказываю тебе, руський зольдат, гуманитарную помощь по сексуальной линии. Славный пушкарь был хорош со своим орудием и стрельбой из него. Она заснула прямо там же, на полу, без подушки, а очнулась под утро и снова в зоне боевых действий. Её нагло атаковали в задний проход. Лиманов был уверен, что в том настроении, пельмени под водку - масло брызгами на каленой сковороде, жене было - стучать по барабану - в какое место ей задвинули член. Не это её возмутило, два плюс два четыре - и оказался прав. Её возмутило-взмутило-взбаламутило, что был "не Саша", не Саша головкой лез, а другой. Её оскорбило, ноготь сломанный, что её натягивали без её-её разрешения. Случай такой вышел, ах, капуста мятая, слабость козлы почуяли - съели, изнасиловали. "А чего же ты, подруга, хотела? - Лиманов тер на подбородке ночную щетину. - Удивительно, что тебя не трахнули хором. С песнями. Наверное, офицеры эти были чересчур пьяные. Или поголовно верные семьянины". Вслух он, впрочем, не осудил. Рассказывая эту историю с возмущением, ещё похмельная, она, щеки красные, не совсем отдавала себе отчёт, насколько её история бесстыдна, нагла, что Лиманов должен её выкинуть вон, как рваные тапочки, как смятую туалетную бумагу, но она каким-то внутренним чутьём знала - не выкинет. Ещё и пожалеет - тело. Ещё и оттопырит. Она не ошиблась. Под её фарфором битым звенящие крики, что Лиманов должен нанять "бандитов" и "набить им морды", он наклонил её в позу. | | |
| |
|
| |
| | Пососав мой член, палач вынул его и вставил мне в рот. Я без ног, рук и яйца, сосу свой собственный отрезанный член, а в это время, меня в жопу ебут искусственным членом. Какой кайф. Палач, развязал меня, и направил свой член в обрубок ноги, вытащил мой стоячий член изо рта, и засунул во второй обрубок. СУКА ВОТ ЭТО УЖЕ БОЛЬНО!! Начинаю орать, он ебет меня двумя членами в культи ног, карлица ебет в жопу искусственным членом, пиздец. | | |
| |
|
| |
| | Потом Игорь опустился передо мной на колени. Его язык обвел круг вокруг клитора и быстро заскользил по уже очень мокрой плоти. Я в это время целовалась с Семеном, член которого уже подпирал живот. Не прекращая ласк, мы быстро переместились на кровать и сплелись в клубок. Сначала я целовались поочередно то с Игорем, то с Сеней, а потом мы стали делать это втроем и, случайно отстранившись, я увидела, как мужчины слились губами, глубоко войдя языками друг в друга. Сеня стонал и ласково оглаживал ягодицы Игоря, стараясь прижаться к нему как можно ближе. Когда Игорь нежно коснулся его сосков, он еле слышно прошептал : | | |
| |
|
Рассказ №11209
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 26/07/2023
Прочитано раз: 20744 (за неделю: 13)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "Юбка вздернута выше колен,
..."
Страницы: [ 1 ]
Юбка вздернута выше колен,
бедра в сетях дорогого нейлона.
Манит к себе таинственный плен
твоего незнакомого лона.
Чуть больше вина -
и в глазах поволока.
Дыхание чаще, тебе одиноко.
От мыслей греховных немного неловко.
Пульсирует кровь, поднимается похоть.
Там, между шелковых бедер таится
маленький зверь, и он хочет напиться
страстью, несдержанной больше ничем,
только желанием вздрогнуть и взвиться.
Кончить страдания: Кончить! Излиться
терпкою влагой пещеры заветной.
Я приникаю к точке запретной,
нежно и ласково трогаю клитор
все еще скрытый, все еще скрытый:
Соком волшебным белье напиталось.
Сколько еще до оргазма осталось?
Клитор набух и он прекрасен,
Только прикрыт от вторжения он.
Первый мой шаг для него неопасен,
Пальцам преграда твой влажный нейлон.
Пусть он томиться в горячей неволе,
мы не торопимся выпустить пар,
буду ласкать осторожно и холить
этот бесценный божественный дар.
Груди упругие жаждут вниманья,
Тоже пытаясь оставить свой плен,
Но невозможно исполнить желанье,
Я не оставлю округлых колен.
Губы твои сладко пахнут вином.
Ты, призывая, раздвинула ноги.
Пальцы, смущаясь, ласкают нейлон
И к мокрой вульве находят дорогу.
Сколько нас было? Один? Миллион?
Есть ли различье? Едва ли. Немногим
Быть суждено в наслажденьи великом.
Ты отреклась от креста недотроги
И отдалась приключениям диким.
Еще вина немного пригубив,
Ты забываешь капельки приличий,
От наслажденья по-кошачьи взвыв,
Ты требуешь вторженья неприлично.
Прорвав нейлон, ты открываешь лоно,
Готовое к приему члена. Взрыв!!!
И ты кончаешь густо и обильно,
Прижав меня к себе так сильно,
Что ствол мой тонет в глубине.
Еще чуть-чуть, мурашки по спине,
Я тоже кончил сквозь колготки внутрь.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|
