 |
 |
 |  | Справившись с этой задачей, тонкие пальчики расстегивают молнию... И вот яркая вспышка, словно не пальчики юной особы прикоснулись к моей плоти, а невероятно наэлектризованные провода напряжением по тысячу вольт, не меньше... . Ее пальчики такие тонкие и нежные, без ткани это чувствуется еще сильнее. Несмотря на свой юный возраст, девушка оказывается весьма опытной в обращении с такого рода игрушками. Дыхание мое перехватывает, сердце мое учащенно бьется. Даже если чувак рядом сейчас проснется, я не остановлю всего происходящего... Я обнял её за плечи, а левой рукой стал мять её упругую грудь. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вибратор в анусе трется через тоненькую перегородку о член, передает ему вибрацию. И член несет эту вибрацию дальше, дарит ее всему, что его окружает. Он увеличивается в размерах, становится огромным, кажется, что он уже заполнил все тело и касается кожи изнутри. Достает до сердца, и оно бешено колотится в ответ. Он, как огромный змей ползет внутрь тела, ласкает его изнутри тугим раздвоенным языком и от этого страшно и восхитительно. Уже и тела нет - две бесконечных змеи сплелись, обнялись и скользят дальше и дальше. Два потока, два луча, два пути в небо. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наташка заметив это, быстро выжала и развесила его шорты на верёвку. Затем она села на корточки напротив друга так, что ему пришлось присесть на край ванны. После этого она губами обхватила его член и стала сосать словно дефицитное эскимо. Мальчика вновь охватил необыкновенный кайф, пронизывающий тело током с ног до головы. Он посмотрел вниз увидев, как девочка, почувствовав это, выпустила член изо рта, отстранилась и продолжила мастурбировать его рукой. Еще пару движений руки подруги и Руслан стал выбрасывать наружу белую жидкость, падающую на кафель ванной комнаты. "Придется тебе опять мыться: " - посмотрев на заляпанные спермой бедра друга, предложила Наташка. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Олимпиада, пластичная, как кошка, прогибается подо мной, и я, чувствуя невероятное надвигающееся наслаждение, высвобождаю свой набухший пылающий член и подвожу его к её половым губам, щекоча их головкой. Медленно и осторожно погружаю его в юное влагалище до тех пор, пока не упираюсь в девственную плеву. Схватив девушку за ягодицы, я затем так резко и сильно веду её на себя - перепонка прорывается. Красотка громко вздыхает, но явно не от боли, а от удовольствия, заливающего всю её плоть - она стала женщиной. |  |  |
| |
|
Рассказ №11402
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Пятница, 19/02/2010
Прочитано раз: 16005 (за неделю: 0)
Рейтинг: 81% (за неделю: 0%)
Цитата: "И только после этого взял за руку и до следующего утра уже не отпускал меня - в комнате, на кухне, в душе (да, и в туалете) - или держал за руку, или... В комнате усадил в кресло и стал меня - трогать. Руками. Везде. Вот ничего не пропустил, просто бродил пальцами - щиколотки, пятки, под коленками, ключицы, соски, под грудью, под лопатками, на пояснице, под поясницей, и все эти глупости - "маленькая моя" , и "всё хорошо" , одна рука за ухом, другая трогает клитор, и всё вместе так щекотно, что я и плачу, и смеюсь, двумя пальцами входит неглубоко совсем, и всё трогает вдоль шеи, под затылком (как везде дотягиваться умудрился? ну везде, везде) а потом легоооонько так - можно было и не заметить - прикасается к анусу, и я ТУТ ЖЕ кончаю (а он сразу руки убрал и только той, мокрой, мои пальцы сжал) тоже так легооооонько, с таким звуком, точно пытаюсь удержаться от смеха, не знаю уж, что он там подумал...."
Страницы: [ 1 ]
-... И когда он это сказал, я как-то расклеилась сразу вся. Тут вроде первый поцелуй намечается (ну, первый настоящий) , каждый жест, каждый взгляд, ну, понятно, да? - а я уткнулась в него и реву. Из носа течёт, губы дрожат, сказать ничего не могу, только вот это - ыыы, ыыы, - он так посмотрел, не как на пациента, и не как на собаку, а просто, вот так посмотрел: я тебя забираю. И поехали к нему.
И в автобусе тоже - то его губы на виске, то стыдно до смерти за морду зарёванную, то вообще не понимаю: ну куда ты едешь, дура? И поверх всего этого - я же не сказала ещё, да? - возбуждение. Дикое. Просто спасение, что всего три остановки всё это продолжалось.
Дальше - улочка, двор, дом, подъезд, лестница, этаж - голова отключена вообще: просто он меня забрал, привёл к себе, в обычную какую-то квартиру, закрыл дверь и стал раздевать. Прямо в прихожей, на словах "всё, пришли" - присел, расшнуровал один кроссовок и другой, снял их; снял носки и сложил их в кроссовки; расстегнул джинсы и стянул их, сложил, положил на тумбочку; расстегнул и снял браслет с ноги, стянул трусики, продолжая всё это аккуратно складывать. Вставая - только один нежный жест (а так всё - не то, чтобы по-деловому, но - спокойно, как свойственное этой ситуации, а я стою и шмыгаю носом, и пытаюсь отдышаться, как будто проплыла стометровку) , один жест - губами тронул живот, ниже футболки, выше лобка.
Встал передо мной, снял с рук всё: кольцо, браслет, даже ту феньку верёвочную, которую я уже месяц не могла развязать. Стянул футболку, расстегнул и снял лифчик - почти не касаясь кожи, только одежды, цепочку с шеи, всё сложил в прихожей. Там всё и оставалось до утра, когда он также аккуратно всё на меня надел: кольцо, браслеты, цепочку, лифчик, футболку, трусики, джинсы, носки, кроссовки.
И только после этого взял за руку и до следующего утра уже не отпускал меня - в комнате, на кухне, в душе (да, и в туалете) - или держал за руку, или... В комнате усадил в кресло и стал меня - трогать. Руками. Везде. Вот ничего не пропустил, просто бродил пальцами - щиколотки, пятки, под коленками, ключицы, соски, под грудью, под лопатками, на пояснице, под поясницей, и все эти глупости - "маленькая моя" , и "всё хорошо" , одна рука за ухом, другая трогает клитор, и всё вместе так щекотно, что я и плачу, и смеюсь, двумя пальцами входит неглубоко совсем, и всё трогает вдоль шеи, под затылком (как везде дотягиваться умудрился? ну везде, везде) а потом легоооонько так - можно было и не заметить - прикасается к анусу, и я ТУТ ЖЕ кончаю (а он сразу руки убрал и только той, мокрой, мои пальцы сжал) тоже так легооооонько, с таким звуком, точно пытаюсь удержаться от смеха, не знаю уж, что он там подумал.
Ну, тогда я смущаюсь, конечно, ужасно - представь, сижу голая у него дома, только что кончила, а до того полчаса слова нормально сказать не могла, а до того - рыдала, как дура, а он стоит передо мной и молчит, и просто держит меня за руку, а я даже глаза на него не могу поднять. От смущения расстегнула ему джинсы, он, слава богу, был возбуждён, а то бы я там просто умерла, потому что всё, что я могла сделать умного - это просто потянуть вниз его трусы и взять его в рот. И только тогда начала приходить в себя. А когда с него упали джинсы, и я обхватила его талию одной рукой (за другую он держался) и кончиком носа почувствовала его живот - уже точно стало легко. И он молодец - когда кончил, чмокнул меня в этот самый нос и сказал что-то шутливое (ну, глупость, опять же, вроде "один-один, но это только передышка!") и тогда я сама уже почувствовала: всё, всё хорошо. Всё правильно.
И показалось, что я первый раз за день смогла нормально выдохнуть. И опять вдохнуть. Поэтому дальше сложно как-то подряд рассказывать, хоть это и было только начало - от прочего остались только пузырьки какие-то. Ужинали овощами, хлебом, сыром, валялись, смеялись, музыка, вино - вроде как романтика, ну мы как-то хихикали всё время, дразнились, играли, кошку облили вином (нечего в постели путаться) - у меня оргазмов было ещё штук пять: у меня-то! До смешного: валяемся, он подпевает Уотерсу, я хихикаю (а он во мне почти всё время оставался) , чувствую - кончаю. Анекдот просто.
Страницы: [ 1 ]
Читать также:»
»
»
»
|